{{$root.pageTitleShort}}

Память в облаках

Две комнатки без тепла и света на высоте 3500 метров над уровнем моря — так выглядит самый высокогорный музей в России. Но его существование — совсем не формальность. История здесь ближе, чем кажется
1083

Три раза в неделю Евгений Крутень из поселка Терскол в Кабардино-Балкарии садится в вагончик канатной дороги и поднимается на высоту 3500 метров над уровнем моря — иначе на работу ему не попасть. Евгений Ильич — смотритель самого высокогорного музея в стране, Музея обороны Приэльбрусья.

Смотритель Музея обороны Приэльбрусья Евгений Крутень

На заоблачном фронте

75 лет назад, 13 февраля 1943 года, группа альпинистов под командованием мастера спорта СССР, лейтенанта Николая Гусака поднялась на западную вершину Эльбруса и установила на ней Красное знамя. Через несколько дней, в течение которых бушевала снежная буря, на восточную вершину поднялась группа Александра Гусева. Стало понятно, что Эльбрус вновь перешел под контроль советских войск и фашистская операция «Эдельвейс» по покорению Главного Кавказского хребта остановлена. Этим событиям предшествовали долгие и напряженные бои: за склоны высочайшей вершины Европы сражались с августа 1942 года по февраль 1943-го.

Командир группы альпинистов Николай Гусак

Сегодня о трагических событиях того времени в местах, где располагался самый высокогорный фронт Второй мировой войны, напоминает лишь памятник «Героям обороны Приэльбрусья», регулярные находки поисковиков и музей — две крошечных комнатушки на высоте 3500 метров над уровнем моря, куда, несмотря ни на что, регулярно приходят туристы.

Добраться сюда из столицы Кабардино-Балкарии не так-то просто. Если нет своей машины или вы не едете в составе экскурсии, нужно сесть на маршрутку Нальчик — Терскол или Нальчик — Тырныауз, а из Тырныауза уже ехать в Терскол. И, конечно, всегда есть вариант попробовать поймать попутку. Обычно в горах люди довольно отзывчивы и с пониманием относятся к чужим проблемам. На поляне Азау на высоте 2350 метров любопытному туристу следует определиться, какой канаткой воспользоваться, чтобы подняться еще выше, — новыми сияющими вагончиками или старыми советскими красными, дарящими заряд бодрости и выброс адреналина.

По второй и ездит Евгений Крутень — хранитель Музея обороны Приэльбрусья. Он работает здесь недавно — три года, пришел после смерти предыдущего директора, трудившегося в музее со дня основания.

— Музей существует примерно с того времени, как была построена самая первая канатная дорога до станции «Мир», — более 40 лет, — рассказывает Евгений Ильич.

«Каждый год мы хороним по 10−20 человек»

Те самые Красные знамена в музее не сохранилось — да и вряд ли могли бы.

— Там все-таки ураганные ветры, никакие флаги не стоят на вершине дольше недели, потому найти что-то не представлялось возможным, — поясняет Крутень.

Экспонаты — это мемориальная доска с именами и фамилиями альпинистов, взявших вершины Эльбруса в феврале 1943 года, их фотографии, в том числе сделанные во время исторического восхождения и установки флага на восточной вершине горы, и документы, посвященные обороне Кавказа. А еще — собранные поисковиками части обмундирования советских воинов, защищавших склоны Эльбруса.

— Есть миномет, пушка-«сорокопятка». Эти орудия альпинисты перенесли вручную из Грузии через перевал Донгузорун, — показывает Крутень.

{{current+1}} / {{count}}

Экспозиция пополняется по сей день, потому что на Эльбрусе продолжают работать поисковые группы, разыскивающие останки советских солдат для перезахоронения. Так, летом в музее появился небольшой стенд, посвященный роте лейтенанта Гургена Григорянца, принявшей последний бой под альпинистской гостиницей «Приют Одиннадцати». В основном поисковыми работами занимаются военные. Крутень иногда присоединяется к ним — и его собственные находки занимают свое место в маленьком музее.

— Каждый год мы хороним по 10−20 человек, — рассказывает он.

Из роты Григорянца усилиями поисковиков похоронили больше 20 человек. Точные цифры назвать сложно: останки разбросаны из-за смещения льда.

— Точных данных нет еще и потому, что здесь преимущественно воевали безымянные роты, ребята, у которых не было при себе документов или именных вещей, — говорит Крутень. Он считает, что его главная задача — сохранить этот музей как память о тех, кто погиб на склонах Эльбруса в годы Великой Отечественной.

{{current+1}} / {{count}}

Весной музей «потечет»

Ни отопления, ни электричества в Музее обороны Приэльбрусья нет. В солнечный зимний день температура внутри помещения держится на отметке -14 °С. А весной, говорит Евгений Крутень, в музее стоит вода со льдом.

— Одно успокаивает — экспонаты наши столько десятков лет лежали во льдах на склонах Эльбруса, что такие погодные неприятности не могут им навредить, — улыбается он.

Юридически Музей обороны Приэльбрусья — подразделение Национального музея Кабардино-Балкарии. Помещение, правда, принадлежит АО «Курорт „Эльбрус“», и недавно музей наконец заключил с ними договор о безвозмездной аренде. Компания же обеспечивает бесплатный подъем сотрудников на высоту 3500 метров, поясняет генеральный директор Национального музея Феликс Наков. Он обещает, что скоро музей ждет ремонт.

— Как и у многих бюджетных организаций, у нас и наших подразделений есть проблемы, но они постепенно решаются. Сейчас вот мы смогли отремонтировать Музей Марко Вовчок в Нальчике и закончить строительство и переезд в новое здание музея в Прохладном. Следующий на очереди как раз Музей обороны Приэльбрусья, — говорит Наков.

Зимой ремонтные работы начать невозможно, придется ждать весны, а то и лета, когда снег на станции «Мир» стает.

Изредка, по словам Крутеня, помогают спонсоры. Железные двери-решетки на входе музею, к примеру, подарили благотворители. А финансовую помощь Крутень потратил на рекламу: рядом с новой станцией канатной дороги стоит симпатичный баннер, сообщающий курортникам о том, что такой музей существует.

Граната моей бабушки

Туристы самый высокогорный музей страны находят. Организованные экскурсионные группы — гиды обычно поднимают их сюда по выходным — заглядывают всегда. Летом посетителей больше, зимой же туристы предпочитают не отвлекаться от катания на лыжах и сноубордах, но иногда в музей забредают. Экскурсионных дня только три в неделю — среда, суббота и воскресенье.

Плату за вход Крутень не берет. Говорит, что считает это неприемлемым.

— Условия, сами видите, оставляют желать лучшего, — объясняет он. — Как я могу требовать плату за вход?

Совсем рядом, в паре десятков метров, туристы за деньги фотографируются с собаками, плохо зашитыми чучелами горных туров и нетвердо стоящими на металлических опорах знаками «Я люблю Эльбрус».

Пока мы беседуем, посетители несколько раз появляются и в музее, часть из них переговаривается на итальянском и английском. Крутень вспоминает, что бывают крайне необычные посетители. Однажды в музей зашла маленькая девочка в сопровождении своей матери и с порога спросила: «А где тут граната моей бабушки? Покажите ее скорее!» Оказалось, что это внучка альпинистки Любови Каратаевой, единственной женщины, взобравшейся в феврале 1943-го на Эльбрус, преодолевая минные поля и штормовые ветры. Своей внучке она говорила, что передала свою гранату в один из музеев. К сожалению, экспонат этот достался не Музею обороны Приэльбрусья, но байка теперь живет здесь.

В прошлом году к годовщине установки Красного знамени в музей приезжали школьники из Ставропольского края, рассказывает работник музея. Подготовились и даже дали небольшой концерт.

— Надеюсь, и в этом году приедут.

Когда в двух комнатках нет посетителей, Евгений Ильич сидит в теплом кафе, дверь в дверь примыкающем к музею. Говорит, хозяева всегда принимают его с радостью и помогают как могут. Тут он сидит возле открытого огня, пьет травяной чай, а из окна открывается захватывающий дух вид на двурогую гору Ушбу — едва ли не более удачный, чем со смотровой площадки.

Дарья Шомахова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка