{{$root.pageTitleShort}}

«Мы только не слышим. Нам крупно повезло»

Туристические поездки по Дагестану для неслышащих людей предлагает гид Асхаб Госенакаев. Он точно знает, что нужно людям из «другого мира»
1067

На странице в Instagram у 37-летнего Асхаба Госенакаева написано: общественник, руководитель волонтерского движения «Добрая рука» и основатель Deaf_tour_dag. Deaf — глухой, но спортивного телосложения, обаятельный Асхаб человеком с ограниченными возможностями вовсе не выглядит. Просто беседуем мы с ним через приложение, переводящее речь в текст. Дагестанец практически полностью потерял слух в 12 лет после сильной простуды. Неслышащих в его селе до того не было, и представить, как сложится жизнь парня, никто не мог. А она сложилась: Асхаб поступил учиться, женился, стал отцом, создал благотворительный фонд и запустил свой бизнес, чтобы помогать таким же, как он. Но это все сейчас, а сначала был шок и несколько лет депрессии.

Беззвучный мир

Родители Асхаба пробовали разные способы лечения, но в девяностые все было непросто, тем более в селе. Лечение давало временный эффект, потом неизменно становилось хуже. После очередного улучшения Асхаб вернулся к занятиям в школе.

— Я помню, как сижу на уроке и вдруг резко так ощущаю всю свою глухоту во всем масштабе. Мне стало ужасно плохо… Подошел к учителю и сказал, что хочу уйти домой. Отпустил. Больше в обычную школу я не пошел.

Мама моя тогда постоянно плакала от того, что случилось со мной, и не знала, чем помочь. Я тоже глубоко переживал, лет до двадцати. Я не знал, как жить в этом беззвучном мире. Если бы я был сразу в окружении таких, как я, я бы не чувствовал такой оторванности от всех.

Через какое-то время я уехал в Махачкалу в школу-интернат для глухих. В этом, уже моем, мире сначала тоже было непросто. В детстве до потери слуха я видел глухого человека и не мог понять, почему он не умеет разговаривать. Я думал: «Как же это, он же не немой». А там, живя среди неслышащих, я стал и сам забывать, как вообще говорить надо. Оказалось, что, когда ты не разговариваешь, этот навык тебя покидает.

Мне стало трудно формулировать предложения. Я очень испугался и тогда стал больше читать и общаться не только с людьми из мира тишины, но и с обычными людьми. Я человек общительный, и у меня появилось новое хобби — переписка. По почте знакомился и общался с молодежью со всей республики. Многие, узнав о недуге, поддерживали меня, даже не верили, что я глухой: у них о глухих было совсем другое представление. С тех пор я понял, что оба мира важны. Но в обоих из них сложно быть.

«Меня не баловали»

В школе-интернате у Асхаба появился друг. Они вместе мечтали уехать из Дагестана куда-то, где больше возможностей для неслышащих. Большие планы на будущее помогали пережить настоящее. Но друг Асхаба погиб, ему было 17 лет. А Асхаб, завершив учебу, вернулся в село с разбитыми мечтами. Пришлось строить жизнь в этой реальности.

— Я сначала придумал так: на плеер записывал звук с телевизора, усиливал потом его в наушниках максимально и так хоть что-то слышал. Но быстро и это перестало помогать. Тогда отец купил мне первый аппарат, но он был очень слаб для моей потери слуха и не мог разделять звуки. Почти ничего не было понятно, с его помощью я мог только читать по губам. Семья у нас небогатая, но все работящие. Чтобы купить мне аппарат получше, отец два месяца работал и откладывал всю зарплату целиком. Поехал за ним в город, а деньги украли. Папа у меня замечательный, все для нас делал всегда. И тут не сдался, занял везде где мог и затем долго отдавал долг. И потом, когда я разбил аппарат, мне перед ним было очень неловко, но он, ничего не сказав, поехал в ремонт.

Со временем и этот аппарат перестал помогать, и я просто перестал его носить. Учиться дальше я тогда не мог. Решил, что буду работать, помогать родителям и своим младшим. Какую работу находил, такую и делал. Меня так не растили, чтобы я нахлебником был, меня поддерживали, но не баловали, я должен быть помощник. И я был. С 15 лет работал на грузовике, потом — в столярке, на стройке, в пластиковом цеху.

Очень трудный момент был, когда отец запретил мне даже думать о том, чтобы водить машину. Он даже представить не мог, что глухой это может делать. Вот тогда я вообще отчаялся. Это было для меня хуже, чем потеря слуха. Я очень люблю автомобили. Это был решающий удар какой-то. Родители ни в чем не давали мне почувствовать, что я какой-то не такой, требовали как со всех и относились так же, а тут вот так. Но откуда-то взялись силы и упрямство, я стал просто требовать свое и упрямо рваться к машине. В итоге отец махнул рукой. А я даже работал в такси — пошел туда, когда появились проблемы с позвоночником и физически работать стало трудно. Учился потом на бухгалтера, но понял, что это вообще не мое.

«Слух — это ерунда»

Асхаб женился и переехал в Махачкалу. Там он поступил Педагогический университет — учиться на дефектолога. Мир глухих — совершенно другой мир, объясняет он. Неслышащим людям тяжело получать образование, и это влияет на способ мыслить. Асхаб хочет это изменить.

— Я оглох не с рождения, и поэтому у меня что-то получается чуть лучше, чему-то я успел научиться. Нашим трудно самостоятельно оформлять всякие документы, пойти договориться, сформулировать просьбу или вопрос. Я сам взял на себя миссию помощника, потому что более самостоятельный, чем другие люди из моего мира, особенно из прежнего поколения. Помогал им, читал книги с объяснением — сложные мысли нужно им объяснять. Я подумал: раз у меня есть от них отличие, значит, я могу быть полезен.

Из-за недостатка образованности многие думают, что мы инвалиды, и убеждают нас самих в этом. И сами глухие начинают так думать про себя. И родители с нами слишком нянчатся. А на самом деле слух — это такая ерунда. Это я понял, когда представил жизнь людей без зрения, без рук, без ног. Вот это ужас. И я подумал: почему мы, глухие, не ценим то, что у нас есть? Мы только лишь не слышим, нам очень сильно повезло. Я поставил себе цель доказать всем, что глухие не хуже других. Не только миру слышащих это доказать, но и миру глухих тоже. Ты все можешь. Помогать людям тоже можешь, а не сам ждать помощи.

Я веду активный образ жизни, организация мероприятий часто на мне, и это привычное дело. Много помогал разным благотворительным фондам. Не могу остаться в стороне, если вижу, что кому-то нужна помощь. А когда еще и радость можешь принести, это очень затягивает. И вот, с наступлением пандемии мы с друзьями, почти все они слышащие, решили сами начать помогать людям, не ждать, когда нас позовут. Так мы создали свое волонтерское движение. Стали скидываться, почти все студенты, чаще всего небогатые люди. С деньгами было трудно. И чтобы заработать для фонда, я решил делать туры для неслышащих — как раз в Дагестан потянулись потоки путешественников. Так мы открыли наш Daef.

Особый опыт

Чтобы сделать что-то для неслышащих людей, их нужно хорошо понимать. В этом Асхаб убедился во время своего паломничества в Саудовскую Аравию.

— Они у них там разбегались все в разные стороны от любопытства и желания все увидеть. К нашим людям нужен особый подход. Надо мягко объяснить, что к чему. Незнающий человек нас может случайно обидеть. Вот, например, выходили мы из автобуса, и руководитель группы прихлопнул одного по плечу, ну, типа подбодрить, чтобы он поторапливался. А для человека нашего это как оскорбление. Или если рядом кто-то смеется, глухой может подумать, что смеются над ним. Наши люди очень чувствительны ко всему, что покажется неуважением. У наших очень простое мышление и настороженность. А как организаторы поездки могли объяснить, куда идти и что делать, если не знают жесты? А как им слушать? Как привлечь внимание неслышащих, если они на тебя не смотрят, это тоже надо знать.

Как-то раз мы вышли из мечети и пошли к автобусу, а один дедушка у нас потерялся. Руководитель группы в спешке не успел объяснить, что к чему, и когда мы вернулись, обнаружили, что нет самого пожилого паломника. Главный был в замешательстве: как найти его среди тысяч других? Я вызвался помочь. Вернулся к мечети и подумал: если бы я был им, куда бы пошел? Самый простой вариант оказался верным. Я шел-шел и увидел: сидит на лавочке, руками голову обхватил, крайняя степень горя и отчаянья в позе. Так радовался, что я его нашел! В автобусе вся группа его обнимала, общее счастье было. А как те, кто не понимает этот мир, может нам помогать? Люди ведь даже номер автобуса не запоминали, на местности ориентировались плохо, ни спросить не могли никого, ни ответ понять. Весь хадж я только о них всех думал. А потом, когда стал размышлять про туризм, вспомнил весь этот опыт, и понял: если мы сами не организуем для себя такое в Дагестане — никто не сможет.

Большие мелочи

Так появились туры по Дагестану и соседним регионам для неслышащих людей. К гиду обращаются и дагестанцы, и приезжие. Часть прибыли он направляет на содержание благотворительного фонда «Добрая рука». А первый тур Асхаб организовал почти случайно.

— Одноклассники мои хотели собраться на встречу в кафе. А я сказал, что это неинтересно, давайте лучше поедем в тур. Мы сделали это, и я с тех пор думал, что нам нужен человек, кто, зная все наши особенности, сможет быть гидом — позаботиться обо всех и все рассказать. Сам я много читаю и знаю про Дагестан. Так и решил: сам буду.

Для рекламы мы с друзьями совершили несколько поездок, которые снимали на видео и показывали в соцсетях. Так набрались первые желающие.

Наши люди любят слушать истории. Не скучную информацию, а местные легенды, а события чтобы были описаны просто и художественно. Это я и делаю для них. Большие группы — это трудно. Даже когда 10 человек, так пару раз у меня было, уже непросто. В поездке надо за всем следить. У любого человека в долгой дороге начинаются конфликты, надо их улаживать. Если две-три семьи несколько дней бывают рядом, надо селить их на разных этажах или даже в разные гостиницы. Они надоедают друг другу, в машине или в автобусе уже устают быть вместе. Мелочей, которые в нашем мире становятся большими, очень много. Я все должен учесть.

У нас уже было около 15 туров, но в этом году мы только начинаем. К следующему, думаем, уже хорошо раскрутимся.

— Асхаб, тебе трудно жить?

— Нет, жить не трудно. Трудно — когда вижу несправедливость и ничем не могу это исправить. А без других трудностей скучно было бы жить.

Лейла Наталья Бахадори

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка