В Карачаево-Черкесии завершились съемки документального фильма об абазинском ноже — одном из важных символов традиционной культуры абазин. Картина станет частью киноальманаха о коренных малочисленных народах России. Почему героем фильма стал мастер по изготовлению ножей Мурат Гедугов и какое значение нож занимает в культуре народа, рассказываем в нашем материале.
Лаборатория документального антропологического кино ФАНК определила победителей проекта, посвященного коренным малочисленным народам России и реализуемого при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. На участие претендовали более 120 режиссеров и представителей разных народов страны, отбор прошли всего пятеро.
География проектов охватывает шесть коренных малочисленных народов — эвенков, удэгейцев, нанайцев, эвенов, абазин и шапсугов. Съемки проходят в Забайкальском, Приморском и Краснодарском краях, Магадане и Карачаево-Черкесии. По итогам экспедиций из пяти короткометражных работ соберут фильм-альманах. Премьера состоится в Москве, после чего показы пройдут в Санкт-Петербурге и на площадках в разных регионах России.
Один из фильмов посвящен мастеру абазинских ножей из Карачаево-Черкесии. Его режиссером стала Марьяна Калмыкова — ученица Александра Сокурова и автор фильмов о молодежи Нальчика и философии адыгского костюма. Со своими короткими метрами она уже участвовала в «Кинотавре» и европейских кинофестивалях.
— Так как я сама черкешенка, я считаю абазин народом, близким нам ментально и исторически. Я нашла героя, подала заявку и прошла питчинг. Мне хотелось бы снимать про разные культуры на разных языках, я считаю это нужным и важным. Пусть фильм про абазин будет только началом, — рассказывает Марьяна Калмыкова.
По словам режиссера, целью было рассказать про народ через мастера и показать, как своим трудом он сохраняет национальное культурное достояние.
Съемочная экспедиция длилась пять дней. За это время группа побывала у башни Адиюх, в аулах Эльбурган и Красный Восток. Основную часть времени команда провела в мастерской Мурата Гедугова.
— Съемки проходили в Карачаево-Черкесии, в мастерской нашего героя Мурата Гедугова. Мы снимали весь процесс изготовления ножа и беседовали на разные темы. Я переживала, что у него не будет хватать времени, ведь Мурат — очень занятой человек, у него большая семья, работа, он руководит национальной организацией «Алашара». Но все прошло хорошо, — рассказывает режиссер.
Особенностью проекта стало то, что все интервью Мурат Гедугов давал на родном языке. Кроме того, съемочная группа впервые подробно зафиксировала весь цикл изготовления ножа — от подготовки материалов до готового изделия.
— По сути, сейчас есть некий архив по изготовлению абазинского ножа от начала до конца. До этого таких съемок не было. Были перебивки, незначительные подсъемы, съемки самого ножа или отдельных процессов, а здесь мы прошли все этапы, — отмечает Мурат.
Герой фильма не называет себя профессиональным ремесленником в привычном понимании. Для него изготовление абазинских ножей — скорее, увлечение, ставшее важной частью жизни и общественной деятельности.
— Я больше себя считаю энтузиастом, потому что занимаюсь этим в свободное от работы время. Я не пришел в это дело по семейной линии. Это, можно сказать, произошло случайно: однажды в интернете наткнулся на Зураба Такушинова, который выкладывал у себя на странице фото абазинских ножей собственного производства. В шесть лет его научил этому его дядя, — рассказывает Гедугов.
По его словам, глава международного объединения «Алашара» выделил Такушинову средства на создание мастерской, другие предприниматели помогли с помещением. И Влад стал обучать старинному мастерству всех желающих.
— Я тоже решил попробовать. Стало интересно, и сам не заметил, как втянулся. Особенно удалось продвинуться во время ковида. Свободного времени было больше, и я проводил его в мастерской, — рассказывает Мурат Гедугов.
Так вокруг почти забытого ремесла постепенно сформировалось новое сообщество мастеров. Сегодня, по словам Гедугова, изготовлением абазинских ножей занимаются уже около десяти человек.
— Это хозяйственно-бытовой нож, что очень важно отметить, поскольку это не холодное оружие. Его не использовали в бою, его использовали, по сути, на кухне, — объясняет Мурат.
Такой нож применяли прежде всего для забоя крупного и мелкого рогатого скота, разделки туш. Отличительные черты: седловидная оковка, характерная форма и особый способ шитья ножен. Но значение ножа для абазин выходит далеко за рамки быта.
— Нож имеет сакральное значение для абазинского народа. Это не просто предмет. Были родовые ножи, которые передавались из поколения в поколение: нож отца, нож деда, — рассказывает герой картины.
Существовали ножи, которыми пользовались в исключительных целях. Например, для забоя конкретного скота в определенный день. Для горца нож был постоянным спутником.
— Считалось, что это фактически твой брат, твой соратник, незаменимый помощник, который всегда с тобой. Нож чистили, всегда держали острым, очень трепетно и щепетильно к нему относились, — говорит герой.
Именно поэтому возрождение абазинского ножа для мастера — не просто восстановление ремесленной технологии, а возвращение важной части культурной памяти.
Проект Марьяны Калмыковой находится на этапе монтажа. Весь альманах будет готов к осени.