{{$root.pageTitleShort}}

«Поначалу многие вообще не понимали, зачем мы сюда приехали»

Супруги Эллиот из США прибыли в Дагестан изучать один из местных языков — аварский. Но в итоге остались жить, родили четверых детей и открыли собственный бизнес
7079

— Почему я решил учить именно аварский язык? Хинкал! — смеется Ричард Эллиот, студент факультета дагестанской филологии в педуниверситете.

Американская супружеская пара Ричард и Карла впервые попали в Дагестан восемь лет назад. Карла, с перерывом на рождение детей, окончила бакалавриат — теперь она дипломированный преподаватель аварского. Ричард же продолжает учить русский и аварский в магистратуре, а параллельно преподает — открыл свою школу английского в Махачкале. Мечта американцев — стать известными лингвистами и почетными членами этнографического общества США.

Ричард и Карла с детьми: Эмма, Оливер, Зак и Мэсси (слева направо)

«В Канзасе нет новостей про Кавказ»

Лингвистика интересовала Ричарда всегда. Но выучился он сначала на инженера.

— После учебы уехал в Тибет. Мне было 22. Жил там два года, изучал тибетский язык. Потом вернулся домой, пытался заниматься бизнесом… Но очень хотел учить языки дальше.

Ричард решил отправиться на Памир или на Кавказ.

— Выбрал Кавказ, потому что я уже жил в Гималаях. Мне нужен был новый опыт.

Дагестанский педуниверситет пригласил Ричарда и Карлу познакомиться с республикой. И хотя супруги интересовались языками, они даже не представляли, какое разнообразие их ждет. А еще — ничего не знали о живущих здесь людях.

— Я читал книги, например повесть «Хаджи-Мурат» Льва Толстого, разную информацию в интернете. Но мы почти ничего не знали о Дагестане до того, как приехали сюда, — признается лингвист. — Я из Канзаса, а там нет новостей про Кавказ.

Но не только в горах многое казалось заокеанским гостям незнакомым и непонятным.

— Это сейчас мы уже привыкли, уже все нормально, но вначале этот стиль вождения… — Ричард картинно закатывает глаза, — очень быстрый.

В ознакомительной поездке будущим студентам помимо Махачкалы показали и горы — отвезли в одно из крупных аварских сел, Хунзах. Кстати, родина того самого Хаджи-Мурата, о котором читал американец.

— Как раз был мусульманский праздник Курбан-байрам, — вспоминает Ричард. — Это было очень интересно.

Аварские лягушки…

В итоге супруги продали дом на родине, оплатили обучение в Дагестане и переехали в Махачкалу — в студенческое общежитие.

Первые несколько лет ушло на обучение русскому языку на подкурсах. Затем пришло время выбирать, какой из около 40 местных языков Эллиоты будут изучать.

— Многие языки и диалекты нам тоже интересны, но надо было выбрать только один. И мы выбрали аварский, потому что это самая большая группа. Ну, и я очень люблю аварский хинкал, — улыбается американец.

Аварский язык входит в аваро-андийскую группу нахско-дагестанской семьи языков. В мире на нем говорит около 760 000 человек — в основном в России, Азербайджане и Грузии. Имеет множество диалектов.

Если в английском 26 букв, то в аварском — 46. А звучание этого языка многим напоминает треск раскалываемых орехов. Так что Эллиотам приходится нелегко.

— Для меня аварская грамматика оказалась легче русской. Но в аварском языке очень специфическое произношение, — Ричард пытается произнести один из гортанных звуков. — Аварские звуки, конечно, очень тяжелые.

На просьбу сказать на аварском известную фразу, демонстрирующую всю сложность произношения: «Восемь тысяч восемьсот восемьдесят восемь лягушек квакали под мостом», Ричард отвечает категорическим отказом.

— Нет, нет, не просите даже, я еще не умею так хорошо разговаривать.

…и американские шпионы

Дагестанцы по-разному реагируют на «американского аварца», признается Ричард, но обычно это — восхищение.

— Они удивляются, потом бывают очень довольны. А поначалу многие вообще не понимали, зачем мы сюда приехали. Задавали много вопросов: что мы тут делаем, как зарабатываем? Даже шпионами называли, — улыбается лингвист. — Сейчас все нормально.

Американцам тоже пришлось привыкать — к новому менталитету. Особенно впечатлил их размах местных свадеб.

— Здесь все вообще по-другому. Но это интересно. По сравнению с дагестанской на американской свадьбе скучно, а тут очень много людей, блюд, полный стол, люди танцуют, мужчины общаются, — перечисляет Ричард. — Обычно наши мужчины не любят свадьбы, потому что они проходят тихо. А люди на Кавказе любят собираться компаниями, разговаривают. Это хорошая традиция.

Еще одну традицию Ричард и Карла уже соблюдают сами.

— Мне нравится праздник, когда дети приходят к нам и мы даем им конфеты, — говорит Ричард про мусульманский праздник Ураза-байрам. — Это очень интересно.

А вот танцевать лезгинку американец так и не научился, хотя «учителей», по его признанию, было достаточно.

— Я хочу, но, к сожалению, не могу. Танцевать — это вообще не мое.

«Номер один — шашлык»

Есть у американцев и дагестанцев и общие черты.

— Чем меньше у нас город, тем ближе люди общаются друг с другом, тем чаще приходят на помощь, если это бывает нужно, более гостеприимны, — рассуждает Ричард. — Мой город — Канзас, он гораздо меньше Нью-Йорка. Отец у меня фермер, у них есть свое сообщество. Такое же я заметил и в Дагестане. В горах гостеприимства больше, чем в городах.

Но в горы Ричард любит ездить не только из-за радушных жителей. Чтобы мудреный аварский язык стал даваться быстрее, Эллиоты решили изучить быт аварцев.

— Выделить самые любимые места мне сложно. Я люблю Чох — это Гунибский район. Гуниб, Хунзах — очень красивые места. Еще Шамильский район, — перечисляет Ричард. — Я бы всем туристам посоветовал посетить Гамсутль — очень интересное заброшенное село. Но в самых высокогорных селениях я еще не бывал. Надеюсь туда попасть.

Помимо природных красот американцев покорили местные блюда.

— Что мне нравится здесь есть? Это все виды хинкала! Лакский, аварский, кумыкский. Еще разные виды чуду, голубцы, манты — все вкусно. Но, конечно, на Кавказе шашлык — это первое место. Кстати, чем-то похоже на наше барбекю.

Карла пытается освоить местную кухню, но ей пока не так хорошо даются дагестанские рецепты. На помощь приходит соседка.

— Если я хочу дагестанские блюда, я говорю Карле, она просит соседку Ашуру, и та прекрасно, прекрасно готовит. Мы ходим к ней домой, и она угощает нас. Наши дети предпочитают дагестанские блюда европейским.

«Дети решат сами»

Детей у пары четверо, все родились в Дагестане. Сначала Оливер — ему семь, потом Зак — ему пять, а четыре года назад — двойняшки Эмма и Мэсси. Пока все они ходят в садик, но Оливер скоро отправится в первый класс.

Дети Ричарда и Карлы так же, как и родители, учат несколько языков сразу. В детском саду они общаются на русском.

— Они стесняются чуть-чуть, но, слава богу, они знают русский язык лучше, чем я, — говорит Ричард.

Дома семья обычно общается на английском.

—  Иногда используем русский, мне очень нравится, когда наши дети во время своих игр разговаривают друг с другом на русском.

А отдельные фразы Оливер, Зак, Эмма и Мэсси знают и на аварском.

— Сейчас это просто: «Как дела?», «Как семья?» и так далее, — говорит отец. — Пока что небольшой уровень.

Семья Эллиотт планирует и дальше жить в Дагестане. Но вопрос о том, где обоснуются дети, остается открытым.

— Сейчас дети маленькие, и мы можем остаться здесь. Но, когда они станут тинейджерами, мы бы хотели, чтобы они поступили в университет в Америке, — считает Ричард. — Но, думаю, что это дело детей — самим решить.

Анастасия Расулова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка