Заводить романы в маленьком городе — как щелкать по квадратикам в игре «Сапер»: никогда не угадаешь, где рванет. Здесь на три брака два развода, но люди продолжают ходить на свидания. В маленьком городе легко и трудно знакомиться. С одной стороны, есть выбор, желание и время. С другой — можно навести справки у общих друзей и узнать, что принц не сильно-то и принц.
Но знакомые иногда подводят. А точнее, недоговаривают.
Например, N. казался умным, был нордически красив и доволен собой. Мальчик из семьи академиков, будучи равнодушным к гомосексуализму, решил разочаровать родителей другим способом — пошел в искусство.
Почти сразу N. предложил выпить кофе. Заманивал сладкими речами, мол, турку, кофемолку и шоколадку привезет прямо ко мне домой. Шоколадка не сработала, встречу назначили на нейтральной территории.
На свидание N. явился франтом. Совершенно необыкновенным его делали нежно-фиолетовые носки под кеды, рубашка с закатанными рукавами и легкий флер алкоголя, употребленного утром.
Первым делом он драматически огладил бороду и заметил, что долго жил в лесу. А потом долго жил на конюшне. Но вот нашел, наконец, нормальную работу и теперь снимает комнату где-то на окраине.
Кофе я не дождалась — герой из леса повел меня гулять мимо винно-водочного. Каберне он, как истинный гусар, открывал большим пальцем. Потом еще и еще. После третьей бутылки щеки N. приобрели приятный оттенок в тон носкам. Он танцевал и падал, падал и танцевал прямо на главной городской площади.
С тем, кто меня свел с N., я больше не разговариваю. Зато его самого частенько видела на главном гулятельном проспекте. А вместе с ним — новых трепетных дев в струящихся платьях. Щеки у N. по-прежнему красны, а глаза у девушек — большие и испуганные, как у олененка перед обрывом.
Так я перестала появляться в центре маленького города.
С новым принцем меня познакомила знакомая знакомой мамы. О да, мамы в маленьких городах работают покруче приложения «Тиндер».
Знакомая знакомой способ выбрала ненавязчивый — попросила передать герою наклевывающегося романа жутко-нужные-прям-срочно-документы. Герой же, не будь дураком, тут же позвал меня в ресторан.
Принц оказался без скакуна, но в белом халате, со скальпелем и кандидатской степенью. Я была готова влюбиться.
— Он жи-и-изни спасает, понимаете? — тянула я на девичнике за чашкой травяного чая.
— Погоди, я знаю его маму. Он вроде недавно с девушкой расстался. Еще рассказывал, что она ему борщи неправильно варила и вещи его, разбросанные по дому, не собирала… — вклинилась подруга.
В душе что-то оборвалось — ежедневный сбор носков я пережить не могла.
Через некоторые время после расставания стали всплывать наши общие с Кандидатом знакомые. Выяснилось, что дома он не только разбрасывает носки, но и прагматично хранит коллекцию одноразовых тапочек для пассий.
— Да половина города знает об этом, чего ты? А другая половина у него дома уже побывала… — восклицала очередная моя-его подружка.
Как-то раз я столкнулась с Кандидатом в поликлинике. Сделала вид, что плакат про энцефалитных клещей мне интереснее всего на свете.
Барышням в маленьком городе приходится разбираться в маркетинге точно так же, если не лучше, как и барышням в городах больших.
В маркетинге понимают и флористы — не зря они сдают цветы в аренду. Для фотосессий. Профессиональные кандидатки в невесты выкладывают фото с букетами и котлетами в надежде выложить чуть позже фото колец и курортов. Стратегия иногда работает, а иногда — не очень.
Прежде чем арендованный букет трансформируется в свадебный, приходится пройти семь кругов ада свиданий.
Вот очередной инстаграмный друг сыпал в сообщениях цитатами из Довлатова, а позже признался — пописывает и сам. Хотя был вроде приличным соучредителем юридической фирмы.
Попытки подражать Довлатову я пережила и окончательно растаяла, когда юрист рассказал, как варит своему коту гороховый суп.
На первую встречу шла в платье, шпильках и твердой уверенности, что уж этот-то не должен подвести (через месяц кольцо, ЗАГС, дом и дети).
Во время прогулки хозяин кота говорил много. О том, какой он хороший, талантливый, любимый сын Фортуны и как не любит честные способы заработка. Намекнул на госконтракты и большие связи…
— На са-а-амом верху, — направил он палец в сторону то ли господа бога, то ли администрации маленького города.
Повел меня в кафе. Я заказала ореховый латте, он жевал бургер. Когда принесли счет, в этом месте их приносят в турках, он сказал роковое:
— Так, кофе с сиропом. С тебя 150 рублей.
После такого заявления о кольце и ЗАГСе речи быть не могло. Бежать и отмываться от оскорбления. Платить за себя на свидании девушке в маленьком городе непривычно, мерзко и совсем не комильфо. Эмансипация до московско-питерских высот здесь еще не добралась.
Мечты рухнули. Я засунула в турку купюры, а он, не остановившись на достигнутом эффекте, перевел разговор на полигамию и предложил «наведаться как-нибудь» в свингер-клуб — в маленьком городе есть и такой.
Я впечатлилась и симулировала срочную командировку в Дагестан. Надолго — может, навсегда.