В преддверии Дня спасателя, профессионального праздника тех, для кого спасать жизни — это и профессия, и призвание, мы поговорили с Адамом Могушковым, замначальника первой пожарно-спасательной части федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы МЧС России по Республике Ингушетия.
Адам работает в МЧС вот уже 15 лет. Выбор профессии был осознанным: это и интерес к работе пожарных, появившийся еще в детстве, и желание быть похожим на дядю, который принимал немалое участие в его воспитании.
— В школьные годы я несколько раз видел, как работают наши спасатели. Тогда и появился первый интерес к работе пожарных. А еще мой дядя служил в МЧС. Он уделял мне очень много времени, и мне хотелось на него равняться. Так что, можно сказать, в МЧС я пошел по его стопам, следуя его примеру.
Учился я в Воронежском институте государственной противопожарной службы. После меня направили в Чеченскую Республику, где я жил и работал четыре года. А затем в моей родной республике появилась вакансия, и я вернулся домой.
В семье отношение к моей профессиональной деятельности немного неоднозначное. Есть некоторое напряжение, связанное с тем, что я могу и не вернуться с работы. Мать особенно сильно переживает, постоянно просит быть осторожнее, не лезть вперед всех.
Я женат, у меня трое детей: старшему сыну четыре года, дочке три и младшему сыну год. Старший очень интересуется моей работой, я даже иногда беру его с собой. У него все игрушки связаны с пожарными, целая коллекция игрушечной пожарной техники. Ему все интересно. После смены всегда спрашивает меня, был ли я на пожаре, спасал ли я кого-нибудь, какие интересные моменты были на работе.
— Очень много историй, связанных с риском, стрессом, а порой и с печальными исходами. Например, однажды нам сообщили, что горит автозаправочная станция и есть угроза взрыва. Мы выехали туда. Усложнялось все тем, что рядом стояли еще две цистерны с газом и четыре цистерны с бензином. Мы оцепили радиус, эвакуировали людей — это необходимость на случай неблагоприятного исхода, чтобы минимизировать жертвы.
Нужно было закрыть краник от цистерны. На мне было два теплоотражающих костюма, меня со всех сторон охлаждали водой, но даже это не слишком помогало. Каким-то чудом я смог закрыть этот краник, и мы локализовали пожар.
Но, к сожалению, не всегда все заканчивается так благополучно. После перемены места работы моя первая смена, когда я перебрался в свою республику, в Ингушетию, оказалась такой… По рации передали, что в соседнем селении горит дом и в нем находится ребенок. Мы сразу же выехали. По плану привлечения мы должны добраться до места за 18 минут, но мы приехали за 11 и сразу начали тушить. Однако оказалось, что к моменту вызова пожарных дом горел уже 20 минут. Спасти ребенка не удалось… Я нашел его и выносил сам. Прежде у меня не было ни пострадавших, ни жертв, мы всегда укладывались, успевали. И эта первая жертва стала для меня огромным ударом. Восстанавливался долго, мне снились кошмары, связанные с огнем и детьми. Тогда я решил, что надо работать больше, продолжать улучшать физическую форму, расти профессионально. Это стало огромной мотивацией.
Продолжил работать даже после травмы. Я пострадал при тушении трехэтажного торгового дома: когда я был на втором этаже, на меня упала балка, сбросила меня, а потом сверху обвалилась крыша.
— Сейчас я на руководящей должности, и помимо выездов у меня много административной работы. Приходится много времени уделять документам, запросам, ответам на письма. А еще я занимаюсь воспитанием молодых кадров, профессиональной подготовкой.
Наша работа связана с постоянным стрессом и ответственностью за жизнь других людей. Ребятам, которые хотят стать спасателями, пойти в пожарную службу, я бы хотел пожелать храбрости, сил и терпения. Они должны понимать, что надо быть подготовленными не только физически, но и психологически, морально. Психологически и физически надо стараться готовить себя заранее, а все умения приходят с опытом, во время обучения на рабочем месте. У нас действительно много внимания уделяют профессиональному росту сотрудников.