{{$root.pageTitleShort}}

Дом с историей: лютеранская кирха во Владикавказе

Удивительное для юга России здание в готическом стиле в центре североосетинской столицы уникально не только архитектурой. Когда-то бывшее храмом, оно помогло состояться не одному музыканту
1562

В конце 2016 года завершилась реконструкция старинного здания бывшей лютеранской кирхи в историческом центре Владикавказа. Памятник архитектуры официально именуется сегодня филиалом Мариинского театра — Северо-Осетинской государственной академической филармонией, но стены этого сооружения за свою более чем вековую историю успели повидать немало.

История лютеранской кирхи началась, пожалуй, в ноябре 1861 года, когда немецкая община Владикавказа подала официальное прошение о разрешении сбора пожертвований на строительство молитвенного дома. Вердикт властей был оптимистичный: «Выдать шнурованную книгу для записи пожертвований».

Спустя три года начальнику Терской области подали другое прошение — о выделении земли под строительство «церкви красивой архитектуры».

Из прошения начальнику Терской области

«Проживающие во Владикавказе военные и граждане лютеранского исповедания, не имея здесь своей церкви всякий раз при приезде пастора для совершения духовных треб, встречают большие затруднения в приискании помещения, в котором бы все общество могло собираться для присутствования при богослужении. А потому у нас явилось искреннее желание построить себе на доброхотные пожертвования первоначально молитвенный дом, а со временем, когда при помощи божьей соберутся достаточные средства, и церковь красивой архитектуры».

Участок выделили. Сначала, в 1866-м, там появился одноэтажный дом для молитв. А 27 марта 1911 года «Терские ведомости» сообщили об освящении вновь отстроенной евангелическо-лютеранской церкви. В народе здание, выполненное в готическом стиле, прозвали немецкой кирхой. Так одно из самых красивых и эффектных зданий Владикавказа на улице Миллера, 24 и называют до сих пор.

Готическое здание на Кавказе

Откуда взялись немцы во Владикавказе?

— Исторически это были служащие, офицеры русской армии, которые обосновались здесь, когда была основана крепость Владикавказ, — рассказывает председатель североосетинского немецкого национально-культурного общества Роберт Айзверт. — Затем появились аптекари, учителя, всевозможные рабочие, служащие, фармацевты. Земля тут была дешевле. Первая колония основана в селении Михайловское в 1863 году. Во Владикавказе перед Первой мировой войной насчитывалось около 560 немцев, подданных Российской империи. Большей частью это были лютеране. Вот их усилиями и средствами была построена кирха.

Официального архитектора у возведенного здания не было. Подобные типовые кирхи строились в те годы по всей России — но для Кавказа это была редкость.

— Здание очень интересное, из добротного кирпича: во Владикавказе было несколько кирпичных заводов в районе поселка Южный. Это была небольшая кирха — одноэтажный домик. При ней — приходское лютеранское училище. С постройкой большой кирхи ничего не изменилось — к ней тоже примыкало лютеранское училище.

В кирхе успели послужить только два пастыря, один до революции, другой — после, рассказывает Айзверт. В готическое здание со шпилем высотой около 25 метров приходили не только для молитв, здесь выписывались свидетельства о рождении и регистрировались браки.

— У одного из членов нашего общества, Светланы Федосеевой, сохранилось свидетельство о браке ее бабушки, где стоит подпись пастора Эдуарда Аксима. Кстати, у этого пастора интересная судьба. После окончания обучения он некоторое время служил в Канаде, потом вернулся на Кавказ, служил в Кутаиси, затем был переведен во Владикавказ. Он первый пастор нашей кирхи.

Над порталом рядом с колокольней сегодня можно прочитать надпись на немецком: «Да пребудет с нами благодать Божья». Заштукатуренное в 1930-е годы изречение открыли только во время недавней реставрации.

Внутри здания — теперь уже храма музыки — на стене, рядом с макетом кирхи, висит крест — заржавевший, из простого металла. Строители обнаружили его между стеной и одной из деревянных балок. По всей вероятности, кто-то спрятал там крест все в те же 30-е годы.

— В будущем мы хотим обратиться к властям, к руководству филармонии — попросить дать возможность проводить нашей маленькой лютеранской общине одно-два богослужения в год, когда к нам приезжают пасторы из Германии, — делится надеждами глава немецкой общины.

В 1990-е годы община даже поднимала вопрос о возвращении зданию прежнего — религиозного — статуса. В ответ ей было предложено построить равнозначное здание филармонии — осуществить это было невозможно. Только на то чтобы привести кирху в порядок, понадобилось бы 1,5 — 2 миллиона немецких марок — это оценка немецких пасторов, приезжавших в город, рассказывает Айзверт.

— Да и содержать такое здание, оплачивать налоги общине не по силам. Мы счастливы, что здание, когда-то принадлежавшее немецкой лютеранской общине, сегодня один из архитектурных украшений города и филиал одного из самых известных театров страны — Мариинского, — резюмирует он.

Музыка: новая жизнь церкви

Церковь закрыли в 1930-е. Здание отдали клубу Союза строителей, тут собирались приятно проводить время и смотреть фильмы — к зданию даже пристроили будку киномеханика. Это был не последний архитектурный «новодел». В 1940 помещение с прекрасной акустикой перешло к североосетинскому симфоническому оркестру, на его базе открыли филармонию. Понадобились дополнительное место для сцены, подсобные и административные помещения. Оригинальный шпиль разобрали — на его месте появилась новая конструкция.

Здесь играли звезды классической музыки, в том числе Святослав Рихтер, — для здания началась новая эпоха. И в каком-то смысле — для осетинских музыкантов. Во многом именно благодаря работе филармонии случился феномен осетинских дирижеров, первый среди которых — Валерий Гергиев.

— А Туган Сохиев (главный дирижер Большого театра. — Ред.), можно сказать, жил в моём кабинете, где ему было удобно заниматься, так как домашние условия этого не позволяли. Два главных театра нашей страны и два главных дирижера — выходцы из Осетии, из этого самого здания, — говорит композитор, директор и художественный руководитель Северо-Осетинской государственной филармонии Ацамаз Макоев. —  Десятки выдающихся музыкантов, которые играют сегодня в разных оркестрах мира, России, осетинские композиторы, исполнявшиеся в стенах филармонии…

Ацамаз Макоев

Макоев говорит, что в 1996 году перед ним встала задача сохранить филармонию: в те годы все лучшие музыканты, концертмейстеры разъехались по миру, надо было сберечь симфонический оркестр. Но нелегкие времена настали и для самого здания: оно крайне обветшало. Капитальный ремонт в бывшей кирхе пытались затеять дважды — но работы оказывались слишком сложными и дорогостоящими. Филармонии помог маэстро Валерий Гергиев.

После масштабной реставрации здание открылось горожанам таким, как когда-то было построено: его освободили от пристроек. Сохранили старинные витражные окна, а еще отделали внутреннюю часть специально подобранными породами дерева — для акустики.

— Изменилось ли для нас что-то после реставрации? Акустика. Зал подготовили под звучание органа. Пробили в верхней несущей стене три окна. Сейчас акустика тоже превосходна, но она специально подготовлена под установку органа, — рассказывает Ацамаз Макоев.

Пока заказанный во Франции орган еще не прибыл в обновленный зал. Но музыка звучит постоянно: теперь бывшая церковь стала филиалом знаменитого Мариинского театра.

При здании осталась и его легенда — о золотом кирпиче. В городе рассказывают, что, когда больше сотни лет назад, здесь закладывали кирху, строители спрятали где-то слиток золота. Его искали чуть ли не весь XX век, но пока не нашли.

— Конечно, саму кирху никто не трогал, — объясняет Макоев. — Нельзя, памятник архитектуры. Вполне возможно, золотой кирпич в ее стенах и находится. Заложенный на счастье.

Кира Тогузова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка