{{$root.pageTitleShort}}

Однажды в степи

Саксофонист из ставропольского аула поет на ногайском языке, играет на домбре, а с недавних пор еще и снимает фильмы. История режиссера-самоучки, решившего покорить международные кинофестивали

Ногаец Ислам Сатыров уверено развивался в музыкальной сфере, но жажда разного творчества и любовь к культуре своего народа привели его в мир кино. Режиссер-самоучка снял уже три документалки и две художественные короткометражные картины, а его последний фильм вошел в официальную программу сразу двух международных смотров.

Джаз и домбра

Все началось в ауле Каясула Ставропольского края. Именно здесь 30 лет назад пятилетний мальчик получил в подарок от папы гармошку.

— Отец, можно сказать, активировал во мне любовь к музыке. Я научился играть на этой гармошке, подбирал мелодии и даже выступал на концертах в ауле. После школы поступил в Астраханский музыкальный колледж, учился на эстрадно-джазовом факультете. Педагог, обучавший меня музыкальной грамоте, сказал: «У нас, у ногайцев, нет эстрадных джазовых музыкантов — тем более саксофонистов, нужно двигаться в этом направлении». По инициативе педагога меня туда и отправили учиться.

Планам стать саксофонистом сбыться не удалось. После колледжа Ислам уехал в Москву, где переключился с джаза на студийную работу.

Ислам Сатыров

— Когда учился в музыкалке, мне очень нравилось заниматься аранжировками, микшированием. В Москве хобби стало работой — устроился в студию «10 records». С нею на тот момент сотрудничали Лепс, Кобзон, Манижа, Басков. Поработал с артистами, набрался опыта, обзавелся связями. Такому точно нигде не научат.

Главным же событием, выведшим Ислама из музыкального закулисья, сам он называет знакомство с ногайским композитором и исполнителем Арсланбеком Султанбековым. Именно он увлек молодого музыканта в мир этнической музыки, средневековой ногайской поэзии и научил играть на домбре.

— Это наш народный двухструнный инструмент. Я на нем не играл никогда, но на тот момент владел большинством других инструментов: фортепьяно, духовые, все гитары, барабанные установки. А тут домбра. Для меня это стало обновлением в музыке, тем более после джаза. Разворот на 180 градусов.

Больше этно, меньше попсы

Молодой музыкант, вдохновленный работами старшего коллеги, вскоре начал писать собственные песни на ногайском языке и исполнять их. Первый успех принесла композиция, на которую Ислам вместе с братьями снял клип.

— У нас в семье три брата, и все трое музыканты. Средний барабанщик, младший играет на гитаре, я — на домбре. Песня — смесь этнической музыки и современной, такой этно-поп, что ли. Мы купили зеркальный фотоаппарат, поехали в родной аул, с инструментами залезли на крышу Дома культуры и сняли там клип. Видео я выложил на YouTube, его увидел редактор музыкального телеканала и попросил на ротацию. Благодаря этому появилась какая-то узнаваемость, начали приглашать на мероприятия. Я увидел спрос на эту музыку, начал писать материал и в итоге выпустил альбом.

Сольник «Заман» вышел в 2018 году. Дословно название переводится как «время», но в ногайском языке слово используют не только для обозначения часов и минут, объясняет музыкант, но и в более широком смысле.

— В альбоме есть связь эпох. Я взял часть песен из репертуара моего наставника (тексты на слова средневековых ногайских поэтов), на них наложена музыка — осовремененная. Вот такая нить, связывающая наши дни с прошлым, поэтому «Заман» мне показалось очень подходящим названием.

Однако со временем Сатыров стал отдаляться от попсового направления. К переходу в этно подтолкнули в том числе обстоятельства.

— Знакомый продюсер из Казахстана предложил поработать с мировым лейблом из Англии, который издает именно этно со всего мира. Они готовят к выпуску альбом с музыкой тюркско-язычных народов. Я согласился, буду представлять ногайцев. Уже отправил одну композицию — в ней звучат редкие старинные инструменты.

Магия ногайского фольклора

Киноиндустрией Ислам увлекался параллельно музыкальной карьере. Дебютом режиссера-самоучки стала документалка об обрядах и ритуалах ногайцев «Камбак» (в переводе — «перекати-поле»). Как признается Ислам, кино для него сложнее и интереснее, ведь это составное произведение — включает музыку, звук, картинку, текст, историю, драматургию, игру актеров. Кроме того, с помощью фильмов можно сохранить историю народа, его фольклор, традиции как живой материал, который может находиться в открытом доступе, а не в виде научных трудов, спрятанных на полках в университетах.

— Как-то ко мне приехала коллега-вокалист Айна Черкесова. Она училась в аспирантуре и защищала дипломную работу по ногайскому фольклору. Айна ездила в экспедиции по аулам, собирала песни, поколениями передаваемые из уст в уста. Айна записала какое-то количество колыбельных и решила выпустить их в новых аранжировках. С этим проектом она пришла ко мне, принесла диктофонные записи, на которых пели пожилые женщины, а между исполнениями рассказывали истории. Мне это очень понравилось, но возникло чувство, что мы можем в один момент лишиться всего этого: люди на записях очень пожилые. Огромный пласт информации просто канет в лету. Тогда я предложил еще раз проехаться по аулам с командой, снять видео и просто выложить на YouTube, но получилось даже лучше. Я просмотрел собранный материал и увидел, что можно сделать полноценный фильм и показать судьбу народа через его обычаи и традиции.

Задумку Айны также удалось воплотить. Музыкант помог девушке записать колыбельные и выпустить приложение для смартфонов. Ислам подчеркивает: родители могут скачать его из Google Play и включить старинные композиции детям.

Без образования сложнее

Ислам презентовал «Камбак» на нескольких кинофестивалях, а потом выложил в открытый доступ в интернете. Фильм показывали в Черкесске, Астрахани, Дагестане, Москве и в Уренгое, а также в Турции и Казахстане. Последний раз — в Казани зимой 2022 года, уточняет автор. После успеха «Камбака» Ислам глубже погрузился в мир некоммерческого кино.

— Я снял три документальных фильма (четвертый в работе) и два художественных. Первая картина «Шепот счастья» в 2019 году участвовала во Всероссийском питчинге дебютантов. Это когда молодые режиссеры отсылают заявки с идеями, комиссия отбирает лучшие и приглашает на очную защиту перед командой продюсеров. Тогда я впервые поехал на питчинг и занял первое место.

По словам Ислама, снимать художественные фильмы оказалось сложнее, чем документальные. Особенно без профессионального образования.

— Я уже долгое время занимаюсь самообразованием, стараюсь изучать тему. За время карантина прошел заочно два курса по сценарному мастерству и режиссуре, что здорово помогло. Сейчас мне легче двигаться в этом направлении, но все равно конкурентоспособность автоматически ниже: на питчингах — выпускники ВГИКа, частных киношкол.

Со Ставрополья в Ла-Пас

Фильм «Инста-пастух» — еще одна короткометражка Сатырова — создана из интернет-постов дагестанца Артура Аджибатырова. Он ведет свой блог прямо из степи.

— Мне прислали видео пастуха, который что-то смешное говорил, даже не помню что. Я зашел на его страницу, и выяснилось, что парень из ногайского аула пасет овец, ему скучно, и он ведет блог: рассказывает о жизни, делится личными, смешными моментами. Все видео он начинает словами: «Это история одинокого пастуха». У меня в мыслях не было делать из этого фильм, просто попробовал собрать историю — в качестве эксперимента. В итоге получилось одновременно смешно и грустно.

Продвижением ленты занимаются продюсеры из Москвы — зацепил необычный формат. Фильм получил награду на фестивале Nefiltravanae kino в Белоруссии, а за океаном, в мексиканском Ла-Пасе, «Инста-пастуха» включили в основную программу независимого смотра Cine Pobre.

Российские зрители смогут увидеть 20-минутный фильм о мыслителе из дагестанской степи на стримплатформах осенью. Пока же в открытом доступе есть другие работы Ислама: «Камбак», «Сары-Су», «Шепот счастья» и «В активном поиске».

Наталия Маслова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ