{{$root.pageTitleShort}}

«Это не страшно — стать мамой брошенному ребенку»

Четыре года назад дагестанка Мадинат поклялась, что усыновит сироту. Теперь ее большая семья готовится принять уже восьмого ребенка-инвалида
1493

Мадинат Шахбулатова со старшими детьми Рамазаном и Марьям и младшими Даниялом, Махмудом, Гайдаром, Мурадом, Написат, Мусой и Аминой (слева направо)

Четыре года назад сын дагестанки Мадинат Шахбулатовой Рамазан попал под обстрел в центре Махачкалы. Стреляли так называемые боевики. 25-летний полицейский получил тяжелые ранения. Мать круглосуточно дежурила у постели сына в больнице. Когда стало совсем невыносимо, дала клятву: если сын выживет, она возьмет на воспитание сироту.

Врачи боролись за жизнь Рамазана полгода. Он стал инвалидом, но остался жить.

«Мама, меня тоже возьми!»

— Салам алейкум! — наперебой кричат дети, встречая нас во дворе дома 52-летней Мадинат в пригороде Махачкалы, поселке Семендер. Маленькая Написат робко подходит к корреспонденту «Это Кавказ», берет за руки и говорит «мама». Пятилетняя девочка в новой семье совсем недавно и еще не освоилась. Написат, она же Анастасия, — седьмой ребенок, переехавший сюда из детского дома.

После того, как Рамазан выписался из больницы, Мадинат не забыла о данной в критическую минуту клятве. Но решиться было страшно.

— Переживала, что не смогу принять. Были мысли «А вдруг я умру?», я ведь уже не молодая. Как тогда все будет? Мне моего сына вернули, меня мучила совесть. Два года я собиралась с мыслями. Но взяла троих.

В больнице Мадинат думала, что возьмет ребенка «с улицы» — «попрошайки бывают ведь на дорогах». Потом ей объяснили, что у таких детей часто есть родители, и посоветовали обратиться в детский дом. В детдомах в Дагестане, говорит женщина, оказались только лежачие инвалиды — такую ответственность брать на себя Мадинат не рискнула. Поэтому отправилась в Астрахань — в детский дом «Малышок». Вернуться планировала, как и обещала, — с одним ребенком. Но все получилось иначе.

— Когда я попала в детский дом, дети кинулись меня обнимать, целовать, смотрели в глаза и просили: «Мама, меня тоже возьми!» У меня сердце чуть не разорвалось, — вспоминает Мадинат.

В итоге она решила взять троих.

— Мы поехали туда с дочкой. Нам стали показывать фотографии детей, сказали, чтобы выбирали. Я не хотела никого выбирать. Попросила, чтобы мне отдали первых троих, которые числились в базе. Не стала смотреть фотографии и даже не знала диагнозов детей. Я так решила — и все.

На сбор необходимых для оформления опеки документов ушло почти полгода. Мадинат планировала усыновить детей, но социальные работники объяснили, что стать официальным усыновителем нескольких детей у нее не получится — а вот под опеку взять можно сразу многих.

Так почти год назад в семье Шахбулатовых появилась, как их тут называют, «первая тройка»: Володя, Максим и Даниил, теперь — Махмуд, Мурад и Даниял.

— Когда, наконец, привезли детей, я подумала: какое же счастье теперь у меня дома! Такая радость — слышать детские голоса во дворе, — улыбается Мадинат.

Адаптация проходила нелегко, вспоминает Марьям, родная дочь Мадинат. Трудно было и взрослым, и малышам. Приходилось учить детей всему почти с нуля: это — занавеска, а вот это — чеснок. Особенно тяжело дети привыкали к новой для себя пище — домашней.

— При виде ложки с едой у них начинался рвотный рефлекс, — рассказывает Марьям. — Когда первый раз мы такое увидели, очень испугались, показывали детей врачам… Они объяснили, что дети просто привыкли к другой еде, это психология. Мы все очень мучились.

А еще дети часто спрашивали, правда ли, что этот большой дом — теперь их?

«Почему ты так долго за мной не приходила?»

Жизнь постепенно наладилась. А через полгода Мадинат снова отправилась в Астрахань.

— Вторую тройку детей мы взяли по пожеланиям наших старших. Махмуд сказал: баба, это «мама» на аварском, баба, такое дело — у меня там остались два друга и подружка, можно их к нам?

Когда Мадинат снова приехала в детский дом, ей там очень удивились.

— Мы объяснили, что наш мальчик направил нас сюда за своими друзьями. Работники были в шоке, плакали… Воспитательница рассказала, что один из друзей Махмуда целый месяц до нашего приезда стоял у окна и ждал маму: «Ребенок вымолил у бога маму», — вытирает глаза уголком платка женщина.

Гайдар, Муса и Амина быстро привыкали жить в семье. «Первенцы» активно помогали им освоиться: например, сразу объяснили, что «здесь мамы не бывает, здесь есть баба», смеется Мадинат.

— У меня такие крылья выросли за спиной. Я летаю! — делится она. — Гайдар меня еще в детдоме спросил: «Мама, а почему ты так долго за мной не приходила, почему ты меня здесь оставила?» Я не знала, что ответить. Он раз десять уточнил, точно ли я заберу его. Я всех прошу, берите детей, не оставляйте так сирот. Это не страшно — стать мамой брошенному ребенку.

В семье уже есть традиция: при появлении новых детей покупать всем игрушки. Раньше дети их быстро ломали, теперь научились быть аккуратными.

Полтора месяца назад дом Мадинат пополнился второй девочкой — Анастасией-Написат.

«Зачем тебе это надо?»

Нашу беседу то и дело прерывают малыши, забегающие со двора в дом. Кто-то хочет пить, кто-то — поглазеть на гостей, младшая из девочек — поцеловать маму. Все вместе — убедиться, что она здесь и никуда не уйдет.

Конечно, дети это не только бесконечные объятия и поцелуи, но и куча хлопот, делится Мадинат. Особенно если это дети-инвалиды. В детском доме в Астрахани находятся и здоровые дети, но у них как правило есть родители — они могут объявиться в любой момент, поэтому Мадинат решила, что возьмет детей с проблемами со здоровьем.

— О себе даже думать времени нет, — говорит женщина. — Главное — чтобы дети мои не болели, чтобы у них не было никаких забот.

Утро в семье Шахбулатовых начинается рано: в 4:30 Мадинат встает на молитву. Следом за ней потихоньку поднимаются дети. На завтрак компания собирается ближе к 7 утра. Потом — игры, прогулки, мультики, развивающие занятия. Детям от 5 до 11 лет, но из-за особенностей здоровья никто из них не ходит ни в школу, ни в детский сад. Пока Мадинат решает вопрос с домашним обучением — она надеется, что учителя из местной школы будут приходить на дом, — с ними занимается она сама или Марьям.

Родственники и соседи уже привыкли, что Мадинат теперь — многодетная мать. Но находятся и те, кто крутит пальцем у виска: «Зачем тебе это надо?» Кто-то думает, что детей Шахбулатовы взяли ради денег, которые государство выделяет на воспитание подопечных.

— Люди думают, что у нас корыстные цели. Сидим с детьми дома и «рубим капусту». Вы знаете, какой это труд — взять ребенка-инвалида и растить его? — возмущается Марьям.

В месяц на каждого ребенка семья получает пособие в семь тысяч рублей. С медицинской помощью стараются помогать местные власти — да и вообще, решать любые проблемы. У сына Мадинат Рамазана своя семья, на службу после ранения он не вернулся, но нашел другую работу. Дочь Марьям — косметолог, живет вместе с мамой и детьми. Сама Мадинат не работает, но говорит, что деньги поднимать новую семью есть: раньше у Шахбулатовых был бизнес.

Не хватает только земли — поставить пристройку для расширившейся семьи, чтобы никому не было тесно.

— Сейчас мы оформляем документы на восьмого ребенка. Но восемь — это не предел.

Анастасия Расулова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка