{{$root.pageTitleShort}}

Не один в поле воин

Зачем ставропольский чернозём возили в Париж и фашистскую Германию, чем отличается тракторист от комбайнера и почему землю нужно любить как жену
12537

Будят нас на рассвете — около шести утра. Женский голос за дверью сообщает, что надо срочно бежать в столовую, потому что через двадцать минут — выезд в совхоз «Россия». Кухарки, дородные, веселые и румяные, наливают куриный суп и предлагают гостям «сто грамм» для бодрости: «В поле холодно, я ж не шучу, винца налью хоть красного, хоть белого». Гости смущенно отказываются и загружаются в автобус, где уже разместились и продолжают дремать, облокотившись друг на друга, мальчишки, еще совсем дети — студенты техникумов, участники Ставропольской региональной олимпиады профмастерства среди трактористов и пахарей.

Традиция соревноваться в поле — давняя, еще с советских времен. Она позволяет не только выявить лучших, но и пообщаться между собой будущим аграриям и их учителям-мастерам. К состязанию готовятся год, для участия отбирают одного человека от каждого учебного заведения.

Поле уже освободилось от щедрого урожая: с одной стороны грунтовой дороги от пшеницы, с другой — от кукурузы. Чернозем настолько темный, что отливает антрацитом на фоне восходящего солнца.

— Здесь самый-самый эталонный чернозем. Когда фашисты оккупировали край, они эшелонами вывозили землю в Германию. Мешали его с песком и отправляли, — рассказывает мастер производственного обучения из Кисловодска Александр Михайлович.

— А зачем с песком мешать?

— Чернозем очень жирный, и если дождей нет, то он начинает лопаться, а песок заполняет поры.

Мальчишки-конкурсанты садятся по машинам, заводят трактора и едут на обозначенные флажками участки. Замеряют глубину, на которой надо пахать, для каждой культуры — свою. Для пшеницы, например, 18 сантиметров.

— А в 1900 году был случай, когда с полей нынешнего совхоза «Россия» на Всемирную выставку в Париже привезли огромный монолит ставропольского чернозема, — говорит замдиректора многопрофильного техникума Геннадий Дюмин.

— Что-то слышала об этом, только мне говорили, что куб чернозема был вывезен из Воронежской области.

— Да сейчас чего только не расскажут, прошло-то больше ста лет. А нам рассказывали деды, как этот куб вытаскивали. Смотрите и сами поймете, что чернозем у нас от Бога! И не зря на земли совхоза приезжал президент России и даже участвовал в уборке кукурузы. Именно сюда приезжал.

Чем тракторист отличается от комбайнера

— Мои дети, когда маленькие были, спрашивали, — совсем издалека начинает Сергей Козел, директор Григорополисского сельскохозяйственного техникума имени атамана Платова. — А я им объяснял: вырастешь — сам поймешь. И про землю поймешь, что она живая, что это золото. А насчет вашего вопроса, ну чем летчик от велосипедиста отличается? На самом деле великая разница. Специальность тракториста предполагает управление всеми движущими средствами, как гусеничными, так и колесными. То есть не только трактор, но и любая посевная техника.

— Так это круто!

— Конечно. А комбайнер может управлять только комбайнами.

Молодые парни, приехавшие соревноваться, говорят о земле и ее свойствах, о том, что почва везде разная и подход к ней нужен разный, но одинаково нужна ей любовь, внимание и даже понимание.

— А зачем нам рожь здесь сажать? У нас в Ставропольском крае в Ипатово и Светлограде пшеница очень хорошая. А в Кисловодске земля для овощей отличная, и по составу, и по температуре воздуха, — рассуждает один из мастеров. — С землей работать тяжело, но хорошо. Никакая глыба золота не заменит горсть зерна. Горячая, хрустящая булка — плод тяжелого труда. Нет такого, что с одной землей проще, чем с другой. Земля — она как жена: с ней надо аккуратно, корректно, чтобы накормила, и довольна была, и чтобы любила.

Когда вспашка завершилась, ребята пошли знакомиться с инновационными образцами сельскохозяйственной техники. Сеялка, похожая на огромного кузнечика, разворачивала железные крылья на много метров в стороны. Молодежь обступила необычный агрегат, восхищенно ахая.

Конкурсант Саша Макаренко говорит, что на таком оборудовании ему ездить еще не доводилось.

— Я сам из Кочубеевки, на экономиста отучился, но работу не нашел, поэтому пошел в пахари, эта профессия всегда нужна будет. Да и папка мой на земле всю жизнь работал… да и дед, — добавляет парень.

В поле тем временем началось «Трактор Шоу» — соревнование между мастерами во владении техникой вождения на приз — казачью шашку.

Казачья станица

Станица Григорополисская Ставропольского края, где собрались на состязание юные аграрии, — гордость казачества, тут почти все знают свои корни и ведут себя как настоящие казаки, рассказывает пресс-секретарь Терского казачьего войска Наталья Гребенькова.

— Да вся станица казачья, почти все, кто сейчас там живут, — потомки казаков. А этот год юбилейный для всего казачества страны — 25 лет возрождения казачества.

— Что это за дата, что значит — возрождение?

— Традиции были утеряны, люди вроде как знали, что они казачьего рода, а что им делать — не понимали. Учредили ставропольский союз казаков, Терского войска не существовало.

— Совсем не существовало?

— Последних расстреляли весной 1920 года в Беслане. В течение трех суток было убито 70 тысяч казаков. Было постановление выселить белоказаков и спустить с верховьев Терека вниз. Не думаю, что гнали их, чтобы переселить. Многие сопротивлялись, их «положили» сразу возле домов. Остались старики, женщины и дети, и их убивали, когда люди больше не могли идти, вся дорога до города была покрыта телами убитых. По воспоминаниям, в Беслане тех, кто дошел, даже не расстреляли, а порубили шашками и саблями, выкопали яму, сбросили тела, теперь там курган. Тогда было уничтожено 90% терского казачества. Моя бабушка родилась в 1929 году, и ее мама не рассказывала про те события… Сейчас войско действует в Кабарде, Дагестане, Осетии и на Ставрополье.

Григорополисский сельскохозяйственный техникум имени атамана Платова существовал еще при царе и был тогда казачьим училищем. При советской власти перепрофилировали в ПТУ и стали готовить специалистов для агропромышленного сектора. Сюда из всех братских стран приезжали опыт получать, даже с Кубы, из Азии, Африки. В 90-е годы училище больше напоминало развалины с заколоченными окнами, а сейчас снова заработало в полную силу.

— Это лучший в крае сельскохозяйственный техникум с огромной историей, — говорит Наталья Гребенькова. — Из его стен вышли тысячи специалистов, это настоящая кузница кадров рабочих профессий и специалистов среднего звена для агропромышленного сектора экономики нашего казачьего края и Северо-Кавказского региона.

Кулеш, бабошки и тыква из арбуза

— Как казаки праздники отмечают?

— На День края я думала, чем угощать, чтобы было непривычно, не самогон же ставить, это какой-то стереотип, что казаки пьющие. Мы не такие. У нас в регионе есть знаменитая гора Стрижамент, раньше на ней стояла казачья крепость, и гора эта известна своими травами, на которых многие настаивают водку. Но из них и чай полезный можно сделать. И я собрала десять травок, заварила их, чтобы угощать гостей. Потом думаю, не с баранками же чай давать гостям? И стала вспоминать самобытные рецепты. Моя бабушка пекла бабошки. Посмотрела в интернете — нет такого. Я бабуле позвонила, спросила, откуда эти бабошки у нас в семье взялись. Она объяснила, что их еще ее мама делала. Это пышки на сметане, их жарили на сковородке, обмакивали в меду, а потом обваливали в маке. На День края 300 штук я напекла, люди налетали, пробовали.

— А есть такое понятие, как казачья кухня? Помимо этих бабошек?

— Конечно. Я считаю казачество субэтносом, обособленным от русского населения, особенно на Кавказе. Что-то впитано от горских народов. Например, у нас есть арбузный мед. Вылущивалась мякоть арбузная, перетиралась через ситечко, потом в глиняных кувшинах ставили эту субстанцию в русскую печь и уваривали трое суток. Три больших арбуза увариваются в 200-граммовый стакан. На вкус пробую — тыква. Ну это ж надо столько времени потратить, чтобы из арбуза тыкву получить! Есть еще блюдо яхны из бараньих ребрышек. Каждый слой овощей ужаривался на сковородке, потом выкладывалась баранина, обжаренная с чесноком, сверху лук, морковка, картошка и баклажаны. И на два часа в духовку на маленький огонь. Донские казаки в основном все готовили из рыбы, а терцы — из мяса. Самое распространенное блюдо казачьей кухни — кулеш. Это нечто среднее между супом и кашей из обжаренного пшена. Почему пшено обжаривали? Бывало, что не получалось сделать привал и на костре что-то приготовить, тогда обжаренное пшено можно было съесть, не слезая с лошади. Этим же пшеном кормили и лошадей. Даже если казак голодный, последнее пшено он отдавал лошади.

— Но это есть фактически во всех кавказских культурах.

— Конечно, наши культуры связаны. Был даже такой обычай — аталычество, он служил для укрепления связей между казаками и горными народами. Горская и казачья семья обменивались мальчиками, как правило, первенцами, — отдавали их друг другу на воспитание на много лет. Представляешь, как этот обряд выручал? Ребенок возвращался юношей, и он от и до знал культуру того народа, у которого жил, а тех, кто его вырастил, почитал вторыми отцом и матерью. Так же было и с горским ребенком, выращенным у казаков.

Я вздрагиваю от неожиданности, потому что казаки неожиданно решают спеть. Петь для них, похоже, настолько же естественно, как ходить, поют по любому случаю — звонко, завораживающе и сильно.

Как поймал казак коня,

Зануздал уздою,

Вдарил шпорой под бока,

Конь летит стрелою.

Ты лети, лети мой конь,

Тай не торопися,

Возле милого двора

Стань остановися…

Лариса Бахмацкая

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ

Все могут казаки: как ставропольские староверы празднуют свое возвращение в Россию

Жители двух сел на Кавказе до сих пор помнят обычаи казаков петровских времен. Их предки, несмотря на 250 лет жизни за границей, смогли на чужбине сохранить то, что на родине давно забыто
В других СМИ
Еженедельная
рассылка