{{$root.pageTitleShort}}

«Не могу играть русских, но и кавказцев не могу играть»

Голос аниме и турецких сериалов, звезда TikTok, хозяин котиков и «слишком русский» аварец — все это актер дубляжа Ислам Ганджаев

Голосом Ислама Ганджаева говорят герои аниме. Но любят его не только фанаты экспрессивных японских мультиков, но и поклонники турецких сериалов. Как скромного аварца, которого в семье представляли не иначе, как юриста в деловом костюме, занесло в озвучку «инопланетных» историй и мыльных опер — и зачем ему блог с почти двумя миллионами подписчиков, если он работает за кадром.

«О, это — Ислам!»

— Расскажи про контекст — семья, детство?

— Самая обычная семья из города Муром во Владимирской области. Родные видели меня юристом. Максимально серьезная работа. Мы же аварцы — все должно быть строго, и я обязательно в костюме. Но все пошло не по плану. Когда в 16 лет сказал родителям, что хочу выучиться на актера, меня отправили в Москву поступать в колледж Олега Табакова. Не вышло. Поступил в другой. После пробовал получить высшее образование. Снова не вышло. Но по профессии все равно работаю.

— Как ты ее выбрал?

— Я играл в каких-то детских постановках и все такое, но в 13 лет что-то пошло не так, и я максимально замкнулся в себе. Пока как-то ночью по телевизору не наткнулся на мюзикл «Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит» с Джонни Деппом. Он меня поразил! Внезапно захотелось вернуться в этот волшебный мир.

— Как в семье приняли то, что будущий юрист решил стать актером?

— Мама в меня верила, поддерживала. Но и со стороны отца не было никакой злости, скорее — недоверие. Непонятная профессия, что там ловить — неизвестно. Принятие пришло, когда я начал активно работать. По телевизору вышел турецкий сериал в моей озвучке. Все родственники собирались, смотрели: «О, это Ислам!» Когда моему отцу стали присылать какие-то отрывки из сериала, все, наверное, и переменилось. Спустя семь лет я, наконец, смог ему что-то доказать.

Любимый сериал мамы и инопланетная культура

— Начал ты, выходит, с мыльной оперы.

— Да, «Бесконечная любовь» — Kara Sevda. Любимый сериал моей мамы. Для меня это вообще был тройной выигрыш: проект большой, официальный и все родственники его смотрят и любят.

244 серии! Мы озвучивали его три месяца. Это был шок — попасть в студию. В первый же день со мной записывались две актрисы. А я новичок в этом, не привык к высокой скорости. Стоит где-то ошибиться — актрисы тяжело вздыхают. Первая мысль: «Хочу домой, не хочу так страдать» (смеется).

— А аниме — это по любви?

— Конечно. Я много работал и смотреть аниме времени не было. Решил совместить приятное с полезным. Просто постучался в студию, где этим занимаются. И меня приняли.

— Раньше аниме как будто было увлечением для подростков. Как получилось, что сейчас аудитория намного шире?

— К аниме относились с недоверием. Японская культура для всего остального мира максимально «иная». Япония — реально другая планета. Их мультфильмы, манги — книги-комиксы. Японцы такое придумывают, что ты даже в фестивальном кино не увидишь. И хотя многие кинематографисты вдохновлялись японцами — те же сестры Вачовски в «Матрице», долгое время аниме-культуру просто не знали, как воспринимать. Сейчас многие любители аниме повзрослели. Это перестало быть чем-то «стыдным». Все вдруг погрузились в эту культуру и нашли в ней что-то для себя.

— В России были громкие случаи судебного запрета аниме…

— Обвинять мультик или игру в том, что ребенок что-то с собой может сделать, неправильно. Все зависит от воспитания и других серьезных вещей. При чем тут аниме? Легко найти крайнего, глубоко не копнув в суть проблемы.

— Аниме достается не только от судей. В Дагестане в 2018 году аниме-фестиваль сорвали люди, заподозрившие, что там «разврат». Следил за этой историей?

— Нет. Но я побывал не на одном фестивале аниме и могу сказать, что это невероятные эмоции. Люди максимально добрые. Они наряжаются, обнимаются, фотографируются. Кроме позитива и добра, там ничего нет. Ну, возможно, еще специфический запах после продолжительного ношения синтетических костюмов (смеется). Дети выходят в свет, учатся социализироваться, раскрепощаются. И, главное, находят единомышленников, дружат. Я не понимаю, зачем это запрещать?

Сорванный голос и нервный тик

— Если в кино говорят «обычно», то в аниме — суперэкспрессивно. Не бывает эмоционального выгорания?

— Да, обычный мультик — это сто процентов экспрессии, а аниме — все двести. Поговаривают, что для многих актеров это бесплатная терапия. Ты что-то накопил, пришел на озвучку, покричал — и тебе стало легче. Но бывает, так много отдаешь, что впадаешь в апатию. Или банально срываешь голос. На второй день озвучки полнометражки «Истребитель демонов: поезд „Бесконечный“» у меня закончился голос. Даже нервный тик появился — веко неделю дергалось. Если ты работаешь с мощным материалом, сутки точно будешь отходить.

— С чего начинать знакомство с аниме-культурой?

— Со всех полнометражных фильмов Хаяо Миядзаки. Потом перейти на Макото Синкая — «Сад изящных слов», «Твое имя», «Дитя погоды». У него максимально трогательные истории. Из сериалов каждый должен посмотреть «Атаку титанов». Это «Игра престолов» в мире аниме. Сериал произвел фурор, весь мир сошел с ума и наблюдает сейчас за финалом.

Закрытая индустрия

— Пробовал пробиться в кино? И какие роли обычно предлагают «лицу кавказской национальности»?

— Снимался во многих сериалах на ТНТ. «Саша+Таня», «Универ». Много играл курьеров. Забавно, что снялся даже в короткометражке «Курьер», но сыграл не курьера, а его брата.

Я в своей актерской визитке говорю так: не могу играть русских, потому что кавказец, но и кавказцев не могу играть, потому что «слишком русский». Приходишь на кастинг на роль какого-нибудь рабочего, а тебе говорят: «Вы не можете играть рабочего. Попробуйтесь на менеджера». Но вот в советских фильмах же играли актеры разных национальностей? Не каких-то стереотипных персонажей, а самых обычных людей. Было время, когда я думал: нужно, наверное, дождаться съемок фильма про русско-турецкую войну — может, хоть турка сыграю?

Но все же кинематограф сейчас меняется к лучшему в этом вопросе.

— Кстати, про перемены. На «освободившийся» российский рынок приходит турецкий, иранский кинематограф. Как это ощущается в индустрии?

— Уже нет американского кино. Японского стало меньше. Приходят китайские мультики, корейские драмы. Про качество контента мне сложно что-то сказать, но вот работы у актеров дубляжа явно стало меньше, даже у самых топовых.

— Озвучка дает финансовую стабильность?

— Да. Если актер разноплановый, может озвучивать и школьника, и какого-нибудь мачо, и покряхтеть за дедушку в мультике, потом еще и на рекламу сходить, точно будет хватать на жизнь.

— Что делать условному парню из Дагестана, который хочет стать актером дубляжа?

— В идеале — выучиться на актера. Потом пойти на курсы по озвучке. Или просто дома заниматься. Сделать какие-нибудь демки и стучаться во все студии — авось где-то прослушают. Я кидал свои куда только мог, и две студии меня позвали. А там уже с кем-то знакомишься, тебя приглашают на пробы. Индустрия озвучки очень закрытая. Какие-то студии для меня недоступны до сих пор. Режиссеры не рискуют, им комфортно работать с теми, кого они уже знают. Поэтому новые голоса в кино появляются очень редко.

Муромский аварец

— Поддерживаешь связь с Дагестаном?

— У меня на родине бабушка и дедушка по материнской линии. Но сам очень давно там не был, 13 лет. Они сами прилетают раз или два в год.

— Ты себя определяешь как дагестанец?

— С ростом популярности всем почему-то вдруг становится интересно, какой я национальности. Всегда отвечаю, что землянин, человек мира. Иногда говорю как есть — аварец.

— Про то, что ты «свой среди чужих, чужой среди своих» в кино, ты уже сказал. А как в жизни?

— Бывало звонишь, чтобы снять квартиру. А у меня никогда не было акцента и вроде бы голос такой, благородный. «Здравствуйте! Очень хотим снять!» — «Национальность?» — «Дагестанец» — «До свидания!» Окей, ладно.

Муром — маленький город, там бывали какие-то проблемы. Но сейчас вроде бы с этим порядок. Мир, кажется, становится добрее. Хочется в это верить.

А про всякие обидные прозвища… Здесь я руководствуюсь таким правилом: «Лучшая защита — самонападение». Это, кажется, делает человека сильнее — когда можешь над такими вещами сам посмеяться.

TikTok и котики

— Обычно армии фанатов у обычных артистов, но не у актеров дубляжа, а ты тик-токер с аудиторией в 1,7 миллиона. Это как-то помогает в профессии?

— Финансово пока нет, но я к этому стремлюсь. На какие-то студии, как я говорил, для меня пока дорога закрыта, и это как раз один из путей — зайти как «приглашенная звезда» с миллионной аудиторией. А так, для меня TikTok — источник поддержки от людей и вдохновения.

— Куда вообще ведут тебя твои амбиции?

— Хочу сняться в хорошем кино, в фестивальном. Показать свое нутро. В озвучивании — хочется просто получать максимальное удовольствие от работы.

— И не могу не спросить про четырех котов…

— Скажу больше — у меня их было шесть. Троих отдал матери в деревню. А прошлым летом появилась еще одна кошечка. Встретили ее с женой случайно на улице: «Ой, ну значит, судьба. Пойдем домой».

Карина Бесолти

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка