{{$root.pageTitleShort}}

Дарить веру: осетинский храм украсили уникальные мозаики

Пятиметровые мозаики в византийском стиле рядом с древним храмом — такую картину можно теперь увидеть в старом живописном селении Цорбис. Рассказываем, как создавали необычные иконы

Христианский комплекс на свои средства строит в родовом селе Цорбис в Южной Осетии главный тренер сборной России по вольной борьбе Дзамболат Тедеев. Сперва он восстановил полуразрушенный храм Рождества Пресвятой Богородицы, датируемый X-XI веками. Потом решил дополнить территорию рядом с ним новыми объектами: православным монастырем, башнями с панно и поклонным крестом. На месте православного центра к тому же разобьют парк с зоной отдыха для прихожан. В древнем храме уже проводят богослужения. Новый собор Христа Спасителя — на стадии завершения. Его украсили уникальные пятиметровые мозаики с изображениями святых. Иконы создали мастера из Северной Осетии — живописцы-монументалисты Захар Валиев и Аслан Хетагуров.

Как в Венеции

Захар и Аслан — оба заслуженные художники Северной Осетии и мастера светского изобразительного искусства. Но с 2006 года они работают в том числе с церковной тематикой. Вначале команда было гораздо больше, но остались лишь двое. Художники известны тем, что расписывали ключевые церкви Северной Осетии, реставрировали Алагирский собор.

Прежде чем приступить к последней работе, монументалисты несколько раз встречались с Тедеевым.

— Когда речь идет о культуре и искусстве, желательно установить полное взаимопонимание с заказчиком. Тем более когда последнему это нужно не просто для галочки, — говорит Захар. — Религиозный комплекс — это мечта и детище Тедеева. Уверен, что комплекс станет центральным интересом туристов и паломников в Южной Осетии, как в свое время стал мужской монастырь в Северной Осетии. Мне бы хотелось, чтобы это возродило село, дало ему новую жизнь. Я сам родом из соседнего села — Корнис. Каждое лето ребенком я уезжал туда погостить к бабушке и дедушке. Все эти бугры и холмы мне знакомы и родны.

На идею с панно в византийском стиле тренера вдохновил собор Святого Марка в Венеции. Дзамболат Тедеев остался под большим впечатлением от его посещения и захотел сделать что-то аналогичное, ездил и искал похожие мозаики в России.

— Понимая его отношение к этому, мы тоже выложились и постарались сделать эталонную вещь, безупречную настолько, насколько это возможно, — рассказывает Аслан. — Несколько раз переделывали какие-то фрагменты. По факту, это школа для тех, кто будет делать такое после нас, потому что в технике сложной мозаики у нас в Осетии ничего нет. Как у нас получилось — не знаю, это уже оставим на суд зрителей и специалистов. Самыми ценными были первые восторженные реплики. Люди говорили, что мозаики буквально пылают на солнце. Это лучший комплимент.

Миллионы камней

Всего для строящегося монастыря Аслан и Захар сделали четыре мозаичные иконы — изображения Христа, Богоматери и двух наиболее почитаемых среди осетинских православных святых: Николая Чудотворца и Георгия Победоносца.

— Мозаика — вечная техника живописи. Александрийским мозаичным полам больше 2000 лет, а они так же сияют красками, как и вначале, — объясняет Аслан.

Мозаики выполнены в византийском стиле, в технике обратного набора. Она считается сложной в исполнении. В каждой из икон — несколько миллионов камней смальты. Это стекловидная масса с добавлением пигментов. Все оттенки смальты сварены в печах по цветовым эскизам художников. В классическом исполнении панно делается из венецианской смальты. В Италии этим ремеслом из поколения в поколение занимаются целые фамилии. Но и стоит венецианская смальта гораздо дороже российской. Поэтому импортную смальту использовали только в тех оттенках, какие не удалось найти у нас в стране.

— Работа длилась два года, хотя по нашим расчетам должна была занять около трех лет. Но мы и сами хотели скорее увидеть результат, и заказчик торопил. В итоге проводили в мастерской по 12 часов в сутки, — вспоминает Аслан. — Смальта российского производства сложна в использовании, поэтому вначале надо было отточить вручную каждый камень. Станок всегда был окружен горой стружек. Затем все выкладывалось и собиралось поблочно на столе. Готовые мозаичные блоки выносили на улицу, на сборочный стол. Там все состыковывалось, армировалось железом и заливалось бетоном.

Состав бетона отличался от стандартного: для придания конструкции долговечности в замес добавили специальные ингредиенты. Секретами художники делиться не стали, тем более что помогал им с бетоном высококвалифицированный профессионал.

{{current+1}} / {{count}}

— Я делал Николая, а Аслан — Георгия, они наши святые, — говорит Захар. — У Аслана покровитель — святой Георгий. А я родился в день святого Николая. Вот и решили сделать каждый своего, своими молитвами, в тишине. Перед началом работы Аслан на осетинском вслух читал молитвы. Часто фоном, для настроя, играла музыка. Образ Николая Чудотворца я брал с сербской иконописной традиции. Но, учитывая ментальность южан, лик решил сделать более строгим. Несколько раз перерисовал, итог мне все время не нравился. Очень много сил мы вложили в эти работы. Поэтому когда заказчик захотел еще одну мозаику, пятую, вынуждены были ответить отказом. Нам нужно время, чтобы отдохнуть.

Каждая из мозаик весит четыре тонны. Работы установлены в нишах на башнях храма. В Южную Осетию их доставляли на специальных металлических конструкциях — козлах. Иконы поделили на две половины, закрепили и приварили, а затем с помощью подъемного крана поместили на машину и увезли.

Работа не вполне завершена: в нишах еще предстоит разместить декор и две молитвы под изображениями Николая Чудотворца и Георгия Победоносца. Это еще два месяца работы. Художникам помогут подмастерья — Захар и Аслан надеются, что именно из них вырастет молодое поколение мозаичников.

Общее дело

Работать в православной традиции оба художника учились, и эта тема знакома им досконально. Но помимо монументальной живописи и Аслан, и Захар занимаются «светским» творчеством. Захар, например, постмодернист. Несколько его работ находятся в коллекции Петербургского музея современного искусства «Эрарта».

— В творчестве я себя всегда чувствую как ребенок, которому дали в руки карандаш и сказали: «Рисуй все, что хочешь», — говорит он.

Над религиозными объектами оба художника работают большей частью бесплатно либо за минимальную плату. И Аслан, и Захар — православные, и для них это вклад в общее дело.

— Я покрестился после сорока, — говорит Захар. — Потом где-то месяц в качестве волонтера расписывал храм. Там и встретил Аслана. И дальше мы еще не раз работали вместе волонтерами, целый год ездили расписывать храм бесплатно.

Работая над православными объектами, он постоянно сталкивается с чудесами, рассказывает Аслан.

— Как мы устанавливали мозаики, например. Это место находится на вершине плоской горы — там высоко и место открытое. В первый день, когда начали устанавливать Георгия Победоносца, светило солнце. На второй день надо было уже положить верхний блок. Поднялся сильнейший ветер с мокрым снегом. Порывы были такие, что стрела крана раскачивалась. Невозможно было работать. Но когда мы начали поднимать лик Георгия, он развернулся сперва в одну, потом в другую сторону и сразу встал в нишу. Причем так, что не было видно даже шва. Через пару минут ветер стих и капать перестало. Мы в комфортных условиях закончили работу.

Алина Алиханова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ