{{$root.pageTitleShort}}

Лучший бомбардир горы Килиманджаро

Штурмует самые высокие горы планеты и переплывает с одного континента на другой. История «чистокровного дагестанца» Аслана Гаджиагаева, который однажды решил стать «Железным человеком». И стал им

Жил себе Аслан Гаджиагаев в столице, не тужил: консультировал людей по вопросам коммерческой безопасности, регулярно ездил в родной Дагестан, общался с друзьями, воспитывал сыновей и ни о каких спортивных подвигах даже не мечтал. Но пять лет назад случайно подписался на авантюру с восхождением. И после этого его было уже не остановить. Аслан стал участником международного проекта «Семь вершин», попутно увлекся плаванием — да так, что в 2021-м переплыл Босфор, а в октябре этого года принял участие в сложнейшем состязании по триатлону в Барселоне, где получил звание «Железного человека».

«Ну ты чего, не дагестанец что ли»?

— Мои приключения начались с того, что я недопонял своего друга. Мы компанией отдыхали на горнолыжном курорте. И один из друзей говорит: «Давайте в горы сходим». Я и согласился. В Дагестане «сходим в горы» — это пошел, погулял, вечером уже дома сидишь, чай пьешь. А он мне через какое-то время скидывает информацию о восхождениях. Я подумал: «Ничего себе. Это ж не сходить в горы. Это целый альпинизм». Я ему и говорю: «Нет, друг, мне это не надо, это опасно, я привык в комфорте жить». Мне уже 45 лет, а я ни разу даже в палатке не ночевал, какие там восхождения? А он мне отвечает: «Ну ты чего, не дагестанец что ли? От слов своих отказываешься?»

Восхождение на Эльбрус

— И вы поняли: задний давать — не вариант.

— Конечно! Включил дагестанский режим. «Я настоящий чистокровный дагестанец, — ответил я. — Готовь рюкзаки, идем в горы» (смеется).

— Как готовились к первому восхождению?

— Я начал бегать, чтобы сбросить лишний вес. Бег меня, кстати, так увлек, что со временем я стал заниматься под руководством профессионального инструктора и теперь регулярно принимаю участие в полумарафонах и марафонах.

— Пришлось и психологически настраивать себя на покорение вершин?

— Да. Я прочитал множество статей и пересмотрел кучу фильмов, посвященных альпинизму.

— И среди прочих картин — «Эверест» 2015 года. Только честно: вас этот фильм вдохновил или встревожил, учитывая, что альпинисты там регулярно куда-то падают?

— Много раз себе говорил: зря я этот «Эверест» посмотрел (смеется). Когда я покорял первую вершину, у меня этот фильм постоянно был в голове. Я понимал, что Килиманджаро — это ни разу не Эверест, что здесь безопаснее, но психологически слишком проникся этой картиной, и это было моей ошибкой. Но когда штурмовал вторую вершину, я чувствовал себя гораздо спокойнее.

Опасное занятие

— Килиманджаро — не слишком ли круто для первого в жизни восхождения?

— Для первого раза это действительно слишком круто. Начинать лучше с трех, ну, четырех тысяч метров. А тут почти шесть. Мы с друзьями долго думали, на какую вершину подняться: гор-то в мире много. Потом узнали о проекте «Семь вершин». В чем суть? На Земле семь континентов, и на каждом есть своя самая высокая гора. Нужно покорить каждую из них. Я подумал: чем просто так лезть, лучше уж принять участие в этом проекте. А из семи вершин самой простой считается Килиманджаро. На данный момент я покорил четыре вершины из семи. Помимо Килиманджаро поднялся на горы Костюшко (Австралия), Эльбрус (Европа) и Аконкагуа (Южная Америка). Остались Денали (Северная Америка), Винсон (Антарктида), ну и, конечно, Эверест.

— Пока вы занимаетесь так называемым коммерческим альпинизмом — нанимаете сопровождающих, и они помогают нести вещи, готовят еду и вообще всячески облегчают жизнь. Какова вероятность, что однажды попробуете себя в спортивном альпинизме, где полагаться приходится только на себя и на партнеров по восхождению?

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
«Лучше коньки отброшу, чем поверну назад»
Райдер Гаджимурад Ахмедов — рекордсмен России: он поднялся на Эльбрус на мотоцикле. А уже летом экстремал прыгнет с байком в Сулакский каньон. Не переживайте, парашют он с собой тоже захватит

— Как раз на гору Денали люди ходят без сопровождения. Гора очень сложная, некоторые приравнивают ее к Эвересту, хоть она и ниже почти на 3000 метров. Но там очень холодно и ветрено — это ведь Аляска. С вершиной Винсон та же история. Никаких помощников. Только ты и твои партнеры по команде.

— Родные знают, что на эти две отнюдь не простые вершины вам придется подниматься «сам на сам»?

— Родные таких подобности не знают. Я стараюсь не говорить им, когда ухожу в горы. В Дагестане как? Одному родственнику что-то сообщишь, через час уже весь тухум знает. Не хочу, чтобы они тревожились. Альпинизм опасное занятие. Иногда это дорога в один конец. Поэтому, когда ухожу в горы, об этом знают только супруга и дети.

— Как пришла идея брать с собой на все восхождения атрибутику «Анжи»?

— Народ по-разному ходит — кто-то безделушки с собой тащит, кто-то фотографии родных, чтобы потом оставить их на вершине. Я не сторонник персональных вещей, но взять-то что-то надо. А я болельщик «Анжи» со стажем, вот и решил: давай-ка буду брать с собой атрибутику любимого клуба.

— Знаю, вы и сами любите поиграть в футбол. Самая большая высота, на которой вы гоняли мяч?

— 5 895 метров. Гора Килиманджаро. Когда мы добрались до вершины, мы там из палок ворота сделали и сыграли в футбол 2 на 2. Я со своим другом против местных гидов. Получился любительский матч: сборная болельщиков «Анжи» — сборная Танзании. Мы победили 1:0. Победный гол, кстати, забил я.

— Не исключено, что вы теперь лучший бомбардир Килиманджаро.

— Скорее всего. Думаю, там никто не играл до нас в футбол.

Аслан Гаджиагаев (справа) на вершине Килиманджаро

Золотая середина

— В какой-то момент вы еще и плаваньем увлеклись. Неужели альпинизма и забегов на длиннущие дистанции вам не хватало?

— Года четыре назад я серьезно повредил пятку. Какой бег, какие горы — ходил с трудом. Врачи сказали, что я месяцев девять промучаюсь. У меня паника — я уже привык к нагрузкам, мне нужно движение. И тут я подумал: «Так, Аслан, ты ж как раз плавать не умеешь, вот тебе и выход из ситуации». И отправился в бассейн. Инструктор говорит: «Ну залезай в воду, посмотрим, что умеешь». Конечно, ничего я не умел. Двадцать метров проплыл, выдохся. Но я ж упертый. И через три месяца мог уже по два, три часа плавать без остановки. Вот я и подумал: а чего я просто так плаваю? Надо поучаствовать где-нибудь. Выбор пал на межконтинентальный заплыв через пролив Босфор. Дистанция 6,5 километра. 2 500 участников. Крупное событие, с размахом. Самое то! Укладываешься в два часа — тебе присваивают звание межконтинентального пловца. Я проплыл за 1 час, 11 минут, 1 секунду. Были там и призовые места, но я на них не претендовал. Я четко понимаю свои возможности. На подобных соревнованиях всегда думаю о лимите времени. Укладываюсь — красавчик. Нет — зря приехал. Гнаться за призовыми местами, когда среди твоих соперников есть олимпийские чемпионы, призеры чемпионатов мира и Европы, бессмысленно. Каким по счету я приплыл? Ну, наверно, тысячным. Я считаю: хороший результат. Золотая середина!

«У меня в голове не укладывалось, что можно проделать такое»

— Как пришла идея стать «Железным человеком»?

— Во время подготовки к межконтинентальному заплыву я случайно заглянул в Триатлон-центр. И понял, что хочу попробовать свои силы и в триатлоне. Я так устроен: мне нужны интересные цели. Такие, как соревнования «Железный человек». Нужно проплыть 4 км, преодолеть на велосипеде 180 км и пробежать 42 км. На все про все дается 16 часов. У меня в голове не укладывалось, что можно проделать такое за один день. Но 1 января 2022 года, в десять утра, когда вся Москва еще спала, я вышел на свою первую тренировку. У меня были тренера по плаванию, по легкой атлетике, по велогонке, были массажисты и врачи, которые следили за моим здоровьем. В общем, я подошел к подготовке основательно. И в итоге преодолел всю дистанцию за 12 часов 53 минуты.

— Во время этих соревнований удавалось хоть чуть-чуть отдохнуть, сделать передышку?

— Когда заканчиваешь плавание, бежишь в транзитную зону, чтобы сменить гардероб. То же самое после велоэтапа. В этих зонах чуть-чуть отдыхаешь. Но все равно стараешься покинуть их как можно быстрее — время-то идет. Еще на трассе через каждые несколько километров есть станции еды. Там спортсменов ждет вода, специальные жидкие гели, бананы, апельсины, соленый арахис, который необходим, потому что во время таких экстремальных нагрузок быстро вымывается соль из организма, а это может привести к судорогам. Во время марафона я об этих станциях еды мечтал, потому что хотя бы там позволял себе перейти на быстрый шаг, чтобы перекусить. А без перекуса — просто заглохнешь. Я пропустил одну станцию, так до следующей еле добежал. И когда я пересек финишную черту, это было таким облегчением! Сама гонка, эти 12 с лишним часов — ее можно перетерпеть. А вот 9 месяцев подготовки — это был ад. Многие знакомые пальцем у виска крутили. На подготовку к «Железному человеку» нужно как минимум 2 года. Я столько времени тратить не хотел, поэтому иногда тренировался по 5 часов в день. В месяц Рамадан приходилось тренироваться ночью. Так что эти 12 часов были для меня просто праздником, по сравнению с тренировочным процессом.

{{current+1}} / {{count}}

— Какая цель стоит перед вами теперь?

— Закрыть проект «Семь вершин». Как только получу визу в США, поеду на Аляску.

«То, что делаю я, может каждый»

— Аляска — это хорошо. А в родном Дагестане часто бываете?

— Последний раз был в августе, незадолго до «Железного человека». Стараюсь приезжать как можно чаще. Когда родители были живы, вообще постоянно в Дагестан ездил, помогал им по хозяйству: колол дрова, косил траву. А иногда приезжал просто, чтобы побыть с ними рядом.

— У вас двое детей, их в горы не тянет?

— Горы их пока не интересуют. Пока учились в школе, всерьез занимались дзюдо, но после поступления в вуз времени на профессиональный спорт у них не осталось. Иногда вместе со мной участвуют в забегах на длинные дистанции. Но когда я готовлюсь к очередным соревнованиям, они постоянно спрашивают, как и что я делаю, как себя чувствую, в какой я форме. Когда дети этим интересуются, это очень приятно.

— А как вы относитесь к вниманию публики? Вы человек не медийный, даже в социальных сетях не сидите, но к вам начали проявлять интерес сразу после того, как вы совершили восхождение на Килиманджаро.

— Это так странно. Я еще с горы не спустился, а про меня уже что-то писали. Мы во время восхождения фотографировались, потом друзья размещали фотки на своих страничках в инстаграме, кто-то репостил, все это покатилось как снежный ком, и про меня даже СМИ начали писать. Сперва меня это слегка разозлило — я ж не давал согласия. Но потом мне стало приятно, что к моему труду проявляют интерес. В конце концов, я ж ничего плохого не делаю. Может, даже кому-то пользу приношу. Доказываю на своем примере, что и после сорока можно поддерживать себя в хорошей форме. То, что делаю я, может каждый. Ведь я не какой-нибудь природный феномен. Обычный парень из Табасаранского района. Просто однажды я понял: трудолюбие и упорство позволяют добиться любых целей.

Руслан Бакидов

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ