«Знаю каждый кийиз на ощупь»

Этой весной в Нальчике открылся Музей декоративных искусств. Пообщались с его основателем, меценатом и коллекционером Рашидом Локьяевым не только о балкарских войлочных коврах, но и о национальной культуре, литературе и сохранении языков.

Путь длиной в жизнь

— Мой путь к Музею декоративного искусства карачаевцев и балкарцев начался в детстве, когда я, маленький мальчик трех или четырех лет, участвовал в процессе мокрого валяния кийиза (в процессе мокрого валяния шерсть расстилают на циновке, поливают горячим мыльным раствором, последнее поручают старшему мальчику в семье — ред.). Моя бабушка была известной мастерицей.

Кийиз был со мной всю жизнь: когда пошел в школу, бабушка со стороны мамы подарила первый ковер, когда окончил — второй, в университет поступил — третий, закончил — четвертый. Некоторые из них выставлены в музее.

В какой-то момент понял, что уже собираю коллекцию. Народная культура стала неотъемлемой частью моей жизни, но основная моя работа — строительство.

Осознание

— Первый серьезный шаг к музею был сделан в 2007 году, когда моя фирма построила и ввела в эксплуатацию школу в родовом селении Кенделен. Она была признана лучшим объектом строительства того года.

Затем занялись зданием бывшего музея там же. Его открыли в 80-е, в фонде было много экспонатов, в том числе найденных во время археологических раскопок на Кенделенских курганах и в Тызыле. Позже здание признали непригодным и закрыли, а экспонаты передали в фонд Национального музея КБР. За годы дом пришел в упадок. Мы вычистили его, подвели коммуникации, привели в порядок территорию. На открытие я подарил 30 картин художника Валерия Курданова.

Тогда я понял, что сетовать, перекладывать ответственность на других — путь в никуда. Есть вопросы, решение которых требует много времени и ресурсов, но над ними надо работать.

Самый древний

— Всего в коллекции 128 кийизов. Самому древнему более 250 лет, его подарил Тахир Султанов. Ковер ручной работы хранился в семье несколько поколений.

Ни по структуре, ни по информационному содержанию, ни по цветовой гамме он не похож ни на один другой. В орнаменте — аланские кресты, мусульманский полумесяц, пентакль, хазарская символика, солярный знак. По нему историки из Ростова-на-Дону защитили две кандидатские диссертации. В этом году ждем аспирантов из Института Востока.

Для меня нет любимого или нелюбимого кийиза, ни с одним не готов расстаться. Я могу на ощупь узнать каждый ковер: по рисунку, по особенности кроя. В орнаментах есть общая канва, но при этом работы мастериц из разных ущелий отличались: на кийизах из Терскола узнаваем Эльбрус, в других районах наблюдаются растительные мотивы, а на верхнебалкарских много волн.

Войлочные ковры стали визитной карточкой Кабардино-Балкарии. Их выставляют на мероприятиях различного уровня, в том числе международных. В прошлом году в рамках государственной программы «Промыслы России» издали буклеты, а Почта России выпустила марки «Бичген кийиз» (мозаичный ковер из разноцветных кусочков войлока, которые сшиваются между собой — ред.).

Сейчас с коллегой из КЧР занимаемся вопросом сертификации балкарских кийизов, что позволит сделать их еще более узнаваемыми.

Национальная литература в цифре

— Из-за депортации балкарцев национальная литература была практически уничтожена. К примеру, мой тесть Саид Шахмурзаев был автором первой балкарской азбуки. У нас дома сохранились только несколько его книг.

Когда стал искать информацию о довоенной национальной литературе, выяснилось, что некоторые книги хранятся в единственном экземпляре в фонде особо ценных книг Нацбиблиотеки КБР. Еще издания 20−30-х годов чудом сохранились в библиотеках разных регионов. Нам удалось добиться разрешения оцифровать их на книжных планетарных сканерах. Уже обработаны 123 книги. Подарил электронный вариант Нацбиблиотеке, надеюсь, они будут доступны читателям на сайте.

Сейчас приоритетный проект — этнокультурный центр в горном селении Нижний Чегем. Задумал его как музей под открытым небом.

Сохранение родного языка

— 2026 год объявлен Годом единства народов России. Как сказал глава нашей страны Владимир Путин в одном из выступлений, каждый народ, национальный язык — это жемчужина, цивилизационный феномен.

Поэтому мы обязаны сохранить свою идентичность, ведь если хоть один этнос выпадет из этого ожерелья, разорвется вся цепочка.

Очень остро стоит вопрос сохранения национальных языков. По прогнозам Юнеско, балкарскому грозит исчезновение в недалеком будущем. Этого нельзя допустить. Я выкупил весь тираж «Толкового словаря балкарского языка» в трех томах. Распространяю его по учреждениям образования и культуры.

Если благодаря таким проектам удастся продлить жизнь родного языка хотя бы на месяц, тогда смогу сказать, что выполнил свою миссию.

Дети идут своей дорогой, но, кажется, я заразил их своими идеями. Как-то у младшего сына спросили, будет ли он продолжать мое дело. «Разве есть выбор?» — ответил он коротко. Это дает надежду, что мой труд не пропадет.