Платья в пол, длинные перчатки, локоны по плечам, легкие взмахи вееров, звуки полонеза… Августовским вечером в Ставрополе прошло «светское салонное событие в традициях лучших европейских балов», как презентовали его сами организаторы. Прекрасные дамы и учтивые кавалеры, забыв свою жизнь компьютерщиков, инженеров и бухгалтеров, обратили время вспять и перенеслись в XIX век. Машиной времени по традиции стала школа старинного танца.
Дом на бывшей Театральной улице (ныне Октябрьской революции), где обосновались любители старинных танцев, и сам по себе — историческое наследие. До 1917 года здесь располагался Окружной суд, на слушания которого ставропольская публика ходила как на театральные представления. Может быть, поэтому под высокими потолками с лепниной и сегодня так уместно смотрятся судари во фрачных парах и сударыни в пышных платьях.
На «светские приемы» они собираются с 2013 года, когда в Ставрополе открылась необычная танцевальная школа Amoroso: здесь разучивают не хип-хоп и лезгинку, а джигу, бранль, шапелуаз, падекатр и еще десятки танцев, популярных в Европе в
Открыла школу Ирина Богатырева — ювелир, которая помимо работы с драгметаллами увлечена созданием исторических костюмов. Однажды она решила, что незачем хранить затейливые наряды в шкафах и кладовках — в них нужно танцевать.
Костяком школы стали местные реконструкторы. Средний возраст учеников — 25−30 лет, но вообще на занятия приглашают всех — «от 17 и пока есть желание танцевать».
— Мы часто проводим показательные выступления в городе, устраиваем балы и народные вечеринки, — рассказывает Ирина. — Присоединиться можно в любой момент. Балы всегда предваряет серия открытых уроков, да и на самих вечерах в программу входят и показательные выступления, и мастер-классы для новичков. Движения и схемы старинных танцев несложны, так что разобрать и исполнить их можно почти сразу.
Платье, как у Наташи Ростовой, в магазине не купишь, поэтому участники клуба тщательно готовятся: изучают моду эпохи, ищут выкройки, ткани, шьют наряды, подбирают аксессуары. Что касается гостей, то балы обычно открыты для всех, так что строгих требований к костюмам нет. Конечно, в майках и джинсах в зал не пустят, но дресс-код вполне демократичен: для женщин — вечернее платье в пол, для мужчин — костюм.
Что касается выбора эпохи, то в школе стараются не повторяться.
— У каждого периода свое очарование, каждый прекрасен по-своему, — считает глава школы. — Сегодня это средние века, завтра — Возрождение, периоды барокко, рококо… Августовская встреча была посвящена салонной культуре XIX века, и в этот раз мы сами стали гостями на своей территории — мероприятие провели наши московские друзья из агентства светских событий Vasutinskaya&Kundius. Так приятно было просто отдохнуть и насладиться вечером, тем более что костюмы уже были готовы: мы даже не успели спрятать их после предыдущего бала, посвященного эпохе модерна.
Это время — два десятилетия на рубеже XIX и XX веков — получило название Прекрасной эпохи, и Ирина готова рассказывать о нем бесконечно.
— Пышные торжества уже уходили в прошлое: последний в Российской империи придворный бал прошел в Зимнем дворце в 1904 году. Но в салонах танцы по-прежнему оставались главным развлечением публики. Десятками появлялись новые, менее церемонные композиции — помпадур, дирижабль, падепатенер, шакон… Они становились настоящими хитами — их разучивали в специальных классах, в магазинах продавали книжечки с нотами и описанием движений. Эти танцы полны изящества и грации, как и вся «бель эпок», атмосферу которой мы постарались создать на балу.
Совсем другое настроение царило на стимпанк-бале, посвященном викторианской Англии. Или на шотландской вечеринке, гости которой отплясывали простые и задорные кейли — народные танцы, бытовавшие на деревенских праздниках в Ирландии и Шотландии.
В теплое время танцоры выходят на улицу — с увеселениями, не обычными для провинциального южного города. Потертые джинсы, клетчатые рубашки, шляпы с загнутыми полями. Такой немудреный дресс-код открывал желающим двери в мир Дикого Запада, где развлекались, закидывая лассо, перетягивая канат и отплясывая зажигательные ковбойские танцы, так что «на ранчо» пыль стояла столбом.
А вот приглашение совсем иного рода: «Просим кавалеров быть во фраках или военных мундирах (но можно классический костюм). Удачным дополнением к образу будут цилиндры, брегеты и трости. Дамы в легких уличных ампирах, в рисунках тканей которых уместны полоски, цветы и птички. От солнца можно укрыться за полями шляпки или под кружевным зонтиком. Минимум — вечернее платье в пол светлых тонов».
Это ампирный пикник от школы — с танцами, играми, легкими угощениями. Как 200 лет назад, барышни прогуливались под руку с молодыми людьми по аллеям Центрального парка, который в первой половине XIX века назывался Бабиной рощей и принимал под своей сенью самого Пушкина.
Кстати, нынешним летом ребята из клуба «прописались» в этом зеленом уголке: каждую пятницу проводят на открытой площадке вечера исторических танцев. Никакого дресс-кода, никаких ограничений: легкие и веселые танцы собирают в одном кругу пятилетних малышей с бабушками, модных студенток и солидных отцов семейств.
Иногда школа организует закрытые вечера, куда допускаются гости только в «правильных», исторических костюмах. Пошив таких нарядов занимает от нескольких недель до нескольких месяцев. В них «знатные горожане» выезжают на фестивали и балы в разные уголки России, Украины, Белоруссии.
Мероприятия реконструкторов порой проходят в настоящих замках. Только представьте, каково это: очутиться на пиру в средневековой крепости, где подают блюда, приготовленные по рецептам XVI века, и танцуют при свечах под живую лютневую музыку.
Иметь такое хобби — дорогое удовольствие, но выбирают его люди не обеспеченные, а те, которые настолько увлечены прошлым, что готовы воссоздавать его по крупицам. Они знают все о том, как правильно пустить шнуровку по мантии, аутентично нарумянить щеки и соблюсти тончайшие детали придворного этикета.
Все предметы на закрытых фестивалях — от свечей до остроносых туфлей-пуленов — изготавливаются современными мастерами по старинным технологиям. И для кого-то «древнее» хобби становится профессией, как для Артема Дудника.
Артем — один из немногих, кто пришел в танцевальную студию «с улицы», никакого отношения к миру реконструкции не имел. Но после первого же фестиваля попробовал сшить поясную сумку, в каких средневековые жители носили деньги, молитвенные четки, долговые расписки и прочие ценные мелочи. Сегодня у Артема своя мастерская Melhoum, где он воссоздает предметы стародавнего быта — кошельки, луки, фляги, обувь, свечи.
— Невозможно заниматься нашим видом танцев в отрыве от исторического контекста, — считает Марина Грекова, педагог школы. — Каждое мероприятие — это новая эпоха. И чем больше узнаешь о ней, тем сильнее в нее погружаешься. А узнаем мы много, потому что изучаем не только танцевальные па, но и историю бытования танца: моду, бальный этикет, эстетические каноны. Ты не закажешь в ателье платье по моде, к примеру, Елизаветинской эпохи. Чтобы сшить его, да и в целом проникнуться духом времени, нужно самому исследовать источники: картины, гравюры, научные работы, художественные произведения, археологические находки, музейные экспонаты, танцевальные учебники и самоучители. Пытаешься представить, какими были люди, исполнявшие эти танцы. Каким был их быт, чаяния, восприятие мира. Иногда такое погружение, попытка заглянуть в повседневную жизнь русской ли княгини, фламандского ли крестьянина и есть самое захватывающее в исторических танцах.
Следующее «путешествие» участники клуба на бывшей Театральной улице собираются совершить в золотые 20-е годы прошлого столетия, эпоху джаза, гангстеров и дансингомании. Танцоры уже разучивают фокстроты, свинги и чарльстон. А на досуге подыскивают двубортный пиджак, как у Аль Капоне, маленькое черное платье (оно родом тоже из тех времен), шляпку-«колокольчик», туфли-лодочки, бахрому, перья и бусы и тренируются рисовать губки «сердечком».
А кринолины пока отложили в сундук — до следующего бала.