Махачкалинский клуб «Анжи» столкнулся с серьезными финансовыми проблемами: долги ежемесячно растут на 40 миллионов рублей. Однако руководство клуба настроено оптимистично и не прекращает поиски спонсоров и работу над усилением команды. Об этом рассказал владелец команды Осман Кадиев, который получил права на клуб в декабре 2016 года.

— Гендиректор «Анжи» Олег Флегонтов в одном из интервью недавно сказал, что нельзя исключать вероятность, что клуб не доиграет сезон. Как сейчас обстоят дела в команде?

— Мы играем в футбол. Мы участвуем в чемпионате России. И подобный вопрос был бы актуальным, если бы мы заявили о снятии команды с чемпионата. Этого не было.

— Проблемы с финансированием как-то удается решать?

— Проблемы решаются по мере возникновения. Мы бьемся над решением этой проблемы. Сказать вам, что у нас есть бюджет, я не могу. Сказать, что из-за бюджета мы завтра снимаемся — абсолютно неправильно.

— Насколько остро стоит сейчас проблема?

— Очень остро.

— Можете пояснить? Известно о задолженности по зарплате в 250 миллионов рублей и о закрытии счета клуба…

— Федеральная налоговая служба закрыла наш единственный счет. У нас сейчас задолженность по налогам 12,9 миллиона рублей.

Долги по зарплате тоже имеются. У нас есть договоренности с ребятами. У меня в команде собрались бойцы, которые будут играть до конца.

— В это трансферное окно вы заключили контракты с несколькими новыми игроками, также несколько игроков покинули клуб. Насколько команда стала сильнее за счет обновления состава?

— Это пусть оценивают тренеры и спортивные директоры. Я не скажу, что команда стала слабее потому, что потенциал новичков еще не раскрыт. Да и в команде у нас, когда уходит один из лидеров, появляется другой лидер. Это закономерно. У кого-то появляется возможность себя проявить даже лучше, чем тот, кто ушел. Новички неплохие. Ушли Полуяхтов, ушел Лескано в аренду, Брызгалов, Яковлев, Поку — это все достойные и очень хорошие игроки, и я рад, что они работали в «Анжи». Им на замену, думаю, пришли игроки не хуже.

— У вас есть академия и юношеские команды, которые показывают очень хорошие результаты. Юниоры будут выступать в Лиге Чемпионов. Но из-за финансовых проблем клуба они, скорее всего, первыми пострадают.

— Я не допущу, чтобы они пострадали. Когда принял команду, в три раза сократил зарплаты и штат в основной команде, но в академии не было ни одного сокращения, и никому не снизил зарплату. Было обращено особое внимание на выпускников и старшие классы от 15 лет. Это дало свои результаты. Я, конечно, поменял тренера молодежной команды. Не могу сказать, что тот парень плохо работал, я его не знаю. Я поставил другого парня, и теперь у ребят все получается. И я жду четыре-пять человек из этой молодежки 2000 года. В этой же команде есть и игроки 2001 года рождения, например, наш вратарь признан лучшим. У них большое будущее, и нас ничто не остановит.

За год я открыл десять филиалов академии в Дагестане. Там обучаются порядка 930 детей в возрасте от 6 до 17 лет. Ни одного рубля мы не получаем от бюджета, хотя это дошкольное и дополнительное образование — статьи, которые должны быть прописаны в региональном бюджете. Мы не берем плату за обучение. Академия не зарабатывает деньги. Как дети могут зарабатывать деньги? Они не имеют права зарабатывать до 18 лет. Клуб содержит академию.

— Если не секрет, какую зарплату получают футболисты «Анжи»?

— Не могу точно сказать, она разная. У некоторых 40 тысяч рублей, у одного игрока — полтора миллиона рублей. Миллион в месяц получает тоже один человек, а далее зарплаты идут по убыванию — 500 тысяч и ниже. У нас небольшие зарплаты.

— Что нужно сделать, чтобы поправить дела клуба?

— Властям Дагестана надо обратить внимание на спорт и на клуб «Анжи». Им надо понять, что «Анжи» — это особое социальное явление в Дагестане. В республике вы не встретите звезд мировой эстрады. В Дагестане молодежи идти некуда, кроме как на футбольный стадион раз в неделю или в академию. Ну, еще могут в мечеть пойти, больше некуда. В университетах такое количество людей не может обучаться. И после окончания вузов не все находят себе применение. У молодежи остается надежда стать футболистом или спортивным функционером. Я очень надеюсь, что новый руководитель региона Васильев обратит на это внимание.

Я не прошу ни у кого денег, я прошу помочь клубу. Глава республики может вернуть нам тренировочную базу, не стадион, а именно базу на берегу Сулака, которую в свое время забрали у «Анжи». Руководство клуба может оплачивать аренду стадиона, но проведение крупных спортивных мероприятий — это статья регионального бюджета. Я почему возмущаюсь? Вот был стыковой матч «Анжи» и «Енисея». И.о. губернатора Красноярского края Александр Усс прилетел к нам в Махачкалу, за тридевять земель, с половиной правительства. Руководство Дагестана, премьер-министр или хотя бы министр спорта, которым ехать 15 минут до стадиона, не приехали. Наш стадион, 20 тысяч человек, стоя аплодировали губернатору Красноярского края. А вот моим футболистам это обидно. Причем Усс приехал на игру, которая уже почти ничего не решала. «Енисей» переиграл нас дома.

Вот это и есть невнимание.

— Может ли клуб сам заработать?

— Практически нет. В России футбол в зачаточном состоянии и требует вложений. В чемпионате России надо пересматривать бизнес-модели. Например, можно получать больше средств от трансляций на телевидении, да и рекламная деятельность должна быть абсолютно другой. У футбольных клубов в России нет возможности получать доход. Тот же «Амкар» из бюджета Пермского края за полтора года получил более 600 миллионов рублей, и они снялись. А мы не получили ничего. Зато мы заплатили 148 миллионов налогов. Куда я их заплатил?

— Почему начали уходить спонсоры из «Анжи»?

— На моей памяти, кроме Сулеймана Керимова, их и не было. Русская горно-металлургическая компания (РГМК), у которой сейчас серьезные трудности, была спонсором при Керимове, но я их уже не застал. Была дагестанская компания «Денеб», занимающаяся розливом воды. Вот «Денеб» сейчас с нами ведет переговоры. Мы ведем переговоры со многими организациями, в том числе с зарубежными. Переговоры идут ежедневно, и надеюсь, я найду спонсора.

— Видели флешмоб #АнжиЖиви в социальных сетях? Многие известные футболисты и звезды спорта высказались в поддержку клуба. Кто-нибудь предложил конкретную помощь?

— Я очень благодарен им всем за то, что они делают, за то, что они выступают в нашу поддержку. Но их поддержка, конечно, многого не решит. Сейчас нам нужно глобально пересмотреть отношение к клубу. Нам нужны спонсоры. Привлекать спонсоров в регион без поддержки местных властей невозможно. Глава республики может сказать потенциальным спонсорам «Добро пожаловать» и дать им какие-то преференции в обмен на помощь футболу.

— Буквально на днях отец Хабиба Нурмагомедова Абулманап Нурмагомедов на своей странице в Instagram предложил заняться физподготовкой футболистов «Анжи» в межсезонье. Вы готовы принять такую помощь?

— Мы с ним еще не говорили об этом. Он очень хороший и позитивный человек, который многое делает для Дагестана. Да и Хабиб — это редкое сочетание силы и ума. Я благодарен ему, что он так выступил. Ну, конечно, отец Хабиба может дать что-то команде.

— Прошлый сезон «Анжи» закончил очень плохо и вылетел из Премьер-лиги. Хотя команда долгое время была достаточно сильной. Что случилось?

— Было много причин. Это и просчет в составе тренерского штаба, и просчет в игроках. Но в целом, считаю, виноват я. Все это подбирать, укомплектовывать и контролировать должен был я. Но я тогда был занят поиском средств для команды. Тогда у нас была поддержка от Сулеймана Керимова, но этих средств не было достаточно. А потом у меня закрылись счета в Америке в мае 2017 года, с этого начались большие проблемы.

— Проблемы упирались в деньги?

— Не только в деньги. Процентов на 60% проблемы были в деньгах. Конечно, прежнее руководство региона никак финансово нам не помогало, но мы получили заверение, что детско-юношеский футбол и академию они возьмут на себя. Тогда были посчитаны до рубля суммы, которые были нужны. И мы рассчитывали, что власти рассмотрят этот вопрос. Но в повестку дня нового правительства он так и не попал. Нам нужно было 267 миллионов рублей. Если бы мы получили эту сумму, вопрос так остро не стоял бы.

— Я правильно понимаю, что 300 миллионов, о которых вы просили региональные власти, должны были пойти на детско-юношеский футбол, а не на погашение долгов?

— Да. На тот момент у команды практически не было долгов. Было всего 25−30 миллионов рублей долгов. Сейчас этот долг вырос до 248 миллионов рублей. Они же каждый день растут. Мы должны каждый день обеспечивать жизнедеятельность клуба. В клубе, включая академию и клуб, работают 96 человек. Им же надо платить зарплату и за них надо платить налоги. Их надо обеспечивать проездом, питанием, экипировкой и медициной. В месяц уходит 44 миллиона рублей.

— Как работники клуба, в том числе персонал, реагируют на такие проблемы и отсутствие зарплаты?

— Пока не бастуют. И не ноют. Я стараюсь помогать им, в том числе и финансово. Я горжусь футболистами и штабом, которые не разбегаются и упорно продолжают работать.