{{$root.pageTitleShort}}

«Все зависит от пчел»

Как из хозяев обычной пасеки превратиться во владельцев «медового бренда»
1785

Семья Столбовских из Северной Осетии занимается пчеловодством 35 лет. За это время им удалось построить, сохранить и модернизировать семейный бизнес.

Сложные времена

Ника Столбовская

— Все началось со сложных времен, — рассказывает Ника Столбовская, — когда мой свекор Валерий Викторович в конце 80-х решил заниматься пчеловодством, чтобы в семье был всегда свежий мед, а излишки можно было продать и заработать немного денег.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Поспать с пчелами, поиграть с улитками и подоить коров: экотуризм на Ставрополье
Провести отпуск в посткарантинное лето необычно, а главное, действительно дешево — все-таки можно! Вот несколько вариантов

Начали с пяти пчелиных семей, постепенно увеличивая количество. Сначала меда хватало просто «на жизнь», потом стали появляться немногочисленные клиенты. Мед продавали прямо на дому. Затем дважды в год семья стала возить свою продукцию на выставки и ярмарки. Появились награды, а чтобы завоевывать медали на выставках, нужны были новые сорта. Стационарная пасека может произвести лишь несколько разновидностей меда за сезон. Поэтому понадобилась кочевая пасека: насекомых перевозят с места на место в зависимости от того, какое растение и где цветет.

— Все экспертизы, все лаборатории давали меду Столбовских высокую оценку. Когда я появилась в их семье, у них уже была своя добротная, приносящая доход медовая история, — вспоминает Ника. — Несколько лет назад мой свекор умер. Прямо на пасеке. Ему было всего 57 лет. Он всегда любил работать. Все делал своими руками, дом отстроил — там и сад, и огород, и живность…

Сын Валерия Столбовского Сергей, муж Ники, решил уйти с любимой работы, чтобы продолжить семейное дело.

— Получилось, что осиротели не только мы, но и пчелы. Кто-то должен был продолжить медовую историю Столбовских. Было сложно. Работать физически нужно было с утра до ночи, но мы быстро втянулись, ведь все было уже давно налажено.

Мед по-новому

{{current+1}} / {{count}}

К делу присоединилась и Ника.

— В самом начале я не особо во все вникала, училась в институте, родила ребенка. А потом так получилось, что решила немного покреативить. Собираются они на ярмарку — я это снимаю. Они фасуют — я тоже собираю картинки для интернета. Они настойки делают — тоже выставляю в инсту.

Так у Столбовских появилась своя страница в Instagram. Первое время через нее людей знакомили с продуктом. Затем запустили доставку и стали принимать заказы.

— Некоторые люди покупали всего лишь сто граммов. И мы возили людям сто граммов.

Постепенно семья освоила доставку почтой — теперь банки, обернутые пузырчатой пленкой, отправляют в разные точки страны. Вместо рекламы — Instagram и сарафанное радио.

Поняв, что спрос на продукцию есть, и клиентов может быть больше, семья подумала, что можно открывать «оффлайн-представительство». Дом, где находится «Медовая лавка», когда-то был домом семьи Столбовских. Потом семья переехала в большой дом по соседству, а маленький на долгое время остался пустовать, пока Ника с Сергеем не решили открыть магазин меда. Так постоянным покупателям, которые раньше приходили за медом прямо домой к производителям, не пришлось привыкать к новому адресу.

Чтобы привлекать покупателей, решили расширить ассортимент — в продаже появились подарочные наборы с медом, свечами и мылом и банки с орехами, залитыми медом.

— Сейчас мы решили торговать даже обычными весовыми конфетами. Прежде всего потому, что одно из помещений пустует, а во-вторых, так магазин становится завершенным. Медовая лавка — это мед, чай. Почему бы не добавить конфеты? — рассуждает Ника. — Заработки, конечно, идут в основном не с сопутствующего товара. Нас все же давно знают как пчеловодов, торгующих отличным медом.

Несмотря на расширение бизнеса, наемных работников пока не появилось. В лавке торгуют или Ника, или ее свекровь Лариса, а Сергей занимается пасекой.

Без мертвого сезона

{{current+1}} / {{count}}

Сейчас пасека состоит из 70 семей. У каждой пчелиной семьи свой дом. В сезон сбора пасека выезжает в медоносные места.

Как узнать правильный мед


Ника Столбовская: «Мед обладает лечебными свойствами, но только если он натуральный. Фальсификата на рынке много. Однако можно определить, натуральный продукт или нет. Любой натуральный мед должен кристаллизоваться. Правда, стоит учесть, что у некоторых сортов это происходит медленнее — это мед с белой акации, каштана, молочая».

— То есть это своеобразный дом на колесах, где есть даже спальное место, а с собой берутся непортящиеся продукты на длительный срок. В начале весны кампанией наши пчеловоды едут в Ставропольский край. Это именно так и называется — кампания, когда собирается несколько пчеловодов, — объясняет Ника. — Они едут без пасеки, просто посмотреть, насколько произросла акация. Когда она достигает определенного размера, тогда и пчелам можно выезжать на медосбор. В несезон пасека стоит и зимует в Осетии, в Фиагдоне.

Еще несколько «стационарных» ульев у семьи есть за пределами Осетии — эти пчелы опыляют цветы каштана. В сезон выходит 10−12 бочков.

— Мы качаем мед бочками, в одном — 33 килограмма. В прошлом году накачали, примерно 1,5 тонны меда белой акации, — объясняет Ника. — Также качаем липовый мед и мед с горного разнотравья. Это классические виды меда, которые нравятся практически всем.

Угадать заранее, какой будет сезон, нельзя: все зависит от погоды. Но работа есть всегда.

— Пчелы трудятся до конца сентября. На последней качке мы не забираем у пчел весь мед, чтобы им было с чем перезимовать. А сами в это время продаем то, что накачали. Конечно, к началу другого сезона меда остается мало, а некоторые сорта распродаются полностью. И все же кто-то любит свежий мед, а кто-то — зрелый, так что мертвого сезона в нашей работе нет.

Карантин и пчелы

Цена на мед с открытием новых каналов сбыта не поменялась — это 500−550 рублей за килограмм.

— Она зависит от сорта: мед каштана нам обходится дорого, так как пасеки в другом регионе, плюс качают его совсем немного. А вот подсолнух — более доступный, и добыть его легче всего: растет в полях. Торгуем мы только своим медом, — объясняет Ника.

Значительная часть распространяется через доставку. Поэтому когда из-за пандемии лавку пришлось на время закрыть, на доходах это не сказалось.

— Наша доставка всегда пользовалась спросом. Она у нас бесплатная, и в период карантина люди стали больше пользоваться доставкой. Так что в целом продажи остались на прежнем уровне.

К тому же помещение под магазин у семьи свое — арендной платы нет. Из-за всемирного локдауна добавилось лишь одно неудобство: выросла цена на орехи. Их производители закупают у разных поставщиков, потому что качество не всегда ровное. Банки — их берут у завода-производителя в Краснодарском крае — успели закупить до пандемии.

— Так что опасение у нас одно — нестабильность погодных условий, ведь наша работа напрямую зависит от этого. Пчеловодство — дело непростое, на объем медосбора влияет очень много факторов: слишком дождливая или засушливая погода, здоровье насекомых.

Поэтому успех их бизнеса, даже модернизированного, считают в «Лавке», по-прежнему будет зависеть не от рекламы и способов продажи, а от погоды и пчел.

Яна Войтова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка