В рубрике «Мой город» наши герои рассказывают о своем любимом городе Северного Кавказа. Для Ольги Дзгоевой, пресс-секретаря главы и правительства Северной Осетии, это Владикавказ, где она родилась и выросла.
Я родилась во Владикавказе и почти всю жизнь прожила в 34-м микрорайоне. Это типичный «спальник», застроенный «хрущевками» и блочными домами. В 80-х это была окраина, но мои родители были счастливы получить там квартиру от предприятия. Мама и папа долго скитались по съемным углам, коммуналкам. А тут жилплощадь хотя и крошечная, но своя. И эти 36 квадратных метров стали нашим «родовым гнездом». Здесь родились и выросли мои дети.
В детстве я из дома особо не выходила, сидела с книжками — типичный ботан. Компании у меня во дворе не было, и мама порой выгоняла меня погулять чуть ли не веником: ребенку же надо двигаться. Но если я выходила из дома, то основательно: на улице давно темно, а меня все нет. Помню, искали меня несколько раз чуть ли не с фонарями: ведь мобильных не было. Мама, конечно, ужасно волновалась.
С детством у меня ассоциируется ярко-желтый цвет. Лето и осень в Осетии именно такие. Это, наверное, главное детское ощущение. А еще — после страшной жары забежать в прохладный темный подъезд: тогда же не было кондиционеров. Уже дома на кухне включаешь кран, а оттуда течет чистейшая, ледяная вода. Наша квартира была на первом этаже, поэтому к нам забегали попить абсолютно все дети из двора.
Кстати, этот первый этаж — предмет моих детских страданий. Как я завидовала соседям, которые смотрели на мир хотя бы со второго, а еще лучше с третьего, четвертого или — прямо будто из космоса — пятого. Небожители! А у меня из окна — только двор и кусок неба. И две липы напротив, которые осенью стояли в золоте.
Во дворе жили замечательные люди, например трубач, джазмен Алексей Лазаров. Тогда он был для меня просто сосед Леня — добрый, интеллигентный дядька. Только позже я узнала, что он исполнитель известной песни «Маленький джигит». Много лет спустя сижу на концерте эстрадного оркестра имени Кима Суанова, и тут объявляют: «Труба — Аааалексей Лазарооооов!» Сказать, что я удивилась — ничего не сказать. Тем более что джаз — моя главная музыкальная любовь.
Другое воспоминание из детства — ежегодный поход в парк с аттракционами: лошадки, лодочки. Бабушка водила нас с двоюродными сестрами туда на 1 или 9 мая, когда открывался сезон. И одевали нас почему-то в одинаковые платьица, нарядные, с бантиками.
Студенчество — непростой период. Мы жили очень бедно. Денег на маршрутку у меня не было, а университет находился на другом конце города. И вот каждый день я бодрым «пешкарусом» топала до альма-матер. По утрам еще ничего, а вот обратно, после пар, уже было не так весело, и чтобы себя развлечь, гуляла по всему городу.
Тогда-то и выяснила, что Владикавказ можно пройти пешком вдоль и поперек за полтора часа. Компактный город. С тех пор у меня появились любимые маршруты.
Например, центральный городской парк — красивый, старинный. Особенно атмосферным он был во времена моей юности: дорожки изрыты корнями деревьев, асфальт потрескавшийся, вздувшийся. Помню, по очереди катались там с братом на скейтборде, и я злилась, что на такой дороге невозможно как следует разогнаться. Сейчас парк привели в порядок, но бережно: все, что я помню из детства, на месте. Кроме торчащих из-под асфальта корней.
В центре города можно пройтись по главному проспекту, посмотреть армянскую церковь, площадь Штыба и дом Вахтангова. Для долгих променадов есть набережная Терека, протянувшаяся от Красногвардейского моста на юге до границы Владикавказа с Пригородным районом на севере. Если идти против течения реки, по пути открываются виды на горы, в том числе на Столовую.
Еще во Владикавказе много интересных улочек, где можно наткнуться на кирпичные домики
Открытие Дома Вахтангова — важное событие не только для Кавказа, но и для страны. Топовое место. Все жду, когда схлынет ажиотаж, и можно будет спокойно туда ходить. Видимо, не дождусь (смеется).
Еще люблю нашу филармонию. Во-первых, само здание — она расположена в старой кирхе. Во-вторых, это филиал Мариинского театра, и реставрация проходила под чутким контролем Валерия Гергиева, так что акустика там великолепная.
Другое место силы для меня — Русский театр. В 90-е он был в упадке. Помню сцену в спектакле, где один герой должен похлопать по плечу другого. И в свете софитов было видно, как из старого костюма столбом летит пыль. Теперь в театре все в порядке. Плюс камерно, уютно, и много моих знакомых служат актерами, так что хожу на спектакли друзей.
И не могу не упомянуть другой филиал Мариинки — Северо-Осетинский театр оперы и балета, где служит известный хореограф, балетмейстер Валерий Суанов. Он гениально работает с движением, со звуком.
Суанов поставил у нас, а потом и в Санкт-Петербурге «Парфюмера» по Зюскинду. Роман непростой и смелый для нашего региона, так что на спектакле мы затаились в ожидании последней сцены, самой откровенной. Суанов смог тонко передать смысл, сохранив экспрессивность и избежав перехода за грань.
Есть у него еще фантастический спектакль «Фатима» на музыку Жанны Плиевой. Она непростой композитор, для обывателя ее музыка — сплошные диссонансы, железка по стеклу. Я не могла никогда слушать, я же за джаз. Даже в классике у меня фаворитах Чайковский, Григ, а Рахманинов — уже перебор. Так что, когда позвали на «Фатиму», я пошла неохотно. И снова Суанов поставил такой балет, что зал рыдал. Горжусь, что знакома с Валерием лично.
В моем родном районе, когда выходишь на дорогу, сейчас это проспект Доватора, сразу видишь горы. Тогда мне казалось, что до них рукой подать — каждый камешек же видно. Я просила маму: давай сходим, тут же близко! Мама отвечала, что не дойдем. В ее словах я убедилась уже много лет спустя, когда у меня появился автомобиль.
Теперь в горы меня вытаскивают друзья, которые ездят туда каждые выходные. Правда, я обычно выбираюсь реже: по работе все время надо быть на связи, а там не везде ловит. А вообще, в Осетии, наверное, я везде побывала. Все ущелья у нас разные, все не похожи друг на друга. В Дигорском, например, у меня возникает ощущение, что из-за скалы покажется динозавр. Поехали мы как-то туда с компанией, и товарищи показали сказочное место — что-то вроде каньона в скалах, в соснах, с водопадом и речкой. Так красиво!
Если не Владикавказ, то Москва! Обожаю ее динамику, шум, масштабы. С ранних лет для меня это был какой-то волшебный край. Когда папа приезжал из столичной командировки (мне это слово казалось ужасно важным и загадочным), привозил в пакете целый клад — жвачки «Турбо».
Первый раз я рванула в Москву, когда мне едва исполнилось 20 лет — попросила денег на билет у двоюродного брата. Села на поезд и уехала, хотя даже не знала, где буду ночевать. Завоевать столицу тогда не удалось.
Второй раз отправилась в Москву лет в 30 — в командировку от газеты. Потом меня позвали в РАНХиГС, но через полтора года я вернулась во Владикавказ: не смогла отказаться от предложения поработать с Сергеем Меняйло.
Туристическое открытие этого лета — Казань, она меня влюбила бережным отношением властей к городу. Мне кажется, этот мегаполис похож на Москву по масштабам, по архитектуре, вайбу. Всем советую ехать! Но сначала — к нам во Владикавказ.