Первое кафе без еды появилось в дагестанской столице зимой 2016 года. Ислам Бийболатов, Юсуф Нурудинов и Мухаммад Саидов положились на силу идеи и крепкие дружеские связи. Вначале в успех этой затеи верили только сами организаторы. Сейчас в их сети And Сoffee 6 точек, еще 11 — на стадии запуска. Кроме того, партнеры открыли два заведения «Аксакал», где на одной площадке расположены кофейня, обжарочное производство и ресторан, пять кофеен Ground Coffee Shop и Ground Coffee Roastery.
— Люди смеялись, говорили: «Кто пойдет в кафе, где нет еды, только напитки?» Но через несколько месяцев скепсис развеялся — заведение стало популярным среди местных жителей, — вспоминает Ислам Бийболатов.
Правда, первый год молодые бизнесмены с трудом могли прокормить свои семьи. До обеспеченной жизни было еще 5 лет.
— Люди до сих пор думают, что мы пришли в эту историю сразу с деньгами. На самом деле у нас сумма была смешная: 200 тысяч рублей на троих. На аренду денег не было. Первое помещение было нашего товарища. Мы ему сказали: у тебя есть помещение и деньги, сделай ремонт, а мы возьмем тебя в долю. Купили оборудование, но на кофемашину не хватило, взяли ее в рассрочку на год через исламский банкинг. Трудно? Нет, что вы, вначале нам было весело!
Через полгода мы начали сами жарить кофейные зерна — первыми на Северном Кавказе, — не без гордости рассказывает Ислам. — Жарили для себя, но постепенно люди стали приходить не только за напитком, но и за зернами. После этого мы переоборудовали производственное помещение, разделив его на две части: кофейня Ground и обжарочное производство.
Молодые (самому старшему из троих было только 25) бизнесмены активно вели соцсети, посещали профессиональные мероприятия по всей стране.
— Наши зерна покупали не только местные. Их можно было встретить и в Тюмени, и в Москве, и по Северному Кавказу, и даже в Казахстане. Потом на этом рынке появились крупные федеральные игроки, которые начали ломать цены. Да и местные кафе стали обжаривать сами. Мы решили оставить обжарку только для своей сети.
Считается, что бизнес с друзьями обречен на провал. Но, как оказалось, не всегда. Наши герои познакомились на работе: все трое трудились в одном из городских кафе.
— Мы сначала притирались как сотрудники, потом стали друзьями, а далее уже появилась идея кофейни. Мы отнесли ее нашему руководству, но не были услышаны. Поэтому и создали свой проект.
Многие говорили, что мы разругаемся. Однако у нас есть хорошее правило: даже если ругаемся, обсуждая что-то по бизнесу, после споров по-прежнему остаемся друзьями.
У нас у каждого своя сфера ответственности. Юсуф хорошо чувствует рынок, мониторит новые идеи в стране и за рубежом — он у нас за креативного директора. Мухаммад отвечает за управление внутренними процессами. А на мне инвестиции, переговоры, взаимодействие с органами власти.
Самые важные вопросы решаем все вместе. Можем и неделю, и месяц обсуждать, пока не придем к единому мнению. Однажды был срочный вопрос — и мы не вставали из-за стола восемь часов, пока не нашли решение, которое устроило всех троих.
У нас еще очень сырой бизнес, мы до сих пор его формируем, дорабатываем и закручиваем гайки. Самое легкое — это открыться. Это, наверное, 5% дела. А дальше нужно развиваться, и твоя команда должна развиваться вместе с тобой.
Ислам рассказывает, что они считают своей обязанностью благоустраивать пространство вокруг того места, где начинают бизнес. И призывают к этому всех, кто пожелает взять франшизу. Если нет возможности вложиться в инфраструктуру, лучше вообще не открывать точку, считает он.
— Если к одному магазину ведет разбитая дорога, а к другому ухоженная, куда пойдет клиент? Когда мы «заходим» куда-то, всегда создаем комфорт и красоту вокруг — небольшие скверы, скамейки, освещение, детские и спортивные площадки. Где-то, например, плитка разрушенная или фонтан нерабочий, скамейки разломанные. Мы все это восстанавливаем, ремонтируем, деревья сажаем и только после этого открываем кофейню.
Мы ориентируемся на местных. Не скажу, что увеличение турпотока сильно повлияло на «кофейную индустрию» в Дагестане. На ресторанную сферу — да, а у нас совсем небольшой процент потока приходится на приезжих.
Первую франшизу друзья продали очень давно и почти три года смотрели, как она живет, с чем можно столкнуться и как это работает. И только изучив дело досконально, подобрав команду и выстроив систему обучения и управления, начали активно продавать франшизы. Сейчас почти все объекты — по ней.
— Мы обучаем управляющего, персонал, ставим на рельсы и отпускаем. Но потом они все равно приходят и просят помощи, чтобы мы управляли. Так сформировалась наша управляющая компания, которая сейчас ведет практически все объекты. В этой схеме довольны все, кроме, наверное, нас, потому что управляющая компания обходится в большую сумму. Человек 30−40 у нас в ней работает, и франшизы не покрывают всех ее расходов.
В этом году друзья решили приостановить развитие франшиз в Дагестане, чтобы переориентировать ресурсы на внешний рынок.
— У нас есть франшиза в Черкесске и множество запросов из Сочи, Краснодара, Санкт-Петербурга, Москвы, а также из Казахстана, Киргизии. Ими и будем заниматься в ближайшем будущем.
Самое главное — это команда. Мы стараемся постоянно посылать сотрудников на обучение, какие-то мероприятия, чтобы у них была хорошая насмотренность. Периодически отправляем их также на Умру (малое паломничество к святым местам у мусульман. — Ред.). Для нас важно, чтобы команда была на одной волне, чтобы мы понимали: у нас у всех одни ценности.