{{$root.pageTitleShort}}

Бабочка в шелках

Элитные ткани, шампуни, бронежилеты и хирургические нити — в производстве всего этого отметился тутовый шелкопряд. А сохраняют и изучают это насекомое на уникальной станции на Кавминводах

Научно-исследовательская станция шелководства — филиал «Северо-Кавказского федерального научного аграрного центра» — находится в поселке Иноземцево. Единственное в своем роде учреждение в России отыскать среди частного сектора непросто: двухэтажное здание больше похоже на обычный жилой дом. Подсказка кроется только в подстриженных деревьях шелковицы, также известной как тутовник. Растение — единственный корм шелкопрядов, живой изгородью растет вокруг здания.

Золотые годы шелководства

— Станция существует с 1929 года. Предшественниками были два учреждения в Новочеркасске и Таганроге. Когда решили, что исследования проходят далековато от производственников, учреждения ликвидировали и наработки перенесли к нам на КМВ, — рассказывает директор станции Елена Евлагина.

В советские годы шелководство по праву считалось важной частью промышленности и сельского хозяйства. Работали целые заводы, которые выращивали тонны грены — яиц шелкопряда, размером с маковые зерна. Если учесть, что до превращения в куколку гусеница увеличивается в десять тысяч раз, несложно представить, какие объемы производства шелка были в СССР.

— На станции содержали исходный материал. К примеру, как и в зерноводстве, отсюда поставляли суперэлиту, элиту — выведенную в лаборатории грену без болезней и с качествами, заявленными в описании породы, — объясняет Евлагина. — После грену доставляли на Георгиевский гренажный завод, где насекомых размножали в промышленных масштабах и раздавали колхозам, совхозам и населению Ставрополья, Краснодарского края, Ростовской области и республик Северного Кавказа. Там шелкопряда выращивали, коконы грузили в вагоны и вывозили в Бендерский шелковый комбинат в Молдавии — огромное предприятие, на котором работало около пяти тысяч человек.

Золотые годы советского шелководства давно прошли, и о былых рекордах напоминают только плантации шелковицы. Деревья, повидавшие расцвет отрасли, смогут расти сотни лет — в ботанике их считают долгожителями.

Путь от грены до бабочки

Биология тутового шелкопряда изменилась за время «общения» с людьми. Жизненный цикл насекомых поменялся, они утратили возможность летать, поэтому не выживут без человеческой заботы, объясняет Елена Евлагина.

— У нас на станции шелкопряд зимует в виде грены в течение девяти месяцев. В начале лета из грены появляются крохотные гусеницы. На «диете» из листьев шелковицы, в которых много белка, они быстро растут и проходят через четыре линьки. После каждой ощутимо увеличиваются в размерах.

В помещении, где содержат гусениц, словно идет невидимый дождь. Насекомые непрерывно едят листья тутовника. Звук от сотен особей похож на падающие капли дождя.

Когда гусеница набирает массу, она завивается в кокон: ищет место, подвешивает себя на шелковых нитях, как в колыбельке, и плавными движениями в форме восьмерки плетет кокон. Процесс длится три дня, а примерно через две недели на свет появляются бабочки. Кислотой они размягчают шелковую нить, из которой сделан кокон, и выбираются наружу.

Первыми «рождаются» самцы: они меньше и подвижнее. Самки крупнее и более медлительные, так как из коконов вылупляются уже с семенным материалом в брюшке. Следом наступает момент спаривания, или, по-научному, папильонаж, который длится 40 минут: каждой самке вручную подсаживают самца. Затем особей разделяют. Самку отправляют в специальный пакетик, где она в течение трех суток откладывает грену. Самой ценной, по словам директора станции, считается та, которую насекомое откладывает за первые сутки. После грену моют, сушат и складывают в холодильники до следующего года.

— Если требуется получить шелк или коконы, то после того, как гусеница завилась и превратилась в куколку, ее морят. Способов множество: горячий влажный воздух, сушильные шкафы с высокой температурой, вакуумирование, электричество. При таких процедурах нить не повреждается, если правильно подобрана технология. Затем коконы отправляют на размотку и другие цели, — говорит Елена.

Не только ткань

{{current+1}} / {{count}}

Директор научно-исследовательской станции шелководства Елена Евлагина с пакетиками для откладывания грены

Бабочка тутового шелкопряда

Грены тутового шелкопряда

Взрезанные коконы и вынутая куколка

На станции содержат 33 породы шелкопряда из Китая, Японии, Румынии, Вьетнама и Грузии, в том числе восемь российских, которых получили здесь же, в Иноземцево. Породы отличаются размерами коконов, жизнеспособностью, количеством яиц в кладке, разматываемостью и урожайностью коконов, толщиной нити, шелконостностью. Коллекция пополняется с 40-х годов прошлого века.

—  Когда порода попадает в новые климатические условия, первое время ведет себя иначе. Чтобы добиться заявленных в описании качеств, мы проводим адаптацию и акклиматизацию насекомых, — поясняет Евлагина.

Временами к сотрудникам станции обращаются аграрии, которые, став обладателями участков, обнаруживают там плантации шелковицы. Предприимчивые землевладельцы хотят использовать деревья с пользой и интересуются шелководством, но, узнав, что в России некуда сдавать коконы, быстро остывают к идее.

— Со своей стороны мы готовы рассказать о технологии производства, обеспечить греной и методической помощью. Но, к примеру, оборудование мы не продаем и не производим, коконы на переработку не принимаем, — говорит директор станции.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Улитки на склонах Пятигорья
Эскарго, улитки по-бургундски и икра моллюсков. Как ферма на Ставрополье стала законодателем моды на необычные деликатесы и первопроходцем самого молодого в России вида сельского хозяйства

Сейчас главные мировые производители шелка — Китай и Индия. В производстве текстиля с ними сложно конкурировать, но возможно. Например, считает Евлагина, если отраслью в России заинтересуется крупный инвестор, готовый вложить средства сразу во всю линию производства — от выращивания грены до изготовления текстиля.

Однако шелководство давно перестало быть лишь поставщиком тканей для повседневной одежды и постельного белья. На научной станции в Иноземцево работают над получением сверхпрочной ткани — нить с уникальными свойствами можно изготовить, подмешав гусеницам в корм наночастицы.

Шелк используют и в медицине, например, делает из него хирургические нити. Недавно к Евлагиной и ее коллегам также обратились сотрудники Курчатовского института, где исследовали способы восстановить нейронные связи головного мозга у детей с врожденными заболеваниями. Белок шелка фиброин может использоваться в качестве матрикса — каркаса, который заполняют клетками для регенерации тканей.

— В прошлом году мы получили сертификат и теперь в небольших объемах производим косметическую продукцию: используем взрезанные коконы, из которых убираем куколку. Такие можно долго хранить. Если замочить их на несколько минут в горячей воде, получится скраб для лица — эта продукция реализуется в китайских магазинах, а теперь появилась и у нас.

На станцию можно приехать с экскурсией — сотрудники с радостью все покажут, расскажут о жизни тутового шелкопряда и не дадут уйти с пустыми руками. Некоторые дети берут с собой взрослых гусениц, которые через несколько дней превращаются в бабочек. Главное подгадать с сезоном: насекомые активны всего несколько месяцев в году.

Роман Цатуров

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ