В 90 км от Махачкалы, в окруженной горами долине абрикосовых и кизиловых садов, находится Унцукуль. Здесь старые деревья после санитарной обрезки получают вторую жизнь: мастера превращают их в изящные изделия и украшают серебряной или мельхиоровой насечкой. Как появилось это ремесло и чем оно живет сегодня, рассказывает мастер в третьем поколении Магомедали Магомедалиев.
Когда именно унцукульцы начали украшать деревянные изделия металлической насечкой, история умалчивает. Принято считать, что современные формы это искусство приобрело в XVIII веке.
Изначально унцукульские мастера славились как искусные оружейники. После вхождения Дагестана в состав Российской империи появились бытовые и декоративные предметы: курительные трубки, табакерки, ручки для кнута, портсигары, трости.
Новый этап начался в XX веке. В 1921 году дагестанская делегация подарила Владимиру Ленину чернильный прибор и пресс-папье работы известных унцукульских мастеров М. Кебедова и Н. Ханбудаева. По легенде, горский совет решил: Владимир Ильич — джигит и алимчи (авар. «ученый»), а значит, много пишет. Отсюда и выбор подарка.
«Такое искусство не должно угаснуть», — сказал Ленин. И через пять лет в Унцукуле появилась артель, позднее преобразованная в ЗАО "Унцукульская художественная фабрика им. М. Дахадаева".
Когда-то на фабрике работали 300 человек. Сегодня в Унцукуле насечкой владеют около 15 мастеров. Один из них — Магомедали Магомедалиев, продолжатель семейной традиции: ремеслом занимались его дед, брат деда, отец и старшая сестра. Впервые Магомедали попробовал себя в насечке еще в восьмом классе.
— Как-то пришел из школы и увидел на столе инструменты и заготовки. Мне стало интересно, и я попробовал сделать инкрустацию. За два часа так приноровился забивать пластинки в дерево, что начальник цеха не отличил мою работу от работы сестры.
Профессионально Магомедали занимается ремеслом с 1991 года. Перед этим три месяца учился на фабрике у известного мастера Абдулы Магомаева. Первой самостоятельной работой Магомедали стала сучковая трость.
— Трость обязательно делалась из кизила: дерево выпрямлялось на печке, потому что кизил бывает кривой, нам его привозят из леса. Потом убираем сучки, вручную точим. Для рукоятки нужно выполнить 12 операций специальными инструментами — рашпилем, топором.
Трость остается одним из самых известных изделий унцукульских мастеров. В селе рассказывают историю о земляке, который продавал их в США.
— Американец купил одну, прошелся по парку и через три часа вернул. Наш земляк спросил, почему. Американец ответил: «Я подумал, что такая сложная работа не может стоить так дешево и за эту сумму я взял трость напрокат».
Унцукульское ремесло получило и официальное международное признание. В 1937 году на Всемирной выставке в Париже мастера завоевали золотую медаль, а в 1968-м на Международной выставке декоративно-прикладного искусства в Осаке — серебряную.
Расул Гамзатов писал, что в узорах унцукульских мастеров зашифрована мелодия аварской песни. Сегодня она звучит далеко за пределами Дагестана.
— Из Америки заказывали чаши для фруктов, подсвечники, карандашницы. Как-то делал инкрустированные матрешки в дагестанском стиле: они по одной уехали в музей университета в Роттердаме, в Сербию, в Москву, Воронеж, в музей матрешек в Омске, в Махачкалу.
Магомедали участвует в крупных фестивалях, среди которых — московская «Зимняя сказка» и «Славянский базар» в Витебске, а также проводит мастер-классы в разных странах — от Западной Европы до Индии.
— Последняя поездка была в Турцию на Международный фестиваль по народным промыслам и фольклору. Дагестан там занял второе место, — говорит мастер.
У каждой унцукульской династии есть свой орнамент, по которому опытные мастера могут определить автора. Узор рода Анчиль, из которого происходит Магомедали, напоминает кладку кирпичей. Сам мастер работает не только с привычными для ремесла предметами.
— Как-то раз изготовил черепаху из грецкого ореха для музея игрушек в Сергиевом Посаде. Потом — сову для частной коллекции одного генерала. Ну и матрешки — тоже интересный опыт для меня.
Своим долгом Магомедали считает передать ремесло следующему поколению. Его первыми учениками стали племянник и сын. Искусством владеют и обе его дочери, и жена. Хотя до Великой Отечественной войны это было исключительно мужское занятие.
— У женщин более развита фантазия, рисунок очень нежный получается. В основном теперь тонкую насечку делают женщины, а грубую работу на токарном станке, полировку, шлифовку, лакировку делаем мы, мужчины.
За десятилетия изменилась и технология. Раньше весь цикл — от обработки дерева до шлифовки и лакировки — выполнялся вручную, а для инкрустации использовали только серебро. Сегодня его заменяет мельхиор, а оборудование делает работу проще.
Несколько токарных станков Магомедали Магомедалиев купил на средства гранта для поддержки проектов общенационального значения в области культуры и искусства от Президентского фонда культурных инициатив.
— Еще у меня есть специальное помещение, сейчас осталось его расширить и сделать штатное расписание. Планирую открыть школу по обучению ремеслу для всех желающих. Девушек будет обучать моя жена, мальчиков — я. Передать искусство будущим поколениям — моя большая мечта.