— Знаешь, почему художник Федор Толстой прожил 90 лет? Потому что он рисовал цветы. Всегда был рядом с прекрасным. Так и я. Коллекционирую то, что нравится.
Так говорит владикавказский журналист Александр Энглези, в личном собрании которого — больше 1000 самых разных открыток. Яркие картинки на плотной бумаге, считает коллекционер, могут рассказать о многом.
Александр Энглези известен в Северной Осетии как журналист, краевед, поэт и автор книг по истории фотографии. А еще он — увлеченный собиратель открыток.
Коллекция Александра началась с подарка его бабушки Марии. Подросток получил открытку с изображением женщины с фотоаппаратом. За ее спиной видна фигура мужчины. И шутливое четверостишие:
— Хватит платы сейчас,
Я надеюсь, для вас?
— Да, достаточно мне
Платы этой вдвойне.
Мария Михайловна Утешева жила в городе Царицын, который впоследствии стал Сталинградом, а затем — Волгоградом. Она была дочерью станционного смотрителя и обладательницей невероятной красоты. Рано вышла замуж и вместе с супругом и маленьким сыном уехала на Украину. Во время гражданской войны они перебрались на Кавказ. А пятеро ее сестер погибли во время бомбежки в Сталинграде в Великую Отечественную.
— Бабушка Мария, несмотря на то что ей довелось пережить, всегда любила красоту, — вспоминает Александр Иванович. — У нее была огромная, невероятная коллекция открыток. Но все они исчезли после ее смерти. Осталась только та, которую она мне подарила. Я любил бабушку и сейчас, спустя столько лет, понимаю, каким она была уникальным человеком. Ее открытка одиноко лежала в моем шкафу много лет. Я работал журналистом, потом стал писать книги — прозу, поэзию, коллекционировал разные предметы. А однажды, это было ровно 20 лет тому назад, вспомнил про открытку. Вспомнил и захотел окружить себя такой же красотой, как она. С тех пор я — заядлый филокартист. Но самой любимой открыткой, самой ценной во всех смыслах для меня была и остается та самая, первая, бабушкина.
Открыток в коллекции Александра за 20 лет накопилось больше 1200: царского времени, советской эпохи, объемные иностранные. В коллекции Энглези и музыкальные открытки, и из дерева, металла, бисера, бамбука, атласа и лепестков цветов. Темы самые разные: Пасха, дети, репродукции работ знаменитых художников, животные, мультипликационные герои. Одна и та же тема часто встречается у разных издательств.
— Вроде бы смысл один, а открытки разные. Ведь они как люди, у каждой своя душа, — утверждает коллекционер.
Детские открытки из Вьетнама, Китая, на разных языках мира, открытки с набрызгом: на бумагу наносились маленькие капельки клея и насыпалась, а затем сдувалась серебряная и золотая пыльца. Коллекция впечатляет, а хозяин знает все о каждом экземпляре.
— Первая открытка в России появилась в 1872 году, она была нехудожественная, то есть без рисунка. А в 1895 году — уже с рисунками, — рассказывает Александр.
В его коллекции самая старая открытка датирована 1898 годом. Это редкая цветная открытка «Русская Тройка» художника Николая Каразина. Именно его считают создателем российского открыточного жанра.
— Он даже побывал однажды во Владикавказе, рисовал здесь картины. Есть у меня и открытка, которая была в 1900 году представлена на всемирной выставке в Париже, тоже Каразина. На ней изображен всадник в казачьей одежде. До революции в России многие художники работали в фотоателье и делали открытки, даже великий Куинджи.
Открытки могут приносить не только эстетическое удовольствие, но и пользу, уверен хозяин коллекции. Так, набор открыток «Лекарственные травы» не раз пригождался семье Энглези.
— Открытки могут стать отличными учителями наравне с профессиональными справочниками и даже учебниками, — говорит Александр Иванович. — Например, можно изучать русских художников, писателей, поэтов — таких открыток у меня очень много. Сколько раз я рассказывал своим детям о том или ином событии, обращая их внимание на открытки. У меня есть дореволюционные открытки с элементами ручной работы, посвященные продукции Филиппова и Абрикосова. Филлипов производил выпечку, а Абрикосов — сладости. Тут тебе и демонстрация хлебобулочных изделий, и пример рекламы той эпохи.
Особое место в коллекции занимают репродукции работ русских художников — всего 75 авторов. Отдельный жанр — открытки, призывающие к благотворительности. Такие, к примеру, выпускали церкви. А особенными считает Александр Иванович открытки со словами молитвы.
— О том, что открытки были весьма востребованы, говорит тот факт, что в 1903 году по всему миру в один день было отправлено 80 миллионов открыток! — делится Энглези. — Первый журнал по филакартии появился в Австрии в 1878 году. И до сих пор ценители выписывают всевозможные издания, чтобы познакомиться не только с историей открыток, но и узнать о подобных им коллекционерах, живущих по всему миру.
Сам Александр дружит со многими коллегами по цеху. Списывается, созванивается, меняется открытками, покупает новые. А потом представляет тематические выставки всем желающим — устраивает их в библиотеках и других публичных местах. А часть открыток обязательно дарит — внукам, детям друзей, музеям.
Однажды Александру совершенно случайно попалась переписка брата известного осетинского поэта и просветителя Коста Хетагурова — Нико — с его женой. Несколько исписанных открыток — открытые письма. Сам Коста часто упоминался в их разговоре. Эти открытки Александр Энглези подарил музею Коста Хетагурова во Владикавказе. А музею «Дача Шаляпина» в Кисловодске передал открытку с изображением русского баса Федора Шаляпина и итальянских певцов Энрико Карузо и Титта Руффо.
— Я нисколько не жалею, что дарю свои открытки, — говорит Александр Иванович. — Даже несмотря на то что многие из них достаются мне нелегко. Некоторым из них в музеях самое место. Там хранится наша история.
Самой интересной открыткой в коллекции Александр считает подписанную художницей Елизаветой Бём. Практически все ее работы были посвящены детям, и открытка Энглези — не исключение. Художница иллюстрировала произведения многих русских писателей и выполнила более 300 работ для пасхальных открыток.
— Елизавета Бём в девичестве была Эндаурова, — рассказывает Александр. — Мужем ее стал немец, скрипач Людвиг Бём. У него была настоящая скрипка Страдивари. Но после смерти супруга Елизавета была вынуждена ее продать. Художница была известна по всему миру, ее пасхальные и новогодние открытки узнаваемы с первого взгляда! Они являются ценными с любой точки зрения, даже с материальной. Но для меня в них ценна прежде всего история. Ну и, подпись самой Бём, конечно. Открытку продала мне одна женщина, но, что ее связывало с Елизаветой, неизвестно.
А самыми редкими считаются открытки из металла.
— У меня есть открытка-елка. Особый экземпляр. Она из бронзы. Нравятся мне и открытки-малютки. Коллекционеры их тоже ценят. Стандартный размер открытки 150×105 мм. А малютки всего 70×50 мм. Все они у меня ручной работы. Использовался при их создании цветной шелк. Это трудоемкая история, кропотливая и долгая.
Редкими можно назвать и авторские открытки самого коллекционера. Александр делал для них фотографии, а на обороте печатал свои стихи о Владикавказе.
— Люблю красоту, — повторяет он.