{{$root.pageTitleShort}}

Звездный десант

Ученые, паркурист, журналистка и директор музея — все они приехали сюда по любви: к астрономии, к спорту или к мужу. Собрали истории удивительных людей из самого космического поселка на Кавказе
287

Жители поселка Буково во дворе школьного двора

Поселок с лесным названием Буково появился неподалеку от Архыза 45 лет назад. Тогда здесь велось активное строительство на тот момент крупнейшего в мире радиотелескопа (РАТАН). Попасть на работу в обсерваторию в Нижнем Архызе было заветной мечтой любого советского астронома, несмотря на полевые условия жизни.

И хотя лидерство по своим размерам телескоп уже утратил, он по-прежнему значим для науки. А из 550 человек, живущих в Буково, около 450 работают в обсерватории. Кто-то из них приехал в Звездный городок ради науки, кто-то — по любви, а кто-то — из-за всего сразу.

«Ученые мирового уровня носили воду из колодца»

Юлия Бычкова, 36 лет — журналист и учитель русского языка, родилась в поселке в семье астрономов. Единственная в семье, кто отказался идти по «астрономической стезе». Закончила филфак и много лет жила в Москве, но потом все же решила вернуться. Иногда дает уроки латиноамериканских танцев местным детям, да и сама танцует на городских праздниках.

— Астрономы тут на каждом шагу. Мои родители — астрономы, брат и муж — тоже. Я одна в семье не выбрала эту стезю. Любила читать и хорошо чувствовала русский язык. Кроме того, у нас была совершенно прекрасная учительница Марина Казанцева, она была дочерью выдающего астронома, который преподавал у нас физику. А ее мама учила нас географии. Мы ходили в экспедиции, встречали рассветы в обсерватории, ставили спектакли. В общем, это было особенное детство. Тогда я твердо решила, что вырасту, выучусь на филолога, защищу диссертацию и посвящу ее Марине Евгеньевне.

{{current+1}} / {{count}}

Юлия Бычкова

Так и вышло: поехала учиться в Москву, а мужа по иронии судьбы встретила в Буково, когда приезжала на каникулы. Он из Ставрополья, был научным сотрудником САО. Познакомились, поженились и уехали в Москву. Когда у нас родилась дочь — вернулись. Все мои одноклассники разъехались, и только я вот осталась. Сейчас я пишу — в московские издания, занимаюсь с учениками удаленно. Муж работает в обсерватории.

По рассказам родителей, в советское время в эту обсерваторию попасть было практически нереально. Когда они поженились, их по распределению отправили в обсерваторию в Узбекистане. Они прожили там несколько лет. Там же родился мой брат. Однажды папе позвонили и сказали, что здесь, в Архызе, освободилось место лаборанта и его могут взять. Не задумываясь, они бросили все и приехали в Буково. Квартир в поселке тогда на всех не хватало — несколько лет мои родители жили в землянке в станице Зеленчукской.

Они вспоминают, что многие жили поначалу очень трудно. Ученые мирового уровня носили воду из колодца и грели ее на печи, сперва мыли детей, потом мылись сами, потом стирали вещи и мыли пол. В астрономию шли люди, которые думали о звездах, а не о деньгах и удобствах.

«Сумасшедшие астрономы»

Владимир Романенко, 71 год — в прошлом ведущий инженер САО, а также помощник руководителя по связям с общественностью, сейчас на пенсии. Академик Европейской академии естественных наук имени Лейбница, кандидат технических и филологических наук, член Союза писателей и член Союза фотохудожников России. Автор более 20 книг с поэзией и прозой, опубликованных местными изданиями.

— У меня в детстве было три большие любви: к звездам, литературе и к фотографии. Сейчас я успел поработать во всех этих направлениях. Но звезды, конечно, главное. О них я начал мечтать со второго класса, когда первый раз увидел звездное небо. Весь мир тогда взбудоражила новость про первый советский спутник, запущенный в космос. Мы вместе с отцом выходили на крыльцо дома и пытались его разглядеть. После этого я «заболел» астрономией: читал все книги, которые находил, и уже в 10-м классе даже вел в своей школе уроки по этому предмету. Когда я получил профессию инженера, то буквально напросился в Нижний Архыз.

{{current+1}} / {{count}}

Владимир Романенко

Личная коллекция Владимира насчитывает около 80 пленочных фотоаппаратов

Ученый живет в доме, который сам же помогал строить

Я приехал сюда в 1978 году: здесь уже стоял один дом, гостиница, строился детский садик. Все принимали участие в строительстве. Я сам участвовал в постройке лабораторного корпуса и дома, где я живу. Особая история была со школой: долгое время районная администрация не хотела ее строить. Как я думаю, просто из завистнических соображений. Мол, вот какая-то группа, как они говорили, «сумасшедших астрономов» — им и магазин, и школа, и все на свете! Потом как-то раз сюда приехал один из членов политбюро. Ему сказали, что школы не хватает, и уже на следующий день пригнали бульдозеры. Через три месяца школа была готова.

Мы все сюда приехали молодые, энтузиасты, готовы были работать день и ночь. Когда дорогу заметало, мы пешком шли к телескопу, даже по снегу. Практически все были такими: горели работой, участвовали во всем на свете, в походы ходили, с детьми занимались — у меня был детский театр. Жизнь кипела, а сейчас мы все постарели. А молодежь, которая пришла, она другая. Это прагматичные ребята: им нужно защититься, уехать заграницу и, как они сами говорят, «найти позицию». Что они под этим понимают — не знаю. Наверное, найти тепленькое место, где платят доллары. Конечно, не все такие. Но того огня, который был у нас, уже нет.

«Все тебя знают и знают про тебя больше, чем ты»

Виктория Городовая, 33 года — петербурженка, переехала в Буково вслед за мужем и обрела здесь интересную профессию: стала директором местного музея древностей алан — народа, населявшего эти территории в Средние века.

{{current+1}} / {{count}}

Виктория Городовая

Экспозиция Музея Аланской культуры

— Я живу здесь уже четыре года. Сначала училась в Петербурге, сразу после школы поступила в богословскую академию. Работала не по образованию — в логистической фирме. Потом вышла замуж, а муж отсюда. В советское время его деда отправили сюда. Так что муж родился и вырос в Нижнем Архызе. По профессии он системный администратор — работает на удаленке. Познакомились мы тоже в интернете — тогда еще было такое приложение модное «Mail.агент». Целый год просто переписывались, потом в Москве встретились на концерте. Ну и, как-то закрутилось, завертелось. Я его перетащила в Питер, он семь лет там маялся: мерз, от комаров отмахивался, и каждый год мы ездили сюда в отпуск — горы, красота. И он постоянно говорил: «Давай переедем, давай переедем». Он спортивный человек: любит велосипед, по горам шастает и все такое. И вот, когда родилась дочка, я сдалась.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
В поисках новой Вселенной
В самом космическом поселке Кавказа не размышляют, есть ли жизнь на Марсе. Этим ученым вообще не до Солнечной системы, говорят, будущее науки — в другом мире. В каком — узнали наши корреспонденты

Первое время, честно скажу, мне было очень тяжело: все одно и то же, одни и те же люди, все тебя знают и знают про тебя больше, чем ты. А еще тяжело быть оторванным от цивилизации. Мне, как человеку из культурного города, хочется в театр сходить хотя бы раз в месяц. Но потом я устроилась на работу, дочка начала ходить в садик, а еще я стала в горы сама ходить — и все. Я ожила и нашла себя здесь!

Тут на самом деле уникальная работа. Потому что если бы я работала в музее в Питере — то я была бы, например, только экскурсоводом, или только работала бы с фондами, или только реставрацией занималась, а здесь я могу все и сразу. Если мне становится скучно, я думаю: «Так, надо взбудоражить поселок — пора организовать какую-то выставку». А еще здесь повсюду история: рядом с поселком же есть аланском городище. Новые экспонаты люди буквально выкапывают в своих огородах. Сейчас у нас их более пяти тысяч: предметы быта, шелка.

А еще прекрасная природа и особая атмосфера. Она действительно другая, тут другие люди, они по-другому мыслят, даже какая-то энергетика другая витает в воздухе. Ты просто идешь и как будто становишься умнее только от того, что вокруг все умные. Так что уезжать отсюда я не хочу — в планах открыть реставраторскую мастерскую при музее, сотрудничать с другими музеями. Словом, меня уже отсюда не выгонишь.

«Я в Буково уже пять лет — и так слишком долго. Думаю, скоро уеду»

Ренат Ардиланов, 28 лет — известный в России паркурист, победитель различных соревнований. Много лет жил в Москве, а затем вернулся в родной поселок и начал развивать велосипедный спорт: построил экстремальную трассу в Архызе.

— Я здесь родился и вырос. Отец — инженер, мать — замдиректора по общим вопросам в поселке. Спортом увлекся в детстве. Все началось с того, что мы в догонялки играли. А потом как-то раз я увидел французский фильм «Ямакаси» — про команду паркурщиков, очень известный. Он меня зацепил, мне было девять лет. Я начал повторять за ними. Тогда же у меня появилась мечта — познакомиться с ребятами из этой команды и стать известным.

Я фанатично занимался паркуром практически в одиночестве — никто в поселке этим не интересовался. В 16 лет поехал на конкурс паркуристов в Москву — тогда я первый раз выехал в большой город в своей жизни. Я был в шоке, что вообще есть люди, которые занимаются этим видом спорта. И их так много. Победители конкурса должны были сниматься в фильме «Настоящая История» от команды «The Tracers». Я попал в проект, и для меня началась новая жизнь.

Я перебрался жить в столицу, мы с лучшими атлетами жили в одной квартире, называли ее «квартира № 6». Подрабатывали в фильмах, я, например, снимался в «Шапито-шоу», а еще выступали на разных городских мероприятиях: на Воробьевых горах, начинали организовывать экстрим-фест «Прорыв» — сейчас он очень популярный. Тогда же исполнилась моя мечта: я познакомился с командой «Ямакаси». В общем все шло в гору. И вот на самом пике я перегорел, мне надоел паркур, и через какое-то время я решил вернуться домой — в Буково.

{{current+1}} / {{count}}

Ренат Ардиланов

Но здесь тоже не бездельничаю — занимаюсь велосипедным спортом и развиваю даунхилл (экстремальный спуск на горном велосипеде, — Ред.) на Архызе. Два года обивал порог местной администрации. Я понимал, что курорту будет необходима загруженность на лето, а это по сути альтернатива лыжам. Через два года мне, наконец, ответили — и вот мы с моей командой построили трассу в посёлке. В прошлом году уже провели на ней первый чемпионат по даунхилу. До этого проводили в Буково — здесь мы тоже обустроили трассу, еще в 2014 году.

В Буково я уже шестой год — и так слишком долго. Думаю, скоро уеду. Остаюсь во многом из-за дочери: с детьми здесь проще. Вы же видите, поселок закрытый: машин нет, опасности нет. Вообще, относительно всей нашей России тут немного иная среда. Здесь люди очень много варятся внутри себя. В городе много шума, суеты. Нет времени рассуждать о себе самом. А в Буково очень много философов, потому что есть время, чтобы подумать. Но это очень тонкая грань: потому что, если слишком много думать, можно и сойти с ума. И такие случаи тут тоже бывали.

«Причина переезда — любовь»

Анатолий Бескакотов, 26 лет, и Арина Митрофанова, 28 лет — супруги и молодые ученые, научные сотрудники группы методов астрономии высокого разрешения САО. Он — учился в Санкт-Петербурге, она — в Казани. Познакомились в Буково, поженились и остались работать.

Арина: Я отучилась в Казани на астронома, потом закончила аспирантуру. В Буково я встретила мужа. Я как раз училась в аспирантуре и приехала сюда по гранту — это было в 2015 году. Муж уже здесь работал чуть больше полугода. У нас были длительные отношения на расстоянии: я все-таки хотела от своего университета защищать диссертацию. Только после защиты переехала. Так что причина переезда — любовь.

Анатолий: Кстати, вопрос взаимопонимания для нас вовсе не связан с работой. Мы сошлись на миропонимании. Астрономия только связующее звено! Я родился в Ставропольском крае, школу закончил в Черкесске, университет — в Петербурге, по образованию инженер, программист. И сейчас тоже больше занимаюсь инженерно-программными вещами, чем астрономией. Сюда попал по воле случая: в конце обучения начал очень интересоваться астрономией. И так сложилось, что устроился сюда. Собирался на 1−2 года, просто поработать, а в итоге остался.

{{current+1}} / {{count}}

Анатолий Бескакотов и Арина Митрофанова

Арина: Сейчас нет той романтики, как у первых сотрудников, которые смотрели прямо в телескоп. Мы смотрим в компьютер, куда поступает вся информация. Получаем данные с телескопа, проводим наблюдения, у каждой лаборатории свои интересы: кто-то галактиками, кто-то звездами занимается. Я вот орбитами. Открытия мы не делаем — уточняем данные по уже обнаруженным объектам: массу звезды, другие параметры. И публикуем, создаем свои базы данных.

Конечно, в астрономии есть составляющая романтики. Ночные наблюдения, например, или когда ты ночью едешь в пургу на телескоп аппаратуру снимать, но все же основная часть — это физика, математика и немного химии.

Когда я приезжала в поселок на практику, я смотрела на местных жителей и думала: это особые люди, как они со всем справляются. Ведь даже в аптеку нужно ехать в Зеленчук. Тем не менее они могут предпочесть занятие наукой какому-то своему личному комфорту. Вот в большом городе, если захотел пойти куда-то вечером, выбор огромный: театр, музей, кафе, мастер-класс — что хочешь. А здесь? Только горы.

Нелля Карабашева

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка