Арсен — единственный сегодня граффити-художник в Дагестане. Расписывание стен сравнивает с медитацией. Своим творчеством не пытается что-то доказывать или кого-то вразумлять. Рисует только на легальных площадках Махачкалы. В 2010 году открыл бесплатную школу граффити. Сегодня работает графическим дизайнером в одном из городских кафе и сожалеет, что в республике нет специальных курсов, которые помогли бы ему повысить квалификацию.
Граффити в Дагестане появилось сравнительно недавно. Всего было три волны. В 1999 году существовало несколько команд, которые танцевали брейк-данс, они же стали расписывать стены. Самое первое граффити в Дагестане появилось в новогоднюю ночь Миллениума. Со временем его авторы потеряли интерес и к брейк-дансу, и к граффити и оставили эту культуру. Вторая волна пришлась на 2005−2007 годы, когда граффити увлеклись школьники. В третью, в 2009 году, включились и школьники, и студенты. Все вместе искали краски, знакомились с ребятами из других регионов, обменивались опытом и идеями. Но и эта волна быстро пошла на спад. Арсен остался последним граффером. Рисует он на стенах заброшенного завода в Махачкале.
— Я перекрываю свои старые работы — рисую поверх них. Здесь есть и моя любимая работа, ее стараюсь не перекрывать. Для меня главное — процесс и впечатление от процесса, а не результат. Рисую свой ник, или название команды, или слово, которое мне очень понравилось. В 2009 году я рисовал каждый день, во мне все кипело, ежедневно получалось по несколько эскизов. Сейчас сложнее, времени не так много. Но раз в неделю обязательно денек стараюсь рисовать для себя, — говорит Арсен.
Мало кто видит его работы. В заброшенном помещении за все это время побывало не более 10 человек. Он рисует для себя.
— Меня здесь все устраивает. Никто не отвлекает, не мешает, не задает глупых вопросов. Это как медитация — ты приходишь один, отвлекаешься от всех забот, мыслей. Я никогда не любил делать это для кого-то, чтобы всем было понятно. Мне важно, чтобы мне нравилось. Я не берусь за любые заказы, за рисунки, которые мне не нравятся, — признается художник.
— В 2010 году при содействии местной администрации мы открыли бесплатную школу граффити. Было много желающих научиться, но все быстро перегорели, перестали ходить. Знаю, что пара ребят потом рисовали, но сейчас от них ничего не слышно. Так что мне даже не с кем покрасить. Я понимаю почему — это наш менталитет. У нас отношение такое к хобби: если оно не приносит денег, то нет смысла им заниматься.
— Я не считаю, что обязан нести какой-то посыл. Любой художник может просто рисовать, не обязательно вкладывать в это какой-то смысл. Я никаких посылов не несу и не стараюсь образумить людей. Один парень однажды пытался нам внушить, что нам надо рисовать на темы религии, на цитаты из Корана, мол, мы не несем ничего полезного для общества своим пачканием стен. Но я не стал его слушать. Каждый граффитчик сам решает, что он рисует. Если ему интересно рисовать на тему ислама, он будет рисовать на тему ислама. Если ему интересно рисовать на социально значимые темы, он будет рисовать на социально значимые темы. Как любой художник, как любой человек, я — свободный человек.
Несколько проектов Арсен реализовал совместно с муниципалитетами. Однажды к 9 мая он с друзьями нарисовал граффити, посвященное Победе, выразив благодарность местным ветеранам. А в прошлом году получил заказ на оформление одной из стен в Дербенте к 2000-летнему юбилею города.
Пока Арсен писал граффити, к нему стали обращаться с просьбой придумать логотип для разных компаний. Сначала он отказывался, а потом решил попробовать. Так появился первый заказ за деньги. Начал изучать графический дизайн, специальные программы, и заказов становилось все больше и больше. Вот уже год он работает в одном из кафе Махачкалы штатным дизайнером.
— У меня рисование начиналось как хобби, и это были большие траты. Но сейчас у меня есть заказы и какие-то деньги. И я считаю, что если человек хочет, он может превратить свое хобби в способ заработка.
Музыка в видеороликах: «Тут Дагестан», TIMARO & SKIMAL
Фото и видео: Кирилл Овчинников
Монтаж: Евгения Киллих