{{$root.pageTitleShort}}

Нетопорная работа

Три года назад в ингушском селении Троицкое появился мастер, решивший возродить искусство создания боевых топоров. Теперь у Альберта Аушева нет отбоя от клиентов. А началось все с ковида

Альберт живет вместе с родителями и младшим братом в Сунженском районе Ингушетии. У семьи небольшой дом с навесом и солидный земельный участок с садом, огородом и хозпостройками. Здесь же расположилась мастерская оружейника с секциями для работы с деревом, металлом и кожей.

Короновирус изменил жизнь

— Все началось три года назад. «Предками» нынешней мастерской были табуретка, небольшое бревно и садовый столик. Я с 2011 года параллельно с учебой в Ростовском строительном университете работал в продажах. Во многих компаниях успел набраться опыта — в сфере недвижимости, услуг связи, лесозаготовки. Был уверен, что нашел свое предназначение. Тот случай, когда и работа была в удовольствие, и я хорошо справлялся. А в 2019 году я одним из первых в нашей стране заболел коронавирусом, и жизнь круто изменилась, — вспоминает Альберт.

После месячного лечения в Нижегородской области он вернулся домой в Ингушетию на постковидную реабилитацию. Появилось много времени, чтобы спокойно работать в саду на свежем воздухе. Восстановление шло своим чередом, пока в руки парня не попал туристический топорик ручной работы, который его товарищ не мог продать долгое время.

— Для меня топор всегда был обычным инструментом, о котором вспоминаешь, когда в нем есть нужда. Как и молоток, отвертка или разводной ключ. Но когда я взял в руки это простое орудие труда и разрушения, я понял, что мне интересно продавать такой товар. Но не заводские штамповки, а именно стилизованное оружие ручной работы. И не только продавать, но и создавать его. Так и началась моя история. А топор товарища я продал почти в два раза дороже изначального ценника, — смеется он.

Продаю здоровье

Топоры бывают нескольких видов, говорит Альберт: боевые, мясницкие, плотницкие, туристические, кухонные и множество их разновидностей вплоть до двуглавых секир. Он мечтает о своей кузнице, где мог бы создавать идеальные топоры с нуля. Пока же работает с коваными заготовками из высококачественной крепкой стали, которые ему поставляют металлурги с Урала. Из этой болванки он вытачивает главную часть топора — его голову, придавая ей нужную форму.

— Это моя самая нелюбимая часть работы. Слишком много металлической крошки и стружки, которая оседает на лице, попадает в нос и горло. Обычные маски и респираторы не помогают, а на профессиональную защиту у меня не хватает денег, — сетует мастер. — Так что вместе с топорами продаю и свое здоровье. Потом, надеюсь, смогу установить в мастерской специальные вытяжки.

Выточив нужные изгибы, Альберт переходит к шлифовке металла, доводя его до зеркального блеска. Следующий этап — нанесение рисунков. Чаще всего клиент заказывает национальную тематику — географическую или фамильную. Сначала рисунки наносятся вручную, затем им придается объем методом электрохимического травления: топор опускают на 30−50 минут в очень соленую воду и через него пропускаются разряды электрического тока. Затем снова полировка, смазка — и голову топора можно насаживать на топорище.

По словам Альберта, все этапы этого процесса требуют сноровки и опыта, малейшая ошибка может испортить труд нескольких дней. Раньше ошибки случались часто, и приходилось все переделывать. Как признается парень, учителей у него не было, профессию осваивал сам через боль, пот, кровь и ошибки. Мастера хранят свои секреты, а в интернете и книгах не всегда описываются все тонкости ремесла.

Плотник, художник, менеджер

Отдельным произведением искусства можно считать и топорища ручной работы. Древесину Альберт закупает у владельцев пилорам. Чаще всего мастер использует бук, дуб, липу и ясень. Самыми дорогими в этом деле считаются рукояти из красного дерева и черного граба. Точно нельзя делать топорище из сосны: слишком мягкий материал. Но и он востребован из-за красивой структуры древесины, поэтому сосну мастер использует для изготовления декоративных накладок.

— Драгоценные породы дерева заказывают единицы — это очень дорогое удовольствие. Дуб и бук тоже считаются элитными породами, но найти их на наших пилорамах проще. Работать с каждой породой дерева надо по-своему. Через ошибки и кровавые мозоли освоил и это направление. После полировки смазываю топорище специальными маслами и растворами, что позволяет укрепить материал, придает красивый узор полотну и защищает древесину от влаги, вредителей и микротрещин. Можно по желанию заказчика даже обжечь топорище.

Заключительный этап создания топора — обмотка топорища кожей. И здесь тоже много своих нюансов. Как ни странно, кожу нужного качества на Кавказе не найти — приходится покупать в Москве и Санкт-Петербурге. Мастер режет тонкую овечью и телячью кожу на узкие полоски и в нескольких местах обматывает дерево. Это укрепляет рукоять, улучшает хват топорища и придает художественное оформление топору. Эту часть работы Альберт любит больше всего: она позволяет расслабиться и полюбоваться на результат труда. Финальный штрих — кожаная петля на конце топорища, чтобы оружие не вылетело из рук. Ведь топор должен быть не только красивым, но и функциональным. Несмотря на весь декор, изделиями Альберта можно и рубить, и резать, и чуть ли не бриться — нужно только правильно заточить лезвие.

Топор для губернатора

По желанию заказчика можно изготовить также кожаный чехол для топора, специальный ремень на брюки, настольный держатель или настенную доску, которая может быть и полноценным щитом. Под общий образ получившегося комплекта можно разработать дизайн и сделать на станке подарочную упаковку из древесины с различными выжженными или вырезанными изображениями и текстом.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Деревянные ковры «Фаттана»
В столярном ателье в Назрани делают необычную мебель, соединяя в одно целое дерево, эпоксидную смолу и ингушский национальный орнамент, сохранившийся на старинных коврах — истингах

— Научился работать в графических редакторах на ноутбуке. Теперь легко создаю уникальные макеты аксессуаров и упаковки для своих топоров. Станок для работы с деревом приобрел при помощи государства — зарегистрировался как самозанятый и получил грант в 100 тысяч рублей. С юридическим оформлением проекта помогли ребята из Ассоциации ремесленников Ингушетии, в которой я состою.

Свои первые топоры Альберт сделал бесплатно для друзей и родных. Публиковал фотографии и видео в социальных сетях, участвовал в выставках ремесленников. Сейчас от клиентов нет отбоя. Правда, работа не потоковая, а действительно эксклюзивная и требует много труда и времени. В среднем, в зависимости от сложности заказа, на один топор уходит 5−10 дней.

Минимальная себестоимость одного топора составляет около 4 тысяч рублей, плюсуем к этому труд мастера и получаем итоговый ценник в районе 10−15 тысяч рублей. Заказы с использованием драгоценных металлов и дорогих пород дерев могут потянуть и на 100 тысяч.

{{current+1}} / {{count}}

— За эти несколько лет я изготовил больше 150 топоров, и ни один из них не повторяет другой, если в заказе не было оговорено, что они должны быть похожими. Всегда импровизация. Моя фантазия подсказывает, как все сделать. В основном у меня заказывают топоры для подарка. Мои топоры дарили губернаторам, федеральным министрам, популярным артистам и общественным деятелям. Или же заказчики — ребята, которые увлекаются активным отдыхом, любят проводить время на природе, им в походах нужен надежный инструмент. География обширная, даже в ближнее зарубежье отправлял свои работы. Обычно пользуюсь услугами «Почты России» или транспортных компаний, хотя чаще всего заказчик сам приезжает ко мне в мастерскую за топором.

Тайна аланов

Несколько раз в мастерскую приносили древние металлические топоры, ножи и наконечники копий на реставрацию. Особенно Альберту запомнился топор, который, по словам владельца, датируется V веком нашей эры. Оружейник смог восстановить его первоначальный вид, несмотря на большую изношенность и болезнь металла, и с тех пор загорелся идеей возродить искусство обработки металла предками ингушей — аланами.

— Наши предки умели виртуозно работать с железом. Об этом свидетельствуют предметы, найденные в наших башнях во время раскопок. Тогда не было нержавейки, не была развита металлургия и химия, но некоторые находки прямо указывают на нереально высокий уровень тех мастеров. Мечтаю это умение возродить, поэтому ищу любые упоминания о наших мастерах древности.

Пока Альберт обходится своими силами, но признается, что помощь государства была бы очень кстати. Он подготовил документы и намерен участвовать в грантовых конкурсах. В первую очередь для его производства необходимо помещение с хорошей вытяжкой, небольшая кузница и пневмомолот. И тогда, уверен оружейник, он сумеет в совершенстве освоить любимое ремесло, и топоры его работы будут востребованы ценителями во всем мире.

Адам Буражев

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ