{{$root.pageTitleShort}}

«Не обеднею, если хороший человек за мой счет выпьет чашечку кофе»

Здесь заключают сделки, пьют кофе в долг и смотрят не футбол, а чемпионат по каратэ. Так живет первая и единственная кофейня в южном поселке Белиджи, чей владелец — каратист и страстный кофеман

Кофейная зависимость

В поселке Белиджи неподалеку от древнего Дербента живет чуть больше 10 тысяч человек. Сложно поверить, но еще два года назад здесь не было ни одного заведения, где можно было бы выпить чашку кофе — для этого люди отправлялись в город. Теперь под большими буквами «Кофейня» висит табличка The first coffee shop in the village of Belidzhi — «Первая кофейня в поселке Белиджи». Владеет заведением Тажир Давудов, президент Федерации киокушин Дагестана, многократный победитель чемпионатов и тренер.


С кофе он познакомился случайно. Зашел в махачкалинскую кофейню перекусить и обратил внимание на аппарат на барной стойке.

— Девушка объяснила, что это кофемашина. Я решил заказать чашечку кофе и попробовать, а выпив, заказал еще.

Тогда Тажир понял, что хочет узнать о напитке больше. Это сейчас Махачкалу называют кофейной столицей. Здесь проводят фестивали кофе и чемпионаты среди бариста, а еще десять лет назад этот напиток был здесь почти экзотикой, поэтому Тажир решил пойти путем самоучки.

— В Дербенте два раза в неделю я заходил в одну и ту же кофейню, познакомился с бариста. Стал пробовать разные виды кофе. Много читал в интернете, смотрел видео. В каждой поездке на соревнования с детьми старался зайти в какую-нибудь кофейню, посмотреть на оборудование, что-то спросить. Многих удивляло мое чрезмерное любопытство. А у меня самого практически появилась зависимость. Мама даже жаловалась отцу, что вода, чай и соки — все это было заменено на кофе.

Первую кофемашину, видя такую увлеченность, Тажиру привезли из Москвы родители, а затем был набор для фильтр-кофе. До сих пор почти каждый день с его помощью Тажир заваривает себе любимый напиток, встречая рассвет на берегу моря.

— Когда я его только купил, то стал выезжать в горы, искать красивые локации, снимать процесс приготовления кофе на их фоне. Мне нравился сам ритуал — от приготовления до последнего глотка.

Большие перемены

О своем увлечении Тажир много рассказывал в соцсетях, и так о нем стали знать не только как о спортсмене, но и как о человеке, влюбленном в кофе. А еще у него было пустое помещение площадью в 25 квадратов и большое желание что-то изменить в жизни.

— Это был 2020 год. Помню, я зашел, сел на бетонный пол, взглянул на голые стены и подумал, что это могло бы стать идеальным место для кофейни, — вспоминает бизнесмен. — Позвонил отцу, он благословил. Денег у меня тогда было немного, но их хватило, чтобы начать ремонт.

Тажир вложил в кофейню накопленные 500 тысяч рублей, еще столько же взял из доходов от своего второго бизнеса — небольшого супермаркета. Но и этой суммы не хватило, поэтому дополнительный миллион пришлось занимать у друзей. Кофейня начала окупаться примерно через три месяца, а долг предприниматель смог отдать через год.

— Сейчас это бизнес, приносящий доход, — рассказывает он. — Проходимость летом большая, около 100−150 человек в день, а зимой — до 100 посетителей. Для поселка это хорошие показатели. Средний чек на человека — от 300 до 500 рублей. Открывая кофейню, я делал ставку на молодежь в возрасте 25−35 лет и не прогадал. Именно они стали завсегдатаями.

«Ко мне приходили как в музей»

Справа, над барной стойкой, современные светильники, слева на ворсе зеленого бархатного дивана чей-то ребенок пальцем выводит сердечко, параллельно угощая десертом сидящего рядом Хагги Вагги. На стеллаже по центру — советские книги, полароид, дисковый телефон и стопка кассет, прислоненных к музыкальному центру.

{{current+1}} / {{count}}

— Первыми посетителями были мои родные и друзья, — рассказывает предприниматель. — Люди радовались открытию нашей кофейни: в Белиджи вообще ничего подобного раньше не было. Приходили ко мне почти как на экскурсию в музей, все рассматривали.

А как-то зашел незнакомец и предложил подарить для интерьера хранившийся у него дома полароид. Он стал первым элементом декора из прошлого.

— После я принес дисковый телефон, проигрыватель пластинок и музыкальный центр. Все в рабочем состоянии. Молодые посетители иногда даже не знают, что это и как работает. Но это и привлекает. Помогает завязать диалог: «Что это? А можно включить?»

Кофе в долг

Вечером в белиджинской кофейне можно встретить местных «олигархов». Это владельцы небольших бизнесов, которые за чашкой кофе заключают сделки, обсуждают будущее и пробуют заработать свой первый миллион на криптовалюте. Кто-то подписывает договор купли-продажи машины, кто-то налаживает поставку продуктов между магазинами. А еще вместе с хозяином заведения здесь можно посмотреть не менее зрелищный, чем футбольный матч, турнир по киокушин. Несмотря на свою привязанность к кофе, Тажир никогда не изменяет первой любви — каратэ.

— У меня в кофейне есть то, что, пожалуй, не встретишь в больших городах. Это доверие, — рассказывает он. — Ко мне заходят гости, которые могут посидеть в «долг». Например, один мой посетитель, очень уважаемый в поселке врач, в течение дня может заглянуть 6−8 раз, и ему не очень удобно всякий раз оплачивать заказы. Все, что он заказал за день, записывается в «долговую» книгу, а вечером он просто оплачивает общий счет. Бывает, заходят молодые люди выпить кофе и перекусить, а денег вдруг не хватило или вовсе кошелек забыли дома. Им тоже даем возможность расплатиться позже. Мы здесь все друг к другу относимся с уважением, и я знаю, что никто не посмеет обмануть.

Тажир Давудов

А часто Тажир и вовсе не берет с гостей денег. Объясняет просто: «Мне так хочется».

— Друзья говорят: «Тажир, так нельзя вести бизнес». Но я отвечаю, что не обеднею, если хороший человек за мой счет выпьет чашечку кофе. Помню, как-то я увидел у нас семейную пару из Москвы и сказал своему бариста, что все заказанное этими людьми — за мой счет. Гости были поражены таким неожиданным презентом «от шефа», говорили, что такого теплого отношения не встретишь в больших городах. Но Белиджи — это поселок, и здесь все иначе.

О вкусах спорят

За барной стойкой предприниматель работает попеременно с нанятым сотрудником. Бариста Тажир обучал сам, параллельно летая в Москву на тренинги, выставки и дегустации. Бухгалтерия полностью на бизнесмене, хозяйственные работы — убрать помещение, что-то починить — осуществляет технический персонал из супермаркета. Закупка кофе — за Тажиром. К ней он относится особенно внимательно.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Шоколадная история
Шоколатье из Северной Осетии — о том, как маленький кусочек десерта может стать началом семейного бизнеса и почему вкус сделанных вручную плиток никогда не повторить на фабрике

— Кофейное зерно в Махачкалу поступает на паромах огромными партиями, а оттуда уже к обжарщикам, — объясняет предприниматель. — Поэтому мне не нужно ехать в Москву или еще куда-то за тридевять земель за сырьем для кофейни. Но обжарщиков очень много, и выбор зерна усложняется, ведь от обжарки зависит и вкус конечного продукта. Поэтому прежде чем новый кофе попадет на стол к гостям, я пробую его сам, а после обязательно интересуюсь мнением посетителей. Зерно я стараюсь менять каждый месяц: людям приедается вкус. Им хочется чего-то новенького, и когда они чувствуют, что вкус изменился, обсуждают это, интересуются у меня за счет чего это произошло. Это позволяет мне знакомиться с посетителями и лучше узнавать их предпочтения.

В заведении можно попробовать как классические эспрессо, американо, капучино, лунго, латте, раф, так и ставший популярным последние пару лет колд брю.

— Белиджинцы предпочитают капучино, за ним идут американо, раф и эспрессо, — перечисляет Тажир. — У меня есть не только кофе, но и разные напитки, которые меняются в зависимости от времени года. Летом это лимонады, фреши, весной что-то с цветочными ароматами, зимой — погорячее. Я люблю удивлять односельчан. Например, на днях был напиток на основе ананаса.

Вкусы белиджинцев оказались вполне традиционными, но было и то, что удивило бизнесмена.

— Многие мои гости никогда не пробовали фильтр-кофе. Но, попробовав его в моей кофейне, они так же, как и я, начинают любить его. Помню, когда я принимал на работу бариста, то дал ему попробовать фильтр-кофе, после чего он сказал, что никогда больше не будет пить эту гадость. Спустя две недели работы он уже не мог без него жить.

Девушкам здесь место

За барной стойкой клиентов обслуживает молодой человек по имени Мурад, но и девушке здесь были бы рады. Вот только с этим проблема: девушки стесняются долго находиться в мужском коллективе. Даже просто зайти и выпить чашечку кофе им иногда неловко. Поэтому когда хозяин видит замявшихся у входа девушек, он выходит и лично приглашает войти, а после угощает чашкой кофе.

— Для меня главное, чтобы человек был профессионалом своего дела, а парень это или девушка — не имеет значения. Здесь, в поселке, трудно найти того, кто бы по-настоящему хотел вкладывать душу в работу. Нет той бешеной конкуренции, что в городе, — объясняет он.

В соседнем Дербенте конкуренцию заведению Тажира легко составили бы традиционные чайные. В этом южном городе чай — настоящий культ.

— Там в основном проживают азербайджанцы, которые пьют чай, как воду. Заглянув вечером в любой частный дом, можно увидеть, как люди собираются вокруг стола, ставят чайники, беседуют. Хотя наш поселок и находится в 20 минутах езды от Дербента, в Белиджи все совсем иначе: разные люди и культура. Да, у нас есть чайные, но немного, да и люди не так увлечены чаем. Поэтому эти заведения не составили конкуренцию моей кофейне. Если кто-то откроет в Белиджи еще одну кофейню, то я с удовольствием приму вызов. Но пока таких смельчаков нет.

Сейчас Тажир мечтает о сетевом бизнесе. Он уже присмотрел небольшое помещение в поселковом торговом центре — в самый раз для мини-кофейни формата «кофе на вынос».

Юлия Клиндухова

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ