«У меня ёлки!» — эту фразу сейчас можно услышать не только от артистов ТЮЗов. Предновогодние дни — бойкий деловой сезон для многих предпринимателей. Хотя кое-где на Кавказе самый популярный праздник — Курбан-Байрам, а не Новый год, и елки наряжают далеко не во всех домах, настроение располагает к тратам на красивый антураж. Главное — проявить творческую смекалку, учесть местные традиции и предложить что-то яркое и необычное. Например, временные татуировки с восточным символом наступающего года — Огненной Обезьяной.
Мехенди (или менди) — роспись по телу хной — зародилась в Египте, стала популярной в Индии, а в Россию пришла в 2000-х вместе с увлечением восточной культурой. Сезон для таких временных татуировок — лето, но и перед Новым годом у Юлии Диденко, мастера мехенди в Пятигорске, много заказов. Девушки украшают тело новогодними рисунками. Так, постоянная клиентка Марианна просит нарисовать на запястье иероглиф, обозначающий обезьяну. А на другой руке — арабские узоры.
— Я делаю мехенди примерно раз в месяц, — Марианна показывает на телефоне фото своих прежних украшений — небольшие рисунки на руках. — Мне нравится тату-искусство, но я мусульманка, мне нельзя «набить» настоящую татуировку. Есть и другие ограничения. Наверное, вы знаете, что в исламе запрещено изображать людей и животных, поэтому мы с Юлей выбрали иероглиф, а не фигурку обезьяны.
Марианна — студентка Пятигорской фармакадемии, родом из Нальчика. На Курбан-Байрам угощает одногруппников бараниной и держит уразу в Рамадан. Многие мусульмане не празднуют Новый год, но в семье девушки ставят елку и дарят друг другу подарки. Родители Марианны не против мехенди, а однокурсницы и подруги в Кабардино-Балкарии «лайкают» фото в инстаграме и просят контакты мастера.
— Девушки-мусульманки — частые клиентки, — рассказывает Юля. — Меня просили приехать в Черкесск нарисовать мехенди нескольким подругам. Самый интересный случай был, когда девушка из Сибири собралась замуж за мужчину из арабской страны. Она приняла мусульманскую веру, надела хиджаб. Свадьбу отмечали в Пятигорске, и я рисовала ей мехенди на спине и на ногах — она решила украсить себя, чтобы порадовать жениха. Однажды разрисовала спину девушке в дагестанском Кизляре — я родилась в этом городе и там живут мои родители, я часто приезжаю к ним в гости.
Большинство мастеров и поклонниц мехенди — девушки. Крутых мастеров в России не больше десятка, среди них есть мужчины, есть люди, увлеченные йогой, восточными оздоровительными практиками. Юлия по профессии фармацевт, работает провизором в аптеке, но всегда любила рисовать и не против дополнительного заработка. Временные татуировки намного дешевле обычных, в среднем узор стоит от 300 до 2000 рублей.
— Символ следующего года не популярен в тату и мехенди. Еще никто не просил меня нарисовать обезьянку. Предпочитают кошек, птиц… Возможно, если бы наступал год Змеи, которая ассоциируется с мудростью, или Дракона (это востребованный сюжет для тату), я бы получила больше заказов, — улыбается Юля.
Для команды фаерщиков из Кавминвод «Аrt Ist» год Огненной Обезьяны пришелся как нельзя кстати.
— Все новогодние каникулы расписаны почти под завязку. В новогоднюю ночь — гастроли по кавминводским санаториям. Огненное шоу 31 декабря заказали в четырех местах! Клиенты думают: что бы такое необычное придумать на Новый год? А что у нас за год? Огненной Обезьяны? Давайте сюда фаер-шоу! — с воодушевлением рассказывает руководитель «Art Ist» Вячеслав Гранкин. — На Кавказе всего два коллектива серьезно занимаются такими представлениями. Нас здесь знают, мы выступаем и на частных праздниках, и на городских мероприятиях.
Ребята встретили нас на горе Машук, где устроили открытую репетицию на Эоловой Арфе — это одна из достопримечательностей Пятигорска. Пока фаерщики отрабатывали программу, все лавочки плотно заняли горожане и туристы — огненное шоу здесь показывают не каждый вечер.
— Говорят, можно вечно смотреть, как горит огонь. А мы придумали, как это монетизировать, — смеется Вячеслав. — Ребята в команде прогрессивные. Владимир Пономарев — кандидат в мастера спорта по фехтованию, специализируется на дабл-стаффе. Девушки, Алена Пивоварова и Марьяна Демченко, могут работать с мечом, с веерами, крутят пои. В нашем репертуаре есть и театрализованная битва на светодиодных мечах — эффектно смотрится в помещениях, где нельзя выступать с настоящим огнем. Многие умеют ходить на ходулях.
Дабл-стафф — настоящая головоломка, уверяет Владимир, фаерщик и студент-программист. По его словам, этот трюк развивает и координацию, и интеллект — нужно совершать разнонаправленные движения, тело долго привыкает к таким упражнениям.
— Фаер-шоу привлекает возможностью выражать себя, развиваться. Это особенный мир: ты ежедневно растешь и берешь новые вершины. А еще культура фаерщиков позволяет путешествовать и динамично жить. Бывает, интервал между выступлениями — около часа, а расстояние между площадками — 40−50 километров. Мы как в армии, умеем все делать очень быстро.
Один из самых впечатляющих трюков показывает факир — глотатель огня, но его включают не в каждое выступление. Артист, «дышащий» огнем, должен принимать специальные препараты, которые обычно назначают рабочим, занятым на вредном производстве. Он набирает в рот немного горючей жидкости и резко выдыхает на факел, который держит в руке. Выглядит это так, будто изо рта вырывается огромный огненный шар. Факир Сергей Новоселов говорит, что зрители замирают, следя за его выступлением. Еще эффектнее выпустить огонь себе под ноги и пройти сквозь пламя. На самом деле это безопасный прием, но вызывает бурю эмоций в толпе.
Для новогодних представлений артисты сшили специальные костюмы: красные полушубки, шапки Дедов Морозов для парней и юбки-колокола для девушек. Двое фаерщиков выйдут в образах обезьянок. Наряды у «Art Ist» всегда яркие, но консервативные, с учетом кавказского менталитета.
— Публика в республиках интересная, — улыбается Сергей. — Обычно мы работаем в Кавминводах. Здесь много туристов. Пока идет выступление, люди танцуют, хлопают, кричат — как-то выражают восторг. Выходим в Нальчике или Назрани — зрители смотрят молча, не хлопают, не пританцовывают… Некоторые улыбаются, но больше серьезных лиц. Я думаю: «Ну все. Люди молчат — им не нравится!». Мы усиливаем драйв — молчат. А заканчивается выступление — и они взрываются эмоциями. То есть, пока мы показываем шоу, они проявляют уважение, не мешают. Как в театре.
— Фаер-шоу идет под современную энергичную музыку, — говорит Вячеслав. — Однажды мы выступали под лезгинку, но обычно клиенты не просят адаптировать шоу к кавказской культуре. Умение укрощать огонь и так ассоциируется с экстримом и некой суровостью, которые любят на Кавказе.
Выступление «Art Ist» стоит от 12 000 рублей. Сейчас для большинства членов команды это дополнительная работа. В обычной жизни Вячеслав — главный бухгалтер, Сергей — айтишник, Марьяна — корректор в городском СМИ. Ребята мечтают заниматься только пламенным творчеством и надеются, что символ будущего года принесет им удачу.
Студия «Дом фотографа» открылась в Пятигорске в начале ноября. Фотографы Наталья и Денис Воскресенские сразу же оформили три зоны под новогодний интерьер — и не прогадали. Сейчас большой спрос на тематические новогодние фотосессии, съемки идут с 10 утра до 10 вечера.
— Свадебные фотографы всегда были востребованы, но фотоискусство вошло в массовую моду через фэшн-фотосессии. Девушки заказывали стильные студийные съемки и выкладывали результат в социальных сетях. Потом «студию» разбавили фотосессии на природе и в городе. Сегодня тренд — лавстори и семейные фотосессии. Новый год — семейный праздник, и у нас все удачно складывается в эти дни, — рассказывает Наталья, пока ее клиенты наряжают ребенка перед съемкой.
Наталья фотографирует с детства, начинала с фоторепортажей для детской стенгазеты. Потом снимала пейзажи, стрит-фото. Десять лет назад переехала из Новосибирска в Пятигорск к будущему мужу, с которым познакомилась через фотосообщество. Три года назад супруги завели группу в социальных сетях «Дом фотографа». Долгое время фотография была для них дополнительным заработком — Наталья работала в авиакассе, а Денис — дизайнером. Теперь основной доход приносит фотостудия. Супруги сами фотографируют клиентов и сдают студию в аренду: в Пятигорске больше 600 фотографов.
— В Советском Союзе семьи наведывались в фотоателье раз в год, — говорит Наталья. — Такие ателье предлагали два фона: белый для фото на документы и серый для портретных фотографий. Сейчас студии оформляют красивые тематические интерьеры, поэтому походы в ателье целыми семьями возрождаются. Обычно приходит семейная пара с детьми, но недавно у нас была большая семья — дедушка, бабушка, дети, внуки.
А еще Наталья с Денисом проводят благотворительные мастер-классы. В прошлом году обучали ремеслу группу глухонемых фотолюбителей.
— Людям с заболеваниями слуха ничто не мешает фотографировать. Более того, у них усилено визуальное восприятие мира и они могут добиться успехов в фотоделе. В группе было семь человек, у всех обычные «зеркалки», мы общались с помощью сурдопереводчика, — вспоминает фотограф. — Не знаю, стал ли кто-то из наших выпускников делать коммерческие фотосъемки, но они фотографируют друг друга: ведь это тесное сообщество. Иногда к нам приходят на фотосессии их друзья. Например, сейчас я буду снимать семью с ребенком, они пришли по их рекомендации.
Наталья выходит в студию и приступает к работе. Первый новогодний интерьер — в стиле сказки «Снежная Королева»: холодные блестящие цвета — белый и бирюзовый. Второй напоминает американское рождество: теплые красные оттенки, елочные венки и горы подарков под елкой. Третья новогодняя зона — с роялем и свечами, здесь елка украшена розовыми бантами.
— Клиенты больше всего любят фотозону в бело-бирюзовых тонах, — пожимает плечами Наталья. — Кстати, во многих фотостудиях сделали новогодний антураж в таких цветах, наверное, это тренд. А символ наступающего года мы в интерьер не добавляли, и кавказские мотивы тоже. Новый год — один для всех, люди разных культур и религий одинаково ждут исполнения желаний и хотят провести праздник в кругу семьи.
Фото: Антон Подгайко