Максим Горький посетил Кавминводы во время своего второго «странствия по Руси», в 1903 году. Тогда в Ессентуках ставили его пьесу «Мещане». Премьеру посетил Константин Станиславский, отдыхавший на курорте, и вместе с писателем после спектакля они и отправились в Кисловодск.
По приезде Горького в город местная газета написала, что писатель собирается посетить Замок коварства и любви. У достопримечательности собралась целая толпа, желающая увидеть «буревестника революции». Однако Горький после прогулки по центру города и посещения Ресторации уехал на плато Бермамыт.
Локацию писателю посоветовал все тот же Станиславский. На плато Бермамыт уже в те годы отдыхающие на Водах отправлялись, чтобы встретить рассвет и посмотреть на величественный Эльбрус.
Впечатления от поездки Горький спустя почти десятилетие описал в рассказе «Женщина»: «Порою между массами туч ослепительно сверкает седло Эльбруса и хрустальные зубья других гор — они вцепились в облака и пытаются держать их».
В 1914 году Кисловодск впервые посетил Михаил Зощенко. Спустя много лет в автобиографии «О себе, об идеологии и еще кое о чем» он напишет: «В 13-м году поступил в университет. В 14-м поехал на Кавказ. Дрался в Кисловодске на дуэли с правоведом К. После чего почувствовал немедленно, что я человек необыкновенный, герой и авантюрист, — поехал добровольцем на войну (скорей из любопытства, чем из патриотических чувств)».
Но еще до отправки в армию, летом того же 1914 года, Зощенко успел поработать контролером на Минераловодской железнодорожной ветке, где даже столкнулся с коррупцией. В новелле «Предложение» сатирик рассказал, как однажды на кисловодском вокзале к нему подошел кассир и попросил не пробивать билеты, а возвращать их ему целыми для перепродажи. Доход от сомнительного дела кассир предложил делить пополам.
— Зощенко жил неподалеку от станции Минутка, — рассказывает кисловодский историк, краевед Вячеслав Яновский. — Высказывалось предположение, что будущий писатель поселился в доме казака Малиновского (здание на ул. Толстого, 47, где сегодня филиал городской библиотеки). Документального подтверждения эта версия пока не нашла. Сам писатель много позднее лишь кратко говорил: «Станция Минутка. У меня тихая комната с окнами в сад».
Второй раз Зощенко приехал в Кисловодск в 1933 году уже знаменитым писателем. Сатирик тогда путешествовал по югу страны с гастрольным туром, во время которого читал свои рассказы.
«Жди меня, и я вернусь…» — эти строки Константин Симонов не раз читал в любимом им Кисловодске. Творческие встречи проходили в разных местах. Например, в санаториях им. Г.К. Орджоникидзе и «Красные Камни», где отдыхал поэт.
— Одна из творческих встреч состоялась в 1959 году в Нарзанной галерее, — рассказывает кисловодский экскурсовод Роман Головачев. — Зал был рассчитан на 800 мест, но их не хватило для всех собравшихся послушать поэта, зрители стояли даже в окнах. Симонов читал стихи наизусть, не пользуясь шпаргалкой, иногда рассказывал об истории написания рассказанного произведения.
Спустя десять лет, в 1969 году, Симонов побывал в историко-краеведческом музее «Крепость». Впечатлениями поэт поделился в Книге почетных посетителей: «Очень много хорошего и важного здесь в музее. Особенно меня взволновали многие реликвии, связанные с Великой Отечественной войной. Испытываю чувство большой благодарности и глубокого уважения к людям, делающим на общественных началах это большое и благородное общественное дело».
«Не люблю отдыхать, потому что не знаю, куда себя деть», — говорил на встрече в Кисловодске еще один фронтовик Даниил Гранин. Писатель, подаривший нам «Зубра», «Искателей» и «Иду на грозу», действительно посетил курорт не ради отдыха. В 1998 году Гранин приехал в Кисловодск на конференцию, посвященную столетию памяти художника-передвижника Николая Ярошенко. Мероприятие проходило на «Белой вилле», в доме-музее живописца.
Кисловодский журналист Анатолий Красников общался с писателем во время его визита и уверяет, что того очень волновал вопрос сохранения культуры. Кисловодский музей Ярошенко стал для Гранина показательным — именно так, по его мнению, должны строиться и обустраиваться культурные центры в провинции. Поэтому неудивительно, что после конференции писатель согласился стать членом попечительского совета музея.