{{$root.pageTitleShort}}

Ставрополь, 10-я авеню: Стрит-дэнс и другие кавказские танцы

Каково быть экзотикой на и без того экзотическом Кавказе
480

Экспериментальный театр, классическая и современная хореография, стрит-дэнс. Ставропольская группа «10th Avenue» старается не загонять себя в рамки и перечисляет все сразу, говоря о жанре, в котором работает. К тому, что часто приходится сталкиваться с непониманием публики, относится с юмором – корреспондент портала «Это Кавказ» выслушал рассказы о том, какие вопросы умудряются задавать журналисты и как зрители уходят со спектаклей целыми рядами.

Пока «10th Avenue»больше выступает в Европе, чем на родном Кавказе. Участники группы относятся к такой ситуации философски и ищут ей рациональные объяснения. Зато на родине удалось организовать ежедневные занятия с детьми: дети, в отличие от взрослых, не закрепощены и среди них много по-настоящему талантливых. А значит, считают артисты, у местной стрит-культуры есть будущее. Как и у классической и современной хореографии, как и у экспериментального театра.

Сюрреализм посреди Кавказа

«10th Avenue» - не какие-нибудь новички, их бэкграунду можно позавидовать: двукратные победители Кубка стран Восточной Европы по хип-хопу, чемпионы России по танцевальному шоу, финалисты Чемпионата Европы по модерну, победители Всемирной танцевальной Олимпиады, неоднократные чемпионы мира по Street Dance Show

То, что делает школа современного танца «10th Avenue», для Ставрополя пока экзотика. Танцы и спектакли – смесь сюрреализма, стритовой культуры, классической хореографии, философии познания мира, поисков себя и внутренних ритмов, медитации. Неудивительно, что подобное искусство знает и понимает здесь лишь узкий круг ценителей.

Дорога к их творчеству во всех смыслах непростая: даже чтобы просто попасть в студию, приходится идти неочевидными путями сквозь старую типографию – гулкие коридоры, лестницы, лифты и снова коридоры. Ориентироваться можно на музыку, доносящуюся из недр старинного здания, где артисты арендуют помещение. Споткнувшись в сумраке о лежащие на полу велосипеды, гость понимает: танцевальный зал за соседней дверью.

На входящих, видимо, принято не обращать внимания. Что еще более экзотично для Кавказа.

В танцевальном зале полукругом стоят люди и по очереди показывают какие-то сложные и явно стритовые движения. Похоже на фильмы про неблагополучные кварталы Америки, этакий Бронкс по-ставропольски. Ну, так ведь мы на 10-й авеню. Кто-то хлопает в ладоши, кто-то просто сидит или лежит на полу, кто-то кружится. Люди перебирают пальцами невидимые нити – ведут тактильный диалог с пространством. Теперь это кажется коммуной Карлоса Кастанеды, увидевшей линии мира.

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

На занятиях экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Игорь Кожевников

{{curItem + 1}} / 10

Никакой развлекаловки, никакого «Тодеса»

Ирина Кононова, главный постановщик и хореограф, что-то эмоционально рассказывает по телефону. Кажется, будто ее танец продолжается и здесь, в комнатке с крутящимися креслами и низким красным диваном, где удалось ее отыскать. Замечает меня только через минуту. С ногами залезает на диванчик и начинает рассказывать о «10th Avenue», не прекращая плавных движений руками. Словно танцует даже сидя.

– Сначала развивались отдельно друг от друга. Каждый шел по своему пути. Друг с другом встречались на каких-то фестивалях, а потом поняли, что, когда мы вместе, мы сильнее, – говорит она. – Один из нас, Виталик Макаренко, всех нас собрал, объединил. С тех пор и существует «10th Avenue». Появилась школа, в нее ходили и ходят танцевать взрослые, потом и дети стали приходить.

Она рассказывает, как концерты перерастали в более серьезные вещи, появился перфоманс. Сейчас у группы уже два спектакля: «Крыша» и «Муха в повидле», в Ставрополе их показывали дважды. Есть планы представить их зрителям подряд, друг за другом: спектакль, антракт, спектакль.

– «Крышей» многие восхищались: «Вау, круто для нашего города!» А с «Мухой в повидле» сложнее, потому что мы залезли на слой глубже. И мнения были разные. Кто-то подходил и говорил, что ничего не понял, другие хвалили.

– У нас публика такими арт-хаусными вещами не избалованная. Да, сталкиваемся с театральной необразованностью, зрителей надо воспитывать, – добавляет один из хореографов, Константин Бацоев, высокий красивый мужчина с длинной черной косой.

Артисты рассказывают часто обидные, но забавные случаи. Как зрители звонят, будучи уверенными, что идут на КВН. Как в Краснодаре со спектакля ушел целый ряд, а в Анапе за кулисы забежала женщина и начала кричать: «Куда я попала! Это же слишком жестко! Это какая-то психоделия! Таких, как вы, надо запрещать!».

– Переживаем, конечно, когда такое происходит. Но не сильно, от этого никуда не деться. В целом-то зрители нас понимают, а вот журналисты не всегда, мы даже хотели провести для них специальные курсы, – смеется Ирина. – Как-то журналисты после спектакля задали вопрос: «Ваш спектакль никто не понял, как вы можете это прокомментировать?».

– Есть несколько классических вопросов. Первый: «Никто ничего не понял, как вы к этому относитесь?». Второй: «О чем этот спектакль?» – Константин тоже не может удержаться от смеха.

Группа не собирается ничего упрощать, объяснять, «разжевывать», заявляет Ирина. Как не собирается и развлекать. Эстетизировать публику, воспитывать, но не развлекать.

– Я все детство протанцевала в эстрадном коллективе вроде «Тодеса», именно развлекая публику, – говорит она. – И возвращаться к этому не хочу, это пройденный этап. Это неинтересно.

Творческая шизофрения. Эволюция жанра

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

Танцевальный спектакль "Муха в повидле" экспериментально-танцевального театра 10th Avenue. Фото: Sasha Box

{{curItem + 1}} / 7

Первое впечатление, что танцевать здесь предпочитают босиком. Но значительная часть артистов все-таки в традиционных для стрит-дэнса кроссовках. От вопросов отмахиваются: главное – концепция, обувь на втором плане.

Так «10th Avenue» – стрит-дэнс или нет? Отвечают аккуратно: «Стараемся рамок не ставить». И уточняют: это сплав стритовой и более сценической современной хореографии. Скромное журналистское мнение, что работа группы, скорее, погружение в себя, «медитация танца», принимаются «на ура». В кои-то веки журналист понял их правильно.

– Но мы не на таком супер-уровне, чтобы стебаться, все-таки стараемся объяснять, доносить, – говорит Константин. – Наша задача – собрать публику, а не разогнать. И если из двадцати один человек понял – уже круто.

– Танец – это образ жизни, – говорит Ирина, – танец сопровождает танцора всегда и везде, ему не мешает усталость, ему ничто не мешает. Бывает, два дня не танцую, и уже что-то не то, «ломка» начинается, – Ирина закручивает руки, показывает «ломку». Продолжает танцевать.

– У нас есть такая теория, что каждый танцор обладает некой «творческой шизофренией», – серьезно объясняет Константин, – я читал, что когда танцор слышит музыку и начинает танцевать, то это некая мозговая деформация.

Тренировки группа проводит ежедневно, и ежедневно артисты занимаются с детьми.

– Дети в Ставрополе очень талантливы и еще не закрепощенные, с ними работать легче, чем со взрослыми, – говорит Ирина. – Они хорошо чувствуют музыку, ритм, свое тело и то, как именно их тело хочет двигаться.

Говоря о сложном для зрителя смешении жанров и непростом труде артистов, тем не менее подчеркивают: танцевать могут все. Нужно уметь наложить свой ритм на ритм, заданный извне, и это будет хороший танец, – говорит Ирина. И добавляет: тысячи лет назад никто не стеснялся танцевать у костра, а сейчас не стесняются только в Африке.

– То есть такие, как вы, эволюции не нужны? – сам собой напрашивается вопрос.

– Нет, это вряд ли, мы не настолько оторваны от мира, чтобы считать себя ошибкой природы, – смеется Ирина.

Европа любит больше. Но жить хочется в России

- Здорово, когда тебя оценивают знающие люди. Подготовленные, профессиональные, - говорит Ирина Кононова. - У нас практически на каждом спектакле сидит кто-то из европейских хореографов стритовой культуры, просто так получается, совпадает. Французы, поляки нас видели и оценили. И когда они искренне нас хвалят, это круто. Здорово, когда они видят наш потенциал и готовы с нами работать.

Возможностей работать у группы не так много, все упирается в финансы. Да и в политику, – добавляет Ирина. Спектакли показывают редко, из-за тех же финансовых трудностей. В Ставрополе их можно увидеть лишь раз в полгода. Аренда залов дорогая, а публики немного. При этом, – говорит она, – в городе пока нет ни одной открытой площадки для стритовой культуры, где можно было бы что-то показывать, проводить мастер-классы.

– Всему свое время, я себе так говорю. Успокаиваю, наверное. Мы пытаемся понять, в том ли мы направлении идем, – Ирина предпочитает смотреть на проблемы философски.

Раз не получается выступать в Ставрополе, группа ездит в другие города страны, в Европу, где творчество «10th Avenue» востребовано больше.

Последний вопрос, уже уходя: почему «10th Avenue» работает именно здесь, в Ставрополе? Почему не уехали, раз здесь не все гладко? Константин обещает подумать. Спустя несколько часов приходит SMS: «Мы считаем, что должны быть именно здесь – в городе, где мы все познакомились, начали творчески реализовывать себя».

Лариса Бахмацкая

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка