Домбра — не просто музыкальный инструмент, а важная часть культурного кода ногайского народа. Ее звучание не один век слышалось в бескрайних степях и сопровождало легенды акынов. Родион Унаджев из аула Икон-Халк Ногайского района Карачаево-Черкесии — один из немногих мастеров на Северном Кавказе, кто изготавливает домбры вручную. Почти 15 лет он создает инструменты, вдохновленный музыкой и желанием сохранить наследие своего народа.
— Как я пришел к этому? Изначально я не воспринимал изготовление домбры как способ сохранить культуру моего народа. Все началось с любопытства. Я, как и многие ребята, слушал музыку — в основном рок: Metallica, Pink Floyd, AC/DC. А потом услышал наших народных музыкантов — Асау (Арсланбек Султанбеков), Алибия Романова. Они как раз популяризировали домбру. Песня Асау «Домбра» — буквально гимн этому инструменту.
На самом деле между роком и игрой на домбре много общего. Манера игры домбристов схожа с ритмическими гитарными партиями в роке. Мне стало интересно попробовать самому освоить игру на двух струнах— и я услышал, что в дагестанском ногайском селе Терекли-Мектеб можно купить инструмент. Я буквально помчался туда. Так что моя первая домбра была не собственного изготовления.
— Позже я познакомился с мастером из Казахстана. Он приехал в наши края и обучал изготовлению домбр. Как-то он сказал мне: «А чего ты сидишь? Попробуй, хотя бы попытайся». Эти слова послужили мне толчком, и я решился. С тех пор прошло уже около 15 лет.
Изготовление домбры — редкое ремесло. Среди кубанских ногайцев я, кажется, один, кто этим занимается. Знаю еще одного мастера, но в Терекли-Мектеп. Поэтому мой труд оказался востребованным.
Работаю в основном на заказ, под конкретного клиента. Мои инструменты уезжали в Москву, в Астрахань, даже в Турцию. Полный цикл — с нуля до готового изделия — занимает около месяца. Но многое зависит от вдохновения и настроения. Сейчас, например, у меня лежит домбра, которую я делаю уже год. Это творческий процесс, хобби, отдушина.
— Когда я работаю в мастерской, полностью ухожу в процесс, он меня поглощает. Все повседневные заботы отступают, уходят куда-то далеко. Сам момент создания — это волшебство, когда из кусочков дерева, шпона рождается цельный инструмент. А если первый извлеченный звук именно тот, что ты хотел, — это ощущение дорогого стоит. Понимаешь, что приложил руку к рождению предмета искусства.
Для меня жизнь и искусство неразрывно связаны. Я ведь не только у себя в мастерской работаю. Я актер театра и кино, ставил спектакли, в колледже преподавал актерское мастерство, работал в художественном департаменте на съемках. Но возвращаюсь в мастерскую — и снова в своем мире.
— Иногда позволяю себе эксперименты. Пробовал делать журнальные столики, ночники. Людям нравилось, но все же это не совсем мое. А вот с домброй экспериментировать — другое дело. Хотя, признаюсь, многие из этих проб потом идут в топку — результат не радует.
Домбры ведь могут быть разные. Сейчас вот лежит у меня с плоской задней частью, хотя у классической она полукруглая. Что получится — не знаю. Может, что-то стоящее, а может — в топку. Но это меня не остановит, я продолжу совершенствоваться и улучшать качество своих инструментов. Это моя генеральная линия.
Моя самая большая мечта — чтобы мои домбры позволили мне оставить след в истории. Я верю и надеюсь, что мое имя останется в памяти моего народа.