— Везде, где любят игру на барабанах, есть мои инструменты, — говорит дербентский мастер Дамиргая Мамедов и перечисляет: США, Израиль, соседний Азербайджан, десятки городов России.
За 50 лет работы он изготовил и отправил по всему свету уже тысячи инструментов. На них играют в знаменитой «Лезгинке», ими полны музыкальные магазины Азербайджана и Дагестана. А началось все, как водится, со свадьбы.
В детстве Дамиргая выучился играть на азербайджанском народном инструменте — таре. Но потом «понял, что в жизни нужны деньги», и перешел на барабан.
— Первую свадьбу сыграл в 1968 году — и сразу порвал инструмент. Тогда они были с козлиной шкурой. Оказывается, у мастера был некачественный материал, он солил шкуру — делать этого нельзя, не звучит. Ну, отдал деньги, отремонтировал. Следующая свадьба — опять порвался! И я подумал: нет, так дело не пойдет.
Через полгода Дамиргая уже сам изготавливал и продавал барабаны. Ни у кого не учился: постепенно пришел ко всему сам. Клиентов поначалу было немного, так что успел поработать таксистом, сборщиком на заводе и заняться бизнесом — привозил в Дербент бананы.
— Не всегда же такой масштаб работы у меня был.
Сегодня в мастерской Дамиргая порой собирают 15—20 барабанов в неделю. На подготовку каждого нужно семь дней — работа конвейерная.
— Как-то мы 40 штук собрали за две недели, хотя планировали за месяц. Ну, я позвал всех своих подмастерьев, мы справились.
Подмастерьями Дамиргая называет свою большую семью: все шесть его дочерей знают «барабанную» работу. А еще у мастера 10 внуков и две правнучки.
— Когда у меня большие заказы, в выходные дни мы работаем вместе — с дочками и внуками. Каждый знает свою операцию.
У внуков Дамиргая к барабанам отдельный интерес.
— Вот сделаем пару барабанов — у них будет материальное вознаграждение. И завтра они с удовольствием уже сами спросят, что могут для меня сделать. Премии разные, но они довольны, — говорит мастер. Особенно Дамиргая надеется на Мамеда — видит в мальчике интерес к делу.
Помогает мастеру и жена. Она «профессионально расплетает веревку»: готовит капроновые нити, которыми к барабану пришивают пластиковые пленки. Плотно скрученную нить сначала надо разделить так, чтобы она стала тоньше. Работа нужная и нудная. А как-то случилось, что клиент пришел и не застал мастера дома. Инструмент надо было отдать срочно. И тут супруга Дамиргая, никогда раньше не собиравшая барабан, взялась за дело. Покупатель ушел довольным.
— Я говорю: «Ты же никогда этого не делала!». Но я же, говорит, вижу, как ты делаешь! Раньше жена еще красила барабаны, мы делали это вручную.
Сейчас Дамиргая приобрел специальную технику, и это механизированная работа.
— Или вот внук мой занимался шлифовкой, сейчас я не хочу его обременять: то, что вручную делается за три часа, на станках получится ровно за десять минут.
Не только рабочие инструменты, но и материалы раньше были совсем другими. Делать барабаны с пластиковой пленкой Дамиргая начал в начале 80-х. До этого использовал козьи шкуры.
— Соседи меня ненавидели из-за запаха, который тут стоял. Шкура должна гнить, и в этой гнили приходилось возиться. Думал, как бы не подхватить какую-нибудь заразу. И когда мы перешли на эти пленки, как будто другой мир в нашем деле открылся — легко, не грязно! Шкуры до сих пор заказывают, но это уже эксклюзив. Иногда даже хочется отказать, потому что сложно перестраиваться.
Кроме пластиковой пленки в дело идут фанера, проволока, веревка и мелкие детали. Все материалы мастер покупает в разных городах России. Сначала он нарезает фанеру нужного размера. Затем ее не меньше чем на сутки оставляют в воде, чтобы смягчить. Размягченную, ее надо свернуть в цилиндр на «болванке».
— Недавно один наш республиканский чиновник заказал мне очень большой барабан. Сначала я говорил: слушайте, это ж на них форму найти еще нужно! Правда, потом и форму достал, и остальное. Не знаю, для чего такой большой барабан понадобился.
Свою работу барабанщик считает нелегкой. Самый сложный процесс — работа с пленкой: чтобы нарезать в ней отверстия для зажимов, нужно очень много времени.
Уже готовый инструмент покрывают лаком. Цвет — по желанию покупателя. Дамиргая любит темные оттенки: на них выигрышно смотрится веревка, стягивающая зажимы.
Никакой личной метки на свои изделия Дамиргая не ставит.
— Стесняюсь этого. Но свой барабан я всегда узнаю, по деталям. Даже по телевизору иногда если крупно показывают, смотрю: «О! Вот мой барабан!»
Когда барабан готов, Дамиргая проверяет, как звучит инструмент. Звук зависит от малейших нюансов.
— Это толщина корпуса, пленок и так далее. И настройка. Есть вещи, которые заметят только профессионалы. Азербайджан играет свободно, плавающий немного звук. А некоторые наши соседи любят конкретный, четкий звук. Я заранее понимаю, какой звук нужен какому региону.
Несмотря на востребованность и опыт, мастер не считает нужным задирать цены. Самый дорогой барабан он продал в Израиль за 20 тысяч рублей. Самый бюджетный может отдать и за тысячу — это учебные барабаны для детей.
— Простой обыватель не сможет на вид отличить профессиональный барабан от учебного. Для детей пленка нужна потоньше, они не могут сильно бить, руки еще нежные. А у профессионалов руки в мозолях, им уже и по железу бить не страшно, — объясняет Дамиргая. Еще недавно он сам играл на дербентских свадьбах, но последнее время играет больше для родных и гостей.
«Срок годности» у барабанов разный. Кто-то играет на них чуть ли не всю жизнь, другие приходят в дом Мамедовых подправить инструмент.
А еще сюда регулярно приходят журналисты и туристы.
— Их водят по достопримечательностям, я тоже стал одной из достопримечательностей, выходит. Я рад, если чем-то смог помочь людям. Да и для меня это реклама. Потом в нашем магале только и разговоров: «Э-э, тебя вчера по телевизору видели, да-а, звезда Голливуда!»
Заказов, правда, хватает и без рекламы.
— Пока народный фольклор есть, пока народную музыку любят, мое дело живет. Еще лет на десять мне работы хватит, хоть не спи — работай.