{{$root.pageTitleShort}}

Ибрагим по прозвищу Киборг

Как не сломаться, если в 16 лет теряешь ногу, здоровье, близкого друга и мечту о карьере хореографа? Все «просто» — нужно забыть про жалость к себе, найти свое призвание и не терять чувство юмора
9094

Ибрагим со своим протезом выглядит как персонаж фильма в жанре киберпанк. Это если он в шортах. Если в брюках — никто и не догадается, что у него нет ноги. Правую ногу ампутировали 11 лет назад, после теракта в Ставрополе. Взрыв прогремел 26 мая 2010 года возле Дворца культуры, где собрались люди, пришедшие посмотреть выступление чеченского танцевального ансамбля «Вайнах». Погибло восемь человек. Ибрагим Ибрагимов был одним из 57 раненых.

После взрыва

— До взрыва я танцевал в ансамбле народного танца «Казбек». На тот концерт мы пошли всем коллективом. Для «Казбека» это стало настоящей трагедией.

Ибрагим Ибрагимов

Мы с Ринатом, Айханом и Асхатом стояли очень близко к эпицентру. Помню взрыв, скорую — а потом провал. Пришел в себя в реанимации в Москве после 21 дня комы.

Мне сказали, что Ренат и Айхан уже дома, Асхат — в больнице, но скоро выпишут. Обманывали, чтобы не нервничал. Врачи запретили говорить, что Асхат умер в реанимации на пятый день, так и не придя в сознание. Его похоронили в родном селе в Карачаево-Черкесии, единственный сын у родителей. Это он меня заинтересовал танцами, с ним за компанию стал ходить на репетиции. У Айхана был открытый перелом ноги, осколки в брюшной полости. У Рената — множественные осколочные ранения, некоторые осколки оставили в теле. Извлекать их было опасно. Сейчас у ребят все хорошо, живут обычной жизнью.

Тогда писали, что из выживших я пострадал больше всех, но как тут померишь. Бомба была начинена заточенными кусками арматуры. Было все и сразу: переломы, сепсис, отказ органов, множественные не затягивающиеся раны, огромная кровопотеря, редкая 4-я группа, более 40 литров перелили.

В Ставрополе реаниматологи боролись за меня 5 дней, затем отправили спецбортом МЧС в институт хирургии Вишневского. Сначала говорили, что показатели хорошие, но потом сердце остановилось. В общей сложности пробыл в московских больницах почти 11 месяцев, перенес больше 50 операций.

До сих пор поддерживаю связь с реаниматологом. Благодаря ей переборол зависимость от препаратов. Мне очень много давали обезболивающих. Но я тот период помню смутно. Иногда боли возвращаются, но редко — раз в месяц. И терпимые, обхожусь без обезболивания.

Возвращение к жизни

— В Ставрополь вернулся через год. Пошел в школу уже на протезе (до этого учился дистанционно), сдал экзамены и поступил в университет в 17 лет, как и все. Конечно, уставал, но только через эту усталость крепнут мышцы и суставы.

Многие люди на протезах себя жалеют, ограничивают нагрузки, ездят на такси. За мной этот грешок тоже был. Когда мне купили машину, заезжал чуть ли не внутрь университета. Позже заметил, что стал быстрее уставать, не мог долго ходить.

В России есть прекрасные хирурги, ортопеды, травматологи и протезисты. Но никто не ведет пациента от и до. Человека выписывают в никуда, дальше он сам должен справляться с шоком, приспосабливаться в быту, проходить медосмотры, протезироваться.

У меня физические трудности довольно быстро прошли, но было сложно принять, что не смогу танцевать. Я ведь планировал быть хореографом. В больнице врачи рассказывали про современные протезы, размечтался, что смогу танцевать. Когда разобрался, что к чему, был разочарован и вообще не понимал, чего хочу от жизни дальше.

Но я все время был в окружении семьи и друзей, они не давали унывать. Благодаря нашему руководителю Гураму вернулся в ансамбль доулистом. Он подарил мне барабан, научил играть, позже взял на полставки концертмейстером.

Я далеко не лучший пример. Много ребят, которым гораздо сложнее, есть девушка знакомая, она в кресле, но ведет активную жизнь, помогает другим, ведет блог.

Работа по призванию

— Я окончил факультет информационных технологий в Аграрном университете в Ставрополе. Первые пару курсов учился с интересом, но потом энтузиазм угас. Стал пропускать пары, с 3 курса учился индивидуально и работал.

Так совпало, что в 2016 году меня снова протезировали в Ставрополе, но протезист был из Москвы, разговорились с ним. И на следующий день сказал родителям, что еду в Питер — учиться на техника-протезиста в РАНХиГС. Все были в шоке. А я настолько загорелся идеей, что был готов ко всем возражениям. Поступил сразу на 3 курс.

Протезирование — это смежная профессия, симбиоз медицины и технологии. Надо знать основные принципы травматологии, виды ампутаций, пороки культи. И понимать в электронике, механике, уметь починить мелкую поломку, разобрать, собрать, настроить протез.

Сейчас я протезист в официальном представительстве немецкой фирмы Ottobock в Москве. Мы делаем протезы рук, ног, ортезы (протез на присутствующую конечность, такие, например, ставят детям с ДЦП), корсеты, аппараты.

Мы приступаем к сборке только после консультаций, где смотрят все выписки, уровень ампутации, особенности, общее состояние здоровья и психологический портрет. Из гипса отливаем форму, изготавливаем приемную гильзу для культи.

Мне нравится то, чем занимаюсь. Я в этом разбираюсь и хочу развиваться. К тому же в России это огромное непаханое поле, бери — делай. В будущем планирую открыть протезное предприятие в Ставрополе.

Протез с интеллектом

— Мой протез с внешним источником энергии, заряжается от розетки, оснащен микропроцессором, гидравлическим цилиндром, гироскопом, датчиком осевой нагрузки и т. д. Это сложное техническое устройство, не продукт массового производства, как авто или телефон, а штучный товар. Поэтому и цена такая — 3 миллиона рублей.

Я ношу его целый день, надеваю утром и снимаю перед сном. А кто-то пользуется как обувью, надевает перед выходом из дома и снимает дома. Думаю, это связано исключительно с удобством: если протез подогнан правильно, то человек будет им пользоваться постоянно. Если нет — будет снимать при первой возможности.

{{current+1}} / {{count}}

Это высокоинтеллектуальный протез. В приложении можно следить за уровнем заряда, показаниями датчиков и менять режимы: «ходьба», «велосипед», «коньки», «вождение», «мотоцикл». Они подбираются специалистом исходя из ваших физических возможностей. В моем — пять режимов. Режим танца? Нет, такого нет. Со временем я научился двигаться под музыку. Но о профессиональных танцах пришлось забыть. Там много сложных движений, танцор оттачивает их годами. Маловероятно, что при моей жизни дойдет до такого прогресса.

Ибра-Киборг, агент Кремля

— Не могу сказать, что я блогер. В Instagram до 2016 года были просто мои фото, с протезом и без. Когда начал работать в Питере, стал что-то постить по теме. Но в подписчиках были только друзья.

Как-то меня тегнула девушка, она сама на протезе, и у нее большой блог. На меня за сутки подписалось больше 4000 человек, обрушился шквал комментариев, вопросов об ампутации, протезах, реабилитации. Тогда я понял, что мой опыт полезен людям.

TikTok завести заставил брат во время карантина, его я пережидал в Ставрополе. Безделье было уже невыносимо, и я согласился пройтись по городу, снять обзор на протез. И он «выстрелил» — более 1,5 миллиона просмотров.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
«Инвалидов нельзя жалеть. Даже если очень хочется»
Российский боец ММА с ограниченными возможностями паралимпиец Чермен Кобесов — о том, за что он готов драться два раза в день

С хейтерами впервые столкнулся в TikTok, потому что там аудитория в разы больше. Вначале пытался что-то объяснять. Но понял: бесполезно, только все больше закапываешься в негатив, теряешь силы.

Блог называется «Ибрагим-Киборг». Я показываю, какие протезы бывают, какие возможности они дают, что можно вести полноценную жизнь. А хейтеры пишут всякие глупости, что я «агент Кремля» и вру, что государство обеспечивает протезами.

Я вообще перестал на них реагировать, но пару «доброжелателей» запомнил. Писали, что меня Бог так наказал, и что мне нельзя иметь детей, потому что они родятся тоже безногими. Но это в интернете. В реальности был случай, я еще тогда учился в школе, кто-то из ровесников спросил: «А она отрастет обратно?» (смеется).

В такие моменты спасает юмор. С близкими друзьями и коллегами много шутим о моем протезе. Это помогает.

Но адекватных людей и вопросов все-таки больше. Часто спрашивают, что могут протезы, как выбрать, сколько стоит протез и как его получить. Многие не знают, что по закону Фонд соцстрахования должен обеспечить всех средствами реабилитации. Не важно, протез это, слуховой аппарат, костыли или инвалидное кресло. В некоторых регионах могут ограничивать по цене протеза: зависит от бюджета, но без него не оставят никого.

Если согласны ждать 3−6 месяцев, то ФСС сам все оплатит. Можно, собрав документы, купить самому, а потом вам вернут деньги. Сейчас разрабатывают третий вариант — электронный сертификат на определенную сумму, его можно будет использовать в любой фирме, и если выбрать дороже, то доплатить.

Еще постоянно спрашивают, как попасть на протезирование в нашу фирму. Многие хотят именно к нам, потому что у нас полное сопровождение: обучение, консультации, техобслуживание, гарантийный ремонт.

Шорты на спор

— Когда ампутировали ногу, некоторые поставили на мне крест. Жалели, что не смогу учиться, жениться, работать, ничего не добьюсь. Очень хотелось доказать, что это не так.

Я уехал в Питер в 22 года, и у многих был шок. Спрашивали, как я там буду один, без помощи, да еще и в общаге. Видимо, ожидали, что буду всю жизнь сидеть дома, а родители будут за мной присматривать. Постепенно все приняли мою новую жизнь как данность. Даже мои бабушки, хотя очень впечатлительные и первое время не могли на меня спокойно смотреть, привыкли.

До переезда я особо ничего по дому не делал. Готовить научился в Питере: супы варить, макароны. Сейчас готовлю редко, с московским ритмом жизни проще обедать в кафе. И прибираться потом не надо. Но жизнь научила мыть посуду сразу, особенно после гречки (смеется).

Первые годы я комплексовал из-за протеза. Но проблем с друзьями из-за этого никогда не было, а сейчас тем более.

Однажды на спор надел шорты и пошел гулять. Было тяжело, казалось, все на меня смотрят. Но испытал такое чувство свободы от того, что смог выставить протез на всеобщее обозрение. С тех пор летом хожу так постоянно.

Девушки? По моим наблюдениям, они более толерантны к трудностям со здоровьем, чем мужчины. Знаю случаи, когда муж оставлял жену из-за ампутации, а обратные — крайне редки.

Я еще никого не сватал. Не исключаю, что столкнусь с предубеждением. У нас люди очень щепетильно относятся к выбору жениха, не только к здоровью, но и к внешности, к семье. Но меня это не беспокоит. Отношение к людям с ограниченными возможностями меняется. Особенно среди молодежи. В любом случае все зависит от меня, от того, насколько я в себе уверен. А я настолько уверен, что даже знаю, как будут звать моего сына. У нас в семье есть традиция — называть сына в честь деда. Если все будет хорошо — назову сына Исмаилом.

Как общаться с инвалидом?

— Люди, конечно, смотрят, и реакция у всех разная. Старшее поколение смотрит с жалостью или старается не замечать, как будто это что-то стыдное. Молодежь поглядывает с любопытством и даже с восхищением. Но самые непосредственные — дети. Могут подбежать, потрогать протез. Родители их часто впадают в панику, ругают детей. Я же прошу не беспокоиться и все показываю — в этом нет ничего такого.

В России ежегодно протезируются более 5000 человек — по самым разным причинам: ДТП, диабет, онкология. Но мы редко видим инвалидов на улице, их как будто бы нет. Даже в крупных городах для многих выйти из подъезда — сложная задача. В Германии, например, ты постоянно встречаешься с людьми на колясках, все общественные места оборудованы, чтобы они могли чувствовать себя полноценными членами общества. В Риме даже Колизей оборудован лифтом.

Многие не знают, как себя вести при встрече с инвалидом. Боятся обидеть человека тем, что предложат помощь, а он сам прекрасно справляется. Или, наоборот, тем, что не предложат. Есть исключения — люди, которые любят, чтобы их жалели. Но основная масса хотят, чтобы с ними общались как со всеми. Поэтому проще всего спокойно спросить, нужна ли им помощь.

Мариям Тамбиева

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ

Раздача яблок, освящение урожая, церковный звон без звонаря: как прошел Яблочный Спас на Ставрополье

Праздник нового урожая, торжественная встреча осени — Яблочный Спас не зря считается одним из самых красивых славянских праздников. Особенно если его отмечают в храме с 180-летней историей
В других СМИ
Еженедельная
рассылка