{{$root.pageTitleShort}}

Путь Патимат в Царицыно

В музее-заповеднике «Царицыно» до декабря можно очутиться в Дагестане. Выставка «Путь Патимат» — о народных промыслах, женском укладе и переосмыслении традиций через современное искусство

Патимат — собирательный женский образ, главная героиня экспозиции. Она неспешно проходит свой жизненный путь и проводит по нему каждого посетителя. О том, что это за путь и куда он ведет, рассказала куратор выставки Ксения Паршина.

Рождение Патимат

Ксения Паршина

— Я готовила выставку четыре года — в Дагестан попала впервые в 2017 году и была совершенно очарована людьми, культурой и удивительно живым народным искусством. Конечно, сразу родилась идея показать все это в Москве. Я уже не первый год работала с Музеем изобразительных искусств имени Патимат Гамзатовой. Но в фонды музея попала впервые — там хранятся очень выразительные вещи. Но возникал вопрос: как разжечь интерес московского зрителя к народному искусству Дагестана? Я решила поработать с женским миром, рассказав о нем через историю с центральным персонажем. Я ездила в Дагестан, читала, изучала материалы и в какой-то момент поняла, что в моем телефоне больше всего женщин с именем Патимат. И вопрос, как назвать персонаж, отпал. Моя Патимат взяла меня за руку, и мы довели друг друга до открытия выставки.

Посетитель проходит с Патимат по экспозиции, но это не биография: родилась, жила, умерла. Это, скорее, жизненный лабиринт. Лабиринт — традиционный знак в дагестанском орнаменте. Он символизирует круговорот жизни. Лабиринт и про календарный, сельскохозяйственный цикл, которому подчинялась жизнь в традиционном обществе. Путь Патимат — также путь в промысле, в творческом самовыражении. Ну и путь к себе, конечно. Мне очень нравится поговорка, которую я вычитала в работе искусствоведа Патимат Гамзатовой: «Торговец в течение жизни проходит сто дорог, а горец находит свой путь, не сходя с места».

Драматургия

— Выставка основательно оформлена. Натуральное дерево и камень, много живого орнамента, воссозданного с зарисовок этнографов. Мы попадаем в Нагорный Дагестан конца 40-х годов, когда еще можно было увидеть жилые традиционные аварские дома, а многие предметы из экспозиции использовались в быту. Много и фотографического материала — архивного из Кунсткамеры и современного из собрания журналиста Владимира Севриновского. Фотографии сопровождают нашего посетителя по всем залам, разряжая музейную основательность живыми историями.

В экспозиции раскрываются несколько ключевых тем. В отдельном зале мы говорим о доме. Где, как и с кем растет Патимат, какие предметы ее окружают, какое наследие принимает она от семьи и старших женщин? Свадьба, важнейший этап, ритуал, событие в жизни каждой женщины, — тема еще одного зала. Вышивки и украшения наполняют отдельный зал, где разговор идет о взаимодействии женщины с миром стихий и духов. Мы говорим о шерсти и о ткачестве как творчестве. И о теме воды, объединяя ее с коммуникациями. Разговор, как и поток, — бесконечен и неиссякаем. Особенно женский разговор у родника. Кроме того, рассказывая о Дагестане, невозможно не учитывать богатейшее разнообразие языков, наречий и говоров, которые там до сих пор живы.

Нить времен

— Очарование предметов народного искусства Дагестана для меня в их органичности, наполненности энергией и декоративности в хорошем смысле слова. Большинство наших экспонатов датируются концом XIX — началом XX века. Интересно, что эти предметы часто повторяют формы или орнамент предметов намного более древних. Для исследователя это возможность соприкоснуться с нитью между настоящим и прошлым.

В дагестанском народном искусстве еще много тайн. Мне кажется, многие исследователи Дагестана — люди, неравнодушные к загадкам и жаждущие открытий, искусствоведческая мысль здесь постоянно бурлит. Испикские блюда, кайтагские вышивки, загадки орнаментики и невероятное разнообразие искусства… Зрители тоже могут взяться за разгадку своей тайны.

Первое изображение дагестанки

— Мы собрали экспонаты из музеев Дагестана, Санкт-Петербурга и Москвы. Национальный музей Дагестана привез, к примеру, уникальный сосуд из древнего могильника — очень хрупкую вещь, москвичам повезло, что могут его увидеть. Интересно, что изображения того периода, а это конец III — начало II тысячелетия до н.э., обнаруженные в разных областях, обычно схожи. Но тип женского изображения на этом сосуде, по мнению исследователей, характерен только для Дагестана. Мы между собой называем его первым изображением нашей Патимат.

Еще один удивительный предмет — стена ларя из Ахты. Она приехала к нам в разобранном виде, и, когда ее собрали, мы не могли не восхититься. Из Этнографического музея приехала интересная надочажная цепь — особенная работа кузнеца. Есть головные уборы из разных собраний Петербурга и Дагестана, совершенно потрясающие — настоящее убранство!

Наша особенная гордость — экспонаты из Исторического музея, которые выставляются очень редко. Можно увидеть удивительные нукнусы (латунный сосуд, напоминающий ведерко без ручки. — Ред.) — они меньше, чем традиционные кубачинские. Мы выяснили, что такие нукнусы создавались специально для этнографов. В советское время дагестанское искусство активно исследовали, предметы выкупали. Но мастера неохотно расставались со своими изделиями и делали для музейщиков небольшие модели с теми же орнаментами. И гостя не обидеть, и свое не отдать.

Дагестан через объектив

— Для выставки Владимир Севриновский снял две документальные видеоработы — истории про ткачество и про село гончаров Балхар. Мы видим переломный момент в судьбе промыслов. На балхарской керамической фабрике осталась одна чара (печь) для обжига. Мы наблюдаем исторический момент развития промысла: восстановится ли он или уйдет в историю? Мы не знаем.

В экспозиции представлен и фильм Кати Диковой «Джавгар. Оружейница из Дагестана», который она делала для сайта о женском пространстве Северного Кавказа «Даптар». Героиня — кузнец Джавгар Магомедкадиева. Она очень востребованная мастерица, работающая в традиционно «мужской» области народного искусства. Меня поражает, что традиция жива и сохранена именно в женском труде.

Еще у нас представлены видеоработы Заиры Магомедовой, Мусы Гайворонского и интересная работа не дагестанки Жени Ржезниковой — своеобразный взгляд извне. Все видео разные, но все они про людей, потому что Дагестан — это люди. Убери все невероятные долины, горы, потоки — Дагестан все равно останется Дагестаном. А если убрать людей — не останется ничего.

Современное искусство у нас представляют очень разные художники. Нам были интересны работы о переосмыслении собственной идентичности. Каждая из них вступает в диалог с традиционными предметами, представленными на выставке. А порой — спорит с ними.

Нетуристическое искусство

— Промысел чаще всего — история для туристов. Но Дагестан уникален — там ковры ткут для дагестанцев, а не для приезжих. И во многом это женская заслуга. Женщина в традиционном обществе держит на себе дом, и это касается не только ведения хозяйства, но и сохранения нематериального наследия. Балхарская мастерица, орнаментируя свой глиняный сосуд по той же схеме, что и ее бабушка, не задается вопросом: «О чем я пишу?» Орнамент — это ведь всегда некое сообщение, а не украшательство. Женский промысел по-хорошему консервативен, но и не исключает творчества.

Мы приглашаем сделать что-то своими руками и наших гостей. Один из экспозиционных залов отдан под открытые мастерские: приглашены мастера народных промыслов и современные художники, которые работают с традиционными материалами. Плетение платков-тастаров, вышивка, унцукульская насечка — планов много.

У нас вообще большая параллельная программа. Наша выставка — это и курс лекций, кураторские экскурсии, перформанс, научно-практическая конференция. Отдельно идет блок занятий для детей и для подростков — в лаборатории Царицыно «Черная грязь». Это большой разговор об идентичности.

Зачем идти?

— Каждый человек унесет с собой свой Дагестан. Даже если он ни разу там не был. В наше сложное время я воспринимаю эту выставку как ресурсную. В мою кураторскую задачу входило остановить посетителя, сбавить его ритм, довести его до чего-то природного, традиционного, родного. Живое народное искусство очень питает и наполняет силой.

Мне кажется, что взрослая Патимат, уже бабушка, примет тебя со всеми твоими печалями и устремлениями. Ты можешь кричать, требовать, бежать, а она просто возьмет тебя за руку, усадит рядом и скажет: «Кушай! Все хорошо». Мне хочется, чтобы люди испытали это: прошли неспешно по экспозиции, присели на диваны, посмотрели видео. Наполнились принятием, мудростью, энергией жизни.

Карина Бесолти

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ