У ювелира-оружейника Рашида Курданова с супругой пятеро детей. Двое старших, Бека и Мадина, подобно отцу выбрали стезю ручного труда, правда не сразу, да и и занимаются абсолютно разными вещами.
В семье Курдановых многолетние, если не многовековые традиции работы с металлом и ремесла в целом. Мастерская Курданова-старшего похожа сразу на музей и библиотеку: старинное оружие и украшения, инструменты, заготовки, готовые работы, книжные шкафы. Здесь работают Рашид и Бека, дочь Мадина предпочитает трудиться дома. А еще тут хранится наковальня, изготовленная в дореволюционные времена. Один из предков увез ее с собой в депортацию, а затем вернул на родину.
Рашид работает с металлом, деревом, костью, кожей и глиной. Еще в школьные годы к нему в руки попал кинжал без ножен и рукояти и появилось желание его доработать. Это и стало отправной точкой.
— Моя школа — это жизнь, — говорит Рашид Курданов. — Случалось, месячная работа бывала уничтожена, приходилось начинать сначала. Важно представлять конечный результат, это позволяет преодолеть все сложности.
Мы застали мастера за работой: на столе перед ним заготовка клинка — реплики сабли основателя рода Романовых, царя Михаила Федоровича (оригинал хранится в Оружейной палате Кремля в Москве). Глядя в микроскоп, оружейник занимается инкрустацией — заполнением уже нанесенного на сталь узора золотом. Курданов стремится достигнуть схожести вплоть до микрона. Но отличия все же будут — на клинке появится личное клеймо мастера. Рашид Хисаевич отмечает, что над подобной копией ему уже приходилось работать, тогда это заняло целых два года.
— Сейчас, наверное, займет не меньше, — говорит ювелир-оружейник.
Впрочем, изготовление копий сложнейшего старинного оружия — это даже не одна сотая того, чем занимается Курданов. Каждый его проект — полноценное исследование, вне зависимости от того, что сейчас на повестке — оружие в национальном стилем, нагрудник или что угодно еще:
— Мастер учится чему-то новому на протяжении всей своей жизни.
Круг интересов Рашида Курданова необычайно широк: в 90-е годы он окончил университет Мармара в Стамбуле, а своими хобби Рашид Хисаевич называет чтение и лингвистику. Языков он знает несколько — родной балкарский, русский, турецкий и арабский.
Бека Курданов — ювелир, сочетающий минимализм и геометричность с национальными мотивами. А еще он автор песен, гитарист и вокалист. Бека учился в КБГУ им. Х. М. Бербекова на инженера-технолога. Профессий перепробовал множество: бариста, мебельщик, кровельщик и работник высоковольтного завода.
— Я всегда любил что-то делать руками. Какое-то время изготавливал ножи у отца, но не сложилось. К ювелирному делу пришел случайно: познакомился с девушкой из Петербурга, восхитился ее кольцами. Оказалось, она делает их сама. Мелькнула мысль: я тоже так хочу!
Так Бека вновь попал в мастерскую отца. Начинал с простых колец, постепенно усложняя технику. Рашид подсказывал и объяснял сыну, делали совместные проекты. А затем Бека заинтересовался 3D:
— Я наткнулся на страницу ювелира и 3D-моделлера моего возраста Сергея Ширкова. Наблюдал, а потом решился, ведь эта область открывает кучу возможностей. Через пару месяцев обучения я начал внедрять 3D-моделирование в работу.
Теперь и сын может посоветовать что-то отцу. Хотя, признает Бека, некоторые тонкости ювелирного ремесла ему может подсказать только отец.
Один из масштабных проектов — диадема для конкурса красоты. Ювелир называет его настоящим челленджем: сделать модель в 3D, вырастить на принтере, после литья за шесть дней собрать в единое целое 17 частей короны и закрепить 514 камней. Бека проводил за верстаком по 12 часов и управился на день раньше, но конкурс вдруг отменили. В руках мастера осталась сияющая красота и опыт — прежде он практически не занимался камнями.
— Чтобы чему-то научиться, надо открывать дверь, и будь что будет. Все равно ты будешь лучше, чем день или час назад.
Мадина Курданова — художница, которая создает текстильные панно в технике макраме, абажуры из бумажной лозы и нитей, гобелены, ковры, интерьерную роспись
— Хотелось чего-то более стабильного, поэтому я долго боролась со своей творческой стороной. Училась на программиста в Петербурге, поняла, что не хочу им быть. Рисовать активно стала на первом курсе.
После выпуска она вернулась в Нальчик: работала в банке с компьютерами, затем монтажером на ТВ, потом в частной компании и даже в магазине. При этом Мадина всегда параллельно занималась чем-то еще — например, выпускала открытки. После первого масштабного заказа, панно для кафе в технике макраме, последовали другие и пришло то самое ощущение, что она наконец-то там, где надо.
Случалось ей поработать и в отцовской мастерской: например, сделать резьбу в технике скримшоу на костяной рукоятке ножа. Проект был совместный — нож они делали вместе с братьями.
В работе Мадина любит крупные формы и постоянно учится, выискивая вдохновение в сети, а порой и на полках магазинов. Например, гобелены начались с покупки игрушечного ткацкого станка. В этом году на арт-фесте в Мамисоне Мадина вела мастер-класс, а теперь работает над гобеленом, изображающим осетинское селение Лисри.
Прямо сейчас ее диптих «Разные полюса» в технике макраме экспонируется на V Триеннале текстильного искусства и современного гобелена в Царицыно. В триеннале участвуют 83 работы художников из России, Белоруссии, Ирана, Казахстана и Аргентины.