{{$root.pageTitleShort}}

Аксакал и его коллекция

Недавно фонд ГМИИ Ингушетии пополнился новым экспонатом — бронзовым топором эпохи аланской культуры. Артефакт передал местный даритель, чья коллекция уже претендует на собственный музей

Коллекционер Абабукар Султыгов, город Карабулак, Ингушетия

С чего начиналась коллекция

Абабукар — старший из семерых детей семьи Султыговых. В детстве дядя подарил ему значок с изображением Житомира. С тех пор он и увлекся фалеристикой — стал собирать значки, медали, нагрудные знаки.

— В 1981 году, уходя в армию, я подарил свою небольшую коллекцию двоюродному брату, — вспоминает Султыгов. — Когда вернулся, пришел к нему в гости и увидел, что мои значки лежат в пыли под навесом, втоптанные в грязь. Мне стало так больно, что я собрал их все, отнес домой, отмыл. И вот с тех пор стал серьезно заниматься фалеристикой.

Точного количества своих экспонатов Абабукар Баширович не знает: одних только тематических рамок разного формата более 300, в каждой рамке по несколько десятков значков и медалей, не считая тех, что еще не распределены по темам. А предметов археологии вообще несчетное множество. Красивыми и интересными он находит абсолютно все предметы своей коллекции. Но самые любимые связаны с футболом — Султыгов собрал 13 рамок, посвященных Всесоюзным, а ныне Всероссийским соревнованиям «Кожаный мяч» и 15 рамок со значками на тему футбольного клуба «Спартак».

— С пополнением футбольной коллекции мне помогает сын моего друга Джабраила Бакаева — известный футболист Зелимхан Бакаев, который играл в московском «Спартаке». Он мне очень много значков оттуда привез. Теперь он играет за «Зенит», нужно зенитовскую тему собрать, — смеется Абабукар.

Многоборец

Вообще, футбол — это еще одна страсть мужчины: он играет в городской команде ветеранов и очень серьезно относится к тренировкам. Благодаря спорту в свои шестьдесят Султыгов подтянут и строен, но длинная седая борода придает ему эффектный образ мудрого аксакала. Своими спортивными достижениями он гордится не меньше, чем богатейшей коллекцией. Абабукар — чемпион и многократный призер СКФО и Ингушетии по футболу, двукратный чемпион республики по стрельбе из пневматической винтовки, успешно выступал на соревнованиях по дзюдо, боксу, тяжелой атлетике, играл в теннис и волейбол, он инструктор по пулевой стрельбе и судья первой категории по футболу.

Кстати, увлечение спортом Султыгов передал и своим детям, которых у него с супругой Лейлой пятеро. Старший сын Ахмедхан — чемпион России по боксу среди юношей, 15-летний Магомед — кандидат в мастера спорта по дзюдо.

— У детей есть интерес и к коллекционированию, они поддерживают мое увлечение, но сами пока ничего не собирают, — говорит Султыгов.

Сколько стоит раритет

Коллекционирование — занятие затратное. Абабукар постоянно покупает новые экспонаты, но старается делать это не в ущерб семье. Его источник дохода — ювелирная мастерская, в которой он занимается мелким ремонтом украшений. Дипломированный агроном, сотрудник милиции и ювелир Султыгов, проработав три года в органах внутренних дел, понял, что ювелирное ремесло ему все же ближе.

Зная об увлечении Абабукара, к нему в мастерскую часто приносят предметы старины. Что-то он покупает, что-то приобретает путем обмена.

— Вот за этот редкий жетон всадника Ингушского конного полка «Дикой дивизии», найденный в лесу, в Назрановском районе, я отдал бриллиантовое кольцо. За свою жизнь я видел только два таких жетона. Парень просил за него 30 тысяч рублей. Я сказал, что у меня нет таких денег. Тогда он сбил цену до 20 тысяч. А у меня в мастерской как раз кольцо висело. Я взял его и сказал: «Вот, отдашь жене в подарок».

{{current+1}} / {{count}}

Жетон всадника Ингушского конного полка «Дикой дивизии» располагается в самом центре второго ряда снизу

По теме царской России Султыгов собрал несколько рамок. Но самая дорогая в смысле стоимости экспонатов тематика фалериста — это значки, памятные медали и нагрудные знаки Чечено-Ингушской АССР, которых у него огромное количество. Цена предметов варьируется от 500 рублей до 15 тысяч.

Фалеристы без границ

Абабукара интересует буквально все. У него есть коллекция орденов и медалей за оборону советских городов в Великой Отечественной войне, в их числе редкие награды за оборону Одессы и Севастополя, за взятие Вены. Есть целая коллекция медалей и знаков отличия МВД и его структурных подразделений. Есть значки, связанные с мультипликацией, авиацией; есть китайские, монгольские медали, американская медаль «Серебряная звезда»; ичкерийские медали и значки; немецкие награды времен третьего рейха. Ряд рамок посвящен геральдфалеристике — это знаки и значки с гербами городов. Кроме российских у него представлены города Франции и есть почти полная коллекция городов Грузии.

Абабукар — участник сообщества коллекционеров России, поэтому у него много коллег по всей стране. Благодаря соцсетям они организовали торговые площадки, где происходит активное общение, купля, продажа и обмен коллекционных предметов.

— В сообществе я довольно известное лицо, мне отправляют вещи даже без денег, — говорит Абабукар. — Я у них там как аксакал в группах, со мной консультируются ребята не только из России — со всего мира. Из Израиля, Америки, Китая получаю некоторые предметы.

В 2018 году в музее изобразительных искусств состоялась выставка коллекций Абабукара Султыгова, в 2020 году он провел онлайн-выставку, посвященную 75-летию Победы. Музеи региона предлагают ему чаще выставлять свои экспонаты, но Султыгов отказывается, чтобы не портить рамки при транспортировке. Часть рамок висит у него в ювелирной мастерской, часть — дома, а большинство — аккуратно сложены в ящиках. Он надеется, что когда-нибудь откроет у себя во дворе небольшой музей, обязательно бесплатный.

Как сделать «черных копателей» «белыми»

Орел из горного камня

Если фалеристика для Абабукара Башировича страсть, приносящая радость, то археология — это, скорее, боль души. Он за большие деньги выкупает у «черных копателей» их находки, лишь бы они не ушли за пределы Ингушетии.

— Их нельзя остановить — все равно будут заниматься раскопками, пока в земле есть богатства. Значит, нужно их организовать, узаконить на уровне правительства и возглавить. Если им платить определенные деньги, они не станут продавать вещи на стороне. Недавно продавалась серебряная печать с арабской надписью, найденная в Ингушетии. Я хотел выкупить ее, договорился с продавцами, но они сбыли ее вдвое дороже другим людям. Обидно, когда очень интересные предметы нашей истории и культуры уходят в другие регионы. Я видел мужской серебряный ремень, видел шлем золотой, правда, на фотографии, другие золотые вещи, которые проданы за границу. Это же большая потеря для республики.

Султыгов уверен, что ценных предметов в земле очень много.

— Копатели забирают золото, серебро, драгоценные камни, а бронзовые, железные предметы, иногда очень ценные, оставляют в земле. Поэтому надо их заинтересовать, чтобы они продавали свои находки без риска, что их могут задержать. Даже религия наша позволяет через определенное время доставать из земли вещи и извлекать из них пользу.

У меня есть удивительно красивые вещи. Вот, к примеру, печать из стекловидной пасты эпохи шумеров. Или вот очень древняя вещь — орел из нашего горного камня, найден в земле, в лесу близ Яндаре. Вот аланская бронзовая цепь III-IV веков длиной два метра, вот меч акинак, вот аланский топор, такой же я подарил музею. За неделю до этого подобный топор продали на аукционе за 46 тысяч рублей. Вот аланские серебряные элементы, которые крепились на кожаные пояса; а это бронзовые и железные наконечники стрел. Керамические четки 1847 года, их привез наиб имама Шамиля Джахост Султыгов. У меня несколько десятков аланских кувшинов, есть два огромных узбекских кувшина объемом 125 литров, называются «хум», но это уже X-XII века. У нас здесь проходил Шелковый путь — через Яндаре, Гази-Юрт, где и найдены эти кувшины.

Музей для потомков аланов

{{current+1}} / {{count}}

Аланский топор

По мнению коллекционера, свидетельством тому, что на территории нынешней Ингушетии жили аланы, является не только бесконечное количество предметов этой культуры, но и слова в ингушском языке:

— Моя бабушка говорила: «Гоар кант» («воин /сын Гоара»). Известно, что Гоар — предводитель аланов. У меня мечта, чтобы про нашу аланскую культуру узнал весь мир. Для этого нужно, чтобы эти вещи появились в больших музеях — в Лувре, в Прадо. Даже в Эрмитаже всего несколько предметов, а можно было бы сделать отдельную секцию аланской культуры, — считает Султыгов. — Археологические экспонаты бесценны для народа, для нации; самое главное, чтобы сохранилась культура. Для меня это самый больной вопрос. Если бы был реальный покупатель, к примеру республиканский музей, я бы, наверное, продал все предметы археологии.

А пока нет таких предложений, Абабукар Баширович открыл музей в одной из школ Карабулака. Он подарил золотые и серебряные серьги, серебряный и бронзовый ремни, аланские кувшины, тарелку из черной глины и множество других предметов. Говорит, что на благое дело для будущих поколений не жалко.

Мадина Хадзиева

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ