{{$root.pageTitleShort}}

«У нас каждый претендует на золотые медали. Серебро или бронза — это проигрыш»

Муса Евлоев — первый чемпион мира в классической борьбе из Ингушетии. Борец живет в спортзале. В переносном смысле. Хотя были времена, когда в зале ему приходилось жить буквально
579

25-летний Муса Евлоев стал первым чемпионом мира по греко-римской борьбе из Ингушетии. 28 октября в финальной схватке в Будапеште он победил болгарина Кирилла Милова со счетом 7:2.

Встретиться с действующим чемпионом оказалось непросто: тренировки, сборы, самолеты… Отдыхать некогда, признается он. Впереди чемпионат России, а там и Олимпиада не за горами, а на нее у борца большие планы.

Муса Евлоев

«Вот стал чемпионом мира. И ничего необычного!»

— Муса, вы уже два месяца как чемпион мира по борьбе, а встречаемся в спортзале. Получается, жизнь и силы после победы есть?

— Ну конечно! Жизнь после победы точно такая же, вообще ничего не изменилось. Тренировки продолжаются. Но теперь планка другая — Олимпийские игры. Она, можно сказать, цель моей жизни. Чемпионат мира — это преходящее, а вот Олимпиада — на всю жизнь.

Когда я не был чемпионом мира, я очень хотел им стать, и меня это очень сильно мотивировало. Ну, а когда уже стал, появились другие стремления. Теперь я точно знаю, что могу выиграть. И иду к этому.

— А на чемпионате мира тоже были уверены в победе?

— Какого-то волнения особого не было. Только обычный спортивный мандраж, да и то не сильно. А так, легко ничего не дается. Готовился к каждому сопернику, тренеры очень помогали.

Соперник в финальном поединке был достойный. Молодой парень, до этого на ковре не встречался с ним и не знал, какие приемы он делает. Поэтому осторожничал. Напряженная схватка была. Ошибиться нельзя было ни в коем случае. Но я сделал прием ему в партере на четыре балла, поэтому вот так вот все и сложилось. Но если бы так не осторожничал, мог еще лучше сделать.

Но самым главным моим соперником я считаю армянина Артура Алексаняна. Он трехкратный чемпион мира, олимпийский чемпион. Мы с ним за выход в финал встретились. В прошлом году я ему проиграл в финале чемпионата мира, а в этом году взял реванш. Но с небольшим отрывом — 3:1. В следующий раз можно и получше выступить.

— После той схватки с Алексаняном вы взяли серебро. Результат ведь очень достойный, но вы, кажется, им недовольны.

— Конечно. Понимаете, сборная России по греко-римской, по вольной борьбе — самая сильная в мире. А чемпионат России считается у нас сложнее, чем чемпионат мира. Очень сильная конкуренция в нашей сборной. Поэтому у нас каждый, кто едет на чемпионат мира или на Олимпийские игры, претендует на золотые медали. Серебро или бронза — это проигрыш.

Даже отбор на чемпионат мира был сложнее самого Чемпионата. Думаю, это был самый сложный отбор в моей карьере. Я до последнего проигрывал сопернику Никите Мельникову, 15 секунд оставалось до конца, и я сделал прием и выиграл эту схватку. Если бы проиграл, не поехал бы на чемпионат. Но, видимо, я должен был там оказаться. Суждено мне было.

— А когда, наконец, взяли золото, что почувствовали?

— Да если честно, ничего не почувствовал (смеется). Когда я туда только ехал, думал: когда стану чемпионом мира, какие будут ощущения? Вот стал. И ничего необычного! Обыкновенные соревнования. Зато понимаешь, что чего-то достиг, какой-то груз падает с плеч, а потом начинаешь думать, что впереди еще много соревнований и самая главная цель в жизни — Олимпиада.

— Может быть, не было эйфории потому, что вы привыкли побеждать — все-таки, трехкратный чемпион страны. Или свое первое золото в России тоже спокойно восприняли?

Справка

Муса Евлоев, действительно, первый чемпион мира по греко-римской борьбе из Ингушетии. Глава федерации борьбы республики Руслан Белхаров пояснил, что, когда в состязаниях участвовал Берд Евлоев (1888−1952 гг.), борьба еще не была официальным видом спорта. Любой мог прийти на ковер и попробовать свои силы, никакие предварительные национальные этапы были не нужны. Первый официальный мировой чемпионат по борьбе прошел в 1951 году — за год до смерти Берда Евлоева.

— Нет, там такого не было. В то время для меня просто попасть на эти соревнования, увидеть тех спортсменов, с ними поздороваться — был огромный стимул. Я из молодежи только попал в основную сборную, да еще и сразу выиграл первый взрослый старт! Стать чемпионом России для меня было огромной честью.

— А стать первым чемпионом мира из Ингушетии — тоже большая честь? Ощущаете гордость или, может быть, ответственность?

— А я не считаю себя первым (- см. Справку). У нас же есть олимпийские чемпионы. Хасан Халмурзаев, Назир Манкиев, например. У меня дядя, Берд Евлоев, трехкратный чемпион мира и двукратный чемпион Европы… Поэтому нет, я не первый (смеется).

«Я пешком ходил в зал, чтобы не тратиться на проезд»

— А как вы вообще пришли в борьбу — тоже по стопам дяди?

— Не совсем. Мне очень приятно, что в моей семье есть такой человек, есть с кого брать пример. Я очень этим горжусь! Но все было прозаичнее. Когда был маленький, в Ингушетии ходил на бокс вместе со старшим братом. А потом он от нас уехал, а добираться на тренировки из Нестеровской (станица Нестеровская, родное селение Мусы Евлоева — Ред.) было далеко — в другой город. Отец сказал: «Одного не пущу!» А буквально в четырех-пяти километрах в другом селении была секция по греко-римской борьбе. Так и начал ходить. И пошло, увлекся.

Моим тренером был Алихан Хамхоев. Очень строгий, мы очень боялись его. Он сейчас смеется, говорит: «Таких как вы детей больше нет». У нас правда была сильная конкуренция: чемпион России Бекхан Оздоев занимался в том зале — тоже со мной на мир ездил в этом году. Олимпийские чемпионы Назир Манкиев и Альбиев Ислам тоже оттуда. Конкуренция высокая.

— Но тем не менее спустя два года тренировок в Ингушетии, в 15 лет, вы переехали в Калининград. Почему?

— Опять же — за старшим братом. Сначала он переехал, а потом позвал и меня. Там училище олимпийского резерва есть. Я и поехал. Начал ходить туда сначала тренироваться, потом они меня взяли на учебу. Отучился, получил диплом. Мне нравилось в Калининграде. И сейчас люблю там бывать. Но, если честно, там не такая уж сильная конкуренция. Там начинающие ребята занимаются. Поэтому спустя два года я снова переехал, уже в Москву.

— Ну, в столице-то, наверное, сразу рассмотрели ваш спортивный потенциал?

— Да наоборот, меня сюда сперва вообще не брали (смеется). Заниматься, занимался. А вот места в общежитии не давали. Его надо было заслужить. Жил у друзей. Тогда денег особо не было, поэтому я пешком ходил в зал, чтобы не тратиться на проезд. Рано утром — сюда, поздно вечером — домой. А между вечерними и утренними тренировками я вот в этом самом зале оставался. Спал, отдыхал вон на тех матах. До сих пор они тут лежат (смеется).

Мне тогда очень помогал Руслан Аджигов (борец греко-римского стиля, первый в России олимпийский чемпион среди юношей — Ред.). Когда домой вместе шли, всегда звал: «Пойдем покушаем!» Был как старший брат: поддерживал, советы давал. Форму даже мне покупал. Когда я участвовал в первенстве России по кадетам, после одной схватки был травмирован чуть-чуть — плечо у меня болело. И я не хотел выходить бороться за третье место. Руслан мне сказал: «Фигня твоя травма! Давай, Муса, борись! Если ты хотя бы третьим станешь, зарплату дадут. И ты эту зарплату сможешь за квартиру отдавать». Заставил меня. Так и вышло — я третьим стал.

«Буду в возрасте — перееду жить в Ингушетию»

— У вас просто эталонная история успеха: простой мальчик из села становится чемпионом. Вы, наверное, теперь в Ингушетии стали национальным героем — прямо как Хабиб в Дагестане…

— Да нет! Хабиб — это уже история, звезда. Я так… Пока только стремлюсь к этому. Спортсмены сильнее, чем я, есть. Поэтому мне еще рано становиться национальным героем.

Меня, конечно, узнают в Ингушетии. Разные ребята очень много пишут, звонят, болеют за всех нас, спортсменов, переживают. Ингушетия, конечно, знает вся.

— Насколько знаю, вас очень поддерживает глава республики Юнус-Бек Евкуров — даже подарки дарит.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Боевое самбо: лучшие броски
На чемпионат Всемирной федерации боевого самбо в Дагестане съехались спортсмены из 11 стран. Посмотрите, как выглядят впечатляющие приемы в исполнении настоящих мастеров

— Да, это правда. Наш глава после каждого старта звонит, поддерживает. В прошлом году после победы на чемпионате России он мне машину подарил — Toyota Camry. А двоюродный брат — номера к ней. Три единицы. Это у нас в Ингушетии считаются Евлоевские номера. Я их сразу приделал. Так что, если увидите машину с тремя единицами в Ингушетии, это значит за рулем Евлоев.

А за мировое первенство наш глава подарил мне квартиру в Магасе — недалеко от своей резиденции. Наверное, чтоб мы соседями были (смеется).

— Ну раз у вас теперь своя жилплощадь — то можно и возвращаться. Скучаете, наверное, по малой родине?

— Конечно, скучаю! Ингушетия — мой родной дом. Здесь у меня много родственников, двоюродные братья. Жаль, часто ездить не получается, я же в основном на сборах или на соревнованиях. Но раз в год бываю точно, даже чаще. У нас там рядом с домом, где я жил, речка есть. Я там все детство купался. Так вот, как только туда приехал домой после Чемпионата мира, сразу в этот же день пошел на речку искупаться (улыбается).

Обязательно в следующем году после большого старта отдохну дома. Ну, а когда буду в возрасте — перееду туда жить насовсем.

«Хочу после своей карьеры открыть школу»

— А как вообще в Ингушетии обстоят дела со спортом? Идет молодежь в борьбу?

— У нас помимо борьбы очень много и других видов спорта есть. Сейчас вот секция по гимнастике открылась. Хоккейная команда есть, большой ледовый дворец открыли, много залов появляется. Спорт развивается в Ингушетии. Тренироваться сейчас есть где, но главное всегда — желание.

Думаю, после нашего выступления на Чемпионате в борьбу пойдут. Так же, например, все шли в дзюдо после выступления Хасана Халмурзаева (ингушский дзюдоист, олимпийский чемпион 2016 года — Ред.).

— А сами вы как-то поддерживаете спортсменов из Ингушетии? Может быть, даете мастер-классы молодежи или болеете на соревнованиях?

— Конечно, болею, переживаю. Вот за Хасана Халмурзаева на Олимпиаде болел. Я смотрел финальную схватку. Не знаю… очень сильно переживал. Прямо не мог смотреть! Друг смеялся, говорил: «Ты же мужчина, давай смотри». Помню, как он бросил соперника в решающей схватке и победил. Я так счастлив был. Приятно, когда мои земляки вот так вот выигрывают. Это гордость. Я потом хвастаюсь всем — смотри, это мой земляк.

А вообще, у меня есть мечта. Хочу после своей карьеры открыть школу — в Ингушетии и в Калининграде, чтобы там дети тренировались, учились. И сам буду им все показывать и помогать. Очень надеюсь, что я сделаю это.

— Получается, всю жизнь хотите посвятить борьбе…

— Борьба и есть моя жизнь. Я каждый день думаю об этом. Когда сплю, когда просыпаюсь, даже когда ем. Свободное время, конечно, есть, провожу его с друзьями. Можем пойти прогуляться, пообщаться, посидеть где-то. Но даже когда мы с друзьями встречаемся, говорим о борьбе. Повторюсь: борьба — это моя жизнь.

Сейчас все делаю для победы на Олимпиаде. Днем и ночью тренируюсь, думаю только об этом. А там уже как Всевышний даст. Если суждено туда попасть, буду бороться. Если нет — все равно дальше буду идти, главное — не останавливаться.

Екатерина Куприянова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка