{{$root.pageTitleShort}}

Нефть, пчелы и мед

Чеченские студенты стали единственными в России обладателями собственной нефтяной скважины, но это не сделало их магнатами. Разбираемся, в чем дело

В 2025 году в Грозненском государственном нефтяном технологическом университете открылся учебно-научный нефтегазовый (УНГ) полигон. Он создан в рамках федерального проекта «Передовые инженерные школы: от запуска до перезагрузки».

«Грознефтегаз» и «Чеченнефтехимпром» передали университету четыре действующие нефтяные скважины. Одна из них, скважина глубиной 850 м, стала сердцем полигона. В преддверии Дня российской науки мы побывали на месте и увидели захватывающий мир добычи «черного золота» изнутри.

Практика для всех

Аюб Эльмурзаев

Дорога к полигону — живописный серпантин через Старогрозненское месторождение, одно из старейших в России. Добыча нефти здесь началась в 1893 году. Неподалеку — памятник скважине, из которой была получена первая фонтанная нефть. Вдоль дороги работают многочисленные нефтекачалки.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Щелочные ванны, взрывы на кухне, ржавые пятна до потолка и автобус на водороде
Как в Чечне разработали систему генерации водорода, которая снижает расход топлива в автомобилях и уменьшает вредные выбросы

— Мы единственный вуз в России с собственной скважиной, на которой можно проводить реальные исследования, — подчеркивает кандидат технических наук, заведующий кафедрой «Технологические машины и оборудование» Аюб Эльмурзаев. — Идея создания полигона принадлежит ректору университета Магомеду Минцаеву.

Сегодня УНГ-полигон — это полноценная база для проведения практических занятий, серьезных научных исследований и испытаний, а также написания дипломных и магистерских работ. Преподаватели и ученые получили возможность тестировать передовые технологии и методы добычи нефти. Пройти здесь производственную практику смогут студенты из любого российского вуза. Есть и дополнительные платные образовательные услуги — повышение квалификации и получение соответствующих удостоверений.

— На полигоне представлены методы нефтедобычи от фонтанного до штангового, — рассказывает Аюб. — Студенты могут здесь проводить все виды работ, которые выполняются на производстве в «Роснефти», «Лукойле» и других крупных компаниях. Включая подземный и капитальный ремонты скважины.

Два в одном

{{current+1}} / {{count}}

Полигон расположен на четырех широких террасах, разбитых на склоне холма. На его территории есть учебный класс на 50 посадочных мест. Все требования безопасности соблюдены — класс находится на расстоянии 34 м от скважины. Помещение стоит на сваях, одна из его сторон выполнена из стекла.

— Одна группа будет слушать лекцию, а вторая — выполнять практические упражнения под открытым небом на фонтанной арматуре, станке-качалке и других установках, — говорит Аюб. — Также мы планируем запустить дистанционное управление, установив термодатчики на колонну труб, которая спускается вниз в скважину.

Методы дистантуправления давно применяются, но посредством кабельного провода, а специалисты Нефтяного планируют привязать все к интернету, чтобы студент управлял процессом добычи нефти, сидя в городе в аудитории университета.

Кругом вода

Арби Шаипов

Недалеко от станка-качалки расположена мерная емкость объемом 30 м³, связанная с дренажной системой, которая выходит из скважины. Вся жидкость, используемая на скважине, собирается в эту емкость, что исключает возможность разливов. Затем жидкость утилизируется в соответствии с требованиями.

— Наша скважина обводнена на 99%, — поясняет Аюб. — Если бы в ней была нефть, мы бы не имели права тут находиться. В таких условиях мы можем проводить абсолютно любые исследовательские работы.

На территории полигона есть также складские помещения, душевые, санузлы, колодец для воды. Заведующий кафедрой прикладной геологии, кандидат геолого-минералогических наук Арби Шаипов отмечает, что здесь же поставят евровагоны, в которых будут жить учащиеся, столовую, бытовое и сушильное помещение. Студенты будут находиться тут по 12 часов в две смены.

— Дождь, снег, жара, комары — все то же самое, что и на производстве. Чтобы они не пугались этих условий, когда начнут работать, — поясняет Арби.

Пасека — для души

— Помимо всего, мы будем проводить здесь научно-исследовательские работы по повышению нефтеотдачи и работе с трудноизвлекаемыми запасами нефти, — рассказывает Шаипов. — Планируем запустить инновационный подпроект по реинжинирингу отработанных нефтяных скважин с переводом на геотермальную воду.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Чеченская нефть: от Нобеля до Кадырова
У чеченской нефтянки есть богатое прошлое, действующие месторождения, опытные кадры, нефтяной вуз и полный контроль за акциями «Чеченнефтехимпрома». Сможет ли республика возродить отрасль?

Это сэкономит затраты на бурение новых скважин. Термальная вода используется для генерации электроэнергии, извлечения редкоземельных элементов и имеет лечебные свойства.

— С нашего полигона студенты также могут наблюдать, как работают производственники, — показывает вдаль Арби. — Вон там ведется капитальный ремонт скважины, там — работают нефтекачалки.

На вопрос, безопасно ли в плане экологии находиться на полигоне, Арби отвечает: «Безопасней, чем в центре города. Тут долина, которая продувается постоянно, — чистейший воздух».

А еще с потеплением Шаипов планирует разбить здесь пасеку — уже привезли ульи и высадили тридцать саженцев лип, чтобы пчелы собирали липовый мед. Впрочем, это никак не связано с нефтью: просто для души.

Диана Магомаева

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ