— Мы знали, что через границу повезут «посылку» с наркотиками. Но когда, кто и как — было неизвестно. И мы были предельно внимательны к каждому автомобилю, — рассказывает кинолог Северо-Осетинской таможни Анна Бутаева. — Наружный осмотр очередной машины ничего не дал. Но когда я открыла дверь, Герда сразу запрыгнула на заднее сиденье и стала царапать обивку. Она настаивала — и предположить, что собака ошибается, я не могла. Решили демонтировать салон. Подняли сиденье. Водитель подошел: «…Не могу на это смотреть», — и признался, что в бензобаке у него пластиковые бутылки с наркотиком… Обнаружили 4,5 килограмма экстракта маковой соломки.
Так немецкая овчарка Герда-Джулия обнаружила самую крупную партию наркотиков в истории таможенного поста Верхний Ларс на границе России и Грузии.
Специалисты говорят, что у контрабандистов часто не выдерживают нервы, когда за дело берутся собаки. Преступающим закон отлично известно: осечек у четвероногих сыщиков почти не бывает. Хорошо подготовленный пес ориентируется не только на запахи, но и на внешне не видимое человеку беспокойство и волнение людей.
Но чтобы получить опытную рабочую собаку, инструктору, как правило, приходится с ней повозиться.
Самое главное — четвероногого напарника нужно выбрать, а это тяжело.
— Проверяется нервная система животного: питомец не должен бояться выстрелов, толпы, — рассказывает начальник кинологического отдела таможни Карим Исаев. — Везде, где есть кинологическая служба: на таможне, в МЧС, МВД, пограничных войсках, своя специфика. Нам важно, чтобы собака была дружелюбна, не реагировала на посторонние раздражители, шумы, запахи. Мы сотрудничаем с проверенными питомниками в Ростове, Краснодаре, Ессентуках.
У каждой собаки свой характер. Но профессионалы никогда не «очеловечивают» четвероногих напарников. Вся жизнь собаки основана на условно-рефлекторной деятельности, и специалисты грамотно используют это при обучении питомцев.
— На этапе дрессировки мы используем пищевые пристрастия собаки и ее любовь к играм, — объясняет Карим Исаев. — Если она апортировщик, то есть любит играть с игрушкой, учитываем это. В игрушку «закладывается» запах — и при ее поиске складываются нужные ассоциации, вырабатываются рефлексы. Потом уже игрушку с «закладкой» мы прячем в транспорт.
Изготовляются такие «закладки» в специальных лабораториях в Санкт-Петербурге. Настоящие наркотики не используют ни в коем случае: разговоры о собаках-наркоманах — вовсе не миф. Опытные кинологи рассказывают, что бывали случаи, когда служебных собак действительно вводили в наркотическую зависимость, чтобы пес-наркоман лучше искал дозу. Но тактика себя не оправдала. Во-первых, собаки становились малоуправляемыми и «асоциальными», переставали реагировать на команды. Во-вторых, наркотики наносили непоправимый вред их здоровью. Поэтому сегодня методы другие — собаки учатся на приближенных к оригиналу запахах.
После того, как собаку «поставят» на запах, ее ждет обязательный экзамен в Кинологическом центре Федеральной таможенной службы России — в условиях, приближенных к реальным. Собаки получают оценки и сертификат о том, что они пригодны к поиску наркотических и сильно действующих средств. Бумагу прикрепляют к личному делу хвостатого сотрудника — и можно выходить на службу.
Всего в кинологическом отделе Северо-Осетинской таможни 15 кинологов и 15 собак. 11 питомцев уже прошли специализацию на поиск наркотических веществ. В основном это немецкие овчарки, русские спаниели, лабрадоры — то есть собаки-«нюхачи». Они легко поддаются дрессировке, выносливые, физически крепкие. Еще один четвероногий сотрудник сейчас обучается искать оружие и взрывчатые вещества.
Специалисты уверяют: собак не заменит ни одна техническая новинка. Чувствительность носа собаки в тысячу раз превышает чувствительность человеческого.
Не так давно на вооружении специалистов появился прибор «электронный нос», работающий по аналогии с собачьим органом обоняния. Его можно программировать, к примеру, на поиск наркотиков. Но практика показала: времени на обнаружение запрещенных веществ уходит куда больше, чем нужно собаке. Особых достижений в поимке контрабанды у «электронного носа» пока нет — существенный минус в том, что настроенный, допустим, на героин, он не может напасть на след от запаха другого наркотика. И, как и металлоискатель, не обнаружит взрывчатое вещество, если оно находится в пластиковой упаковке. Тяжело с ним работать и в труднодоступных местах — в отличие от собаки.
Руководитель кинологического отдела таможни Карим Исаев считает, что каждая служебная собака — герой.
— Их режим работы смело можно назвать напряженным. А еще они рискуют. Например, если собака вдохнет пары тротила, то может получить сильнейшее отравление. Добавляют сложности и выхлопные газы автотранспорта, при исполнении животные дышат ими круглосуточно.
Собака и ее хозяин заступают на дежурство на сутки, но в общей сложности пес проводит на посту 12 часов. Отдых необходим — четыре обязательных часа плюс 15-минутный перерыв каждый час.
Режим рабочего дня у четвероногих сотрудников индивидуальный. Все зависит от интенсивности нагрузки: допустим, пес, обнюхав пустой огромный автобус, не устает так же, как тот, что работал в маленьком автобусе, но с большим количеством разных запахов — людьми, багажом, продуктами.
А еще у каждого нюхача — свой стиль. Когда опытный лабрадор Лэйт выходит на объект — это настоящее шоу. Его работу можно даже услышать. Громко вдыхая, он на некоторое время замирает и, задерживая дыхание, анализирует, раскладывая запах на составляющие. Целый театр.
— Собака подбирается под конкретного кинолога, потому что от их особой связи и зависит эффективность работы, — рассказывает Карим Исаев. — Предельный возраст службы — восемь-десять лет.
Герде-Джулии уже десять. В питомник таможни она попала в трехлетнем возрасте. Взаимный контакт с хозяйкой Анной установился буквально с первого взгляда, а это редкость.
По образованию филолог, Анна Бутаева всегда грезила о работе с собаками. О вакантном месте кинолога в системе местного МВД ей рассказал знакомый, с оговоркой — женщин не берут. Анну взяли. 17 лет в ее трудовой книжке значится запись «кинолог», семь из них она проработала на таможне. Все семь — вместе с Гердой. Овчарка очень хорошо понимает свою хозяйку — и наоборот. И в работе, и дома никогда не доставляет неудобств. Живет она, как и большинство собак таможни, у своего инструктора.
— Герда очень домашняя, — делится Анна, — не любит одиночество, сколько раз я буду выходить из комнаты, столько же раз она за мной. Как настоящая леди, любит пококетничать: прежде чем согласиться что-то съесть, обязательно «поломается». Единственное, с чем не смогла смириться, — это с появлением Санты.
Санта — лабрадор, очень активная собака. Уже в сентябре она сменит на службе овчарку. Характер у Санты тот еще. Именно из-за него она и оказалась в таможенных органах: прежние хозяева попросту не справились с чересчур энергичным зверем. Как только Санта получит нужный для службы сертификат, Герду проводят на заслуженный отдых. И она это чувствует.
Свой век собака будет доживать у инструктора. Существует негласное правило: своих не бросают. В крайнем случае отслуживших питомцев кинологи пристраивают к родным и знакомым.
Так произошло со служебной собакой Чарой. Пенсионерку ее инструктор поселил в селе, в частном доме своих родителей — собственные квадратные метры в многоэтажке взять большое животное не позволяли. Но ровно через три дня овчарка дожидалась хозяина у подъезда этой самой многоэтажки. Противостоять такой преданности кинолог и его домочадцы не смогли. Пришлось потесниться.
На пенсии хвостатые сотрудники живут обычной собачьей жизнью. Сильных переживаний из-за ухода на заслуженный отдых не испытывают — не понимают, что это признак приближающейся старости. Кто-то переезжает в село, «уходит» охранять дом, кто-то остается жить в городе, в квартире — лишь бы хозяин был рядом. Теперь у собак появляется время для более щепетильного выполнения главной уже своей функции — любимца семьи. И с ней они справляются с особым удовольствием.