{{$root.pageTitleShort}}

Кроссфит по-грозненски: как чеченские девушки разрушают стереотипы

Они поднимают штанги так же легко и непринужденно, как работают, занимаются домом, воспитывают детей. Новые чеченки — удивительное сочетание традиционного воспитания и стремления к независимости
9836

В чем точно никто не упрекнет этих девушек, так это в том, что они ходят в спортивный клуб «Грозный Кроссфит» в надежде на удачное знакомство с последующим замужеством. Просто потому, что мужчинам вход в их зал строго запрещен. Он только для женщин. Кроссфитом здесь занимаются несколько групп, всего около 30 человек. Вне этого зала они обычные дочери, мамы, сестры. Кто учится, кто работает. Все ведут домашнее хозяйство: убирают, стирают, готовят. Милые, женственные, добрые… Но в кроссфит-зале они способны металл сделать мягким. Кто же они — эти покорительницы внушительных штанг?

Малика. Вечерний герой

Малика Ахмадова

Малика с детской непосредственностью бросается к толстому рыжему коту, который зашел в кроссфит-зал. Возможно, кот оскорбился бы определением «толстый». Скорее, он был «на массе». После небольшой фотосессии девушка с котом расходятся, каждый по своим делам.

— До тренировки фотографироваться можно, — улыбается Малика. — А вот если возьмешь телефон во время занятий, это наказуемо: 10 бёрпи — у нас это отжимание с хлопком в воздухе.

На первый взгляд Малика Ахмадова кажется обычной, не очень-то и сильной девушкой. Кто бы мог подумать, что она поднимает штангу весом 112 килограммов? Правда, говорит она, никто в ее семье этим не гордится. Только брат, и то чуть-чуть.

—  Я весь день работаю в министерстве главным специалистом, а вечером я герой, — смеется Малика. — С работы, кстати, намного легче идти на тренировку, чем из дома. Дома лениво, соблазнов много. У нас в Чечне практически нет увлечений для девушек, поэтому для меня кроссфит — отдушина, несмотря на то что мои родные до сих пор против. Когда папа был жив, он меня поддерживал, и сейчас никто не смеет пойти против его слова. Они против, но снисходительно позволяют мне этим заниматься.

{{current+1}} / {{count}}

Сначала Малика занималась для себя, а потом и сама стала тренером.

— Когда четыре года назад я пришла сюда, была тупым качком, занималась в фитнес-зале, — вспоминает девушка. — Мой тренер Тоба сделала все технично. Взяла меня под руку и сказала: «Пройдем в тот зал». Мне не сразу понравилось. На первых занятиях у меня комок подступал к горлу, думала, что сейчас зареву, до того было тяжело с неподъемными штангами. Постепенно вписалась. Тоба, видимо, на мне проводила тест-драйв кроссфита, я была как подопытный кролик. У нас не было женской группы, и она решила посмотреть, зайдет это в массы или нет. Зашло. А потом она меня готовила как тренера, хотя я об этом даже не догадывалась. Как-то позвонила мне и поставила перед фактом: «Малик, завтра ты ведешь тренировку».

На соревнованиях, которые проводятся в грозненском женском зале кроссфита в узком кругу, Малика показывает внушительные результаты, но за пределы республики выезжать не может. Не позволяет менталитет.

— По правилам первый этап международных соревнований проходит на местах. Мы принимаем в них участие: выполняем упражнение в своем зале, потом заносим результаты в общую базу, и когда ты видишь, что у тебя по России они неплохие, то хочется участвовать и дальше — в региональных этапах и так далее. А выступать на открытых площадках за пределами Чечни перед посторонними людьми, тем более мужчинами, — это для нас невозможно, мы об этом даже думать боимся.

Табарик. Просто Тоба

Табарик Зулаева (слева)

Главный тренер, наставник и вдохновитель девочек, основатель кроссфита в Чеченской Республике Табарик Зулаева — доцент кафедры физической культуры Грозненского нефтяного технического университета, обладательница черного пояса 2-го дана, прекрасная мать, а еще просто Тоба — так ее называют девочки. Называют с нескрываемой нежностью и любовью.

Табарик начала свою спортивную деятельность в 1991 году тренером по тхэквондо WTF. С 1996 года работает преподавателем физкультуры в Нефтяном университете.

— Меня забрали преподавать в этот вуз со второго курса спортфака, где я училась. В то время во всех учебных заведениях республики занятия по физической культуре стали проводиться с женскими и мужскими группами отдельно, и преподаватели-женщины были в дефиците. Помню, я очень переживала, я ведь была еще совсем юной. А заведующий кафедрой мне тогда сказал: «Надо! Ты справишься».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Кроссфит: смотрите и учитесь
Питаться как в палеолите и быть готовым ко всему. О чем следует знать, если вы твердо решили заняться кроссфитом, и вдохновляющий пример от опытных атлетов

И она справилась — физкультура стала делом всей ее жизни. В 2006 году Табарик получила квалификацию тренера по фитнесу в Российской академии физической культуры и спорта, в 2012 году прошла обучение в FPA на персонального тренера, с 2015 года она сертифицированный тренер по кроссфиту с правом тренерской работы по всему миру. Заканчивает кандидатскую диссертацию на тему «Влияние кроссфит-тренировок на физические качества женщин».

— Я скажу, что в этой области ты учишься всегда. И чем больше учишься, тем больше понимаешь, что ничего не знаешь.

Вот уже 7 лет у Табарик свой бизнес — женский фитнес-зал, который разделен на тренажерный зал и зону кроссфита.

— Сначала мы открыли женский тренажерный зал и зал групповых программ, потом стали понимать, что этого недостаточно: нет зоны функциональных тренировок, нет работы с большими весами и других тренажеров. И чтобы полноценно проводить тренировки с женщинами, мы решили оставшуюся часть помещения оборудовать под кроссфит.

Кроссфит отличается от обычного фитнеса тем, что здесь подобраны упражнения со штангами, гантелями, гирями.

Табарик поясняет, что занятия кроссфитом в обычной жизни необходимы, в общем-то, всем, даже пожилым людям — они учат все ежедневные движения, связанные с нагрузками, делать так, чтобы не навредить организму. Например, правильно поднимать тяжелую ношу.

— Правда, в Чечне клиентская база в основном просто хочет иметь хорошую форму, поэтому мы готовим тренировочную программу, адаптированную для девушек. И в кроссфит введены дополнительные упражнения, которые позволяют улучшить именно женскую фигуру. Наши девочки за спортивными результатами, в общем-то, не гонятся, если хотя бы одна из двадцати захочет получить спортивный результат — это уже очень хорошо.

{{current+1}} / {{count}}

Ограничений по возрасту в кроссфите нет, средний — от 25 до 45 лет. Табарик говорит, что главное ограничение — это желание или нежелание. И поясняет: «Бывает, что физически девушке 18 лет, а психологически она уже 70-летняя старушка. Тут главное — состояние духа, желание тренироваться, драйв».

Табарик уверена, что в Чечне фитнес — это хорошая ниша, которая будет еще развиваться, и если в крупных городах идет борьба за клиента, то здесь такой вопрос пока не стоит.

— В Грозном около 20 женских фитнес-залов, и если открыть еще столько же, то, я думаю, все найдут своего клиента. У нас нехватка залов, а еще более — нехватка кадров. Особенно в женском кроссфите, ведь здесь обязательно нужен инструктор. Приходится готовить своих.

Зарета. Через тернии к бёрпи

Зарета Таймысханова

— Пообщайтесь с нашим капитаном полиции, — улыбаются спортсменки и показывают на очень приятную девушку, которая еле стоит на ногах после упражнений, но подходит к нам живо и с улыбкой на лице.

Зарета Таймысханова — капитан полиции, инспектор по делам несовершеннолетних ОМВД по Грозненскому району и очень жизнерадостный человек.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
«Если ты женщина Кавказа, ты можешь все, но за это придется платить»
«Зарема, отключите Кавказ!» — кричал ей режиссер «Театра.doc» Михаил Угаров. Но память крови не отключишь, возможно, именно она помогает жить, бороться и открывать новое

Звание Зареты настроило на серьезный вопрос: что самое сложное в жизни капитана полиции?

— Бёрпи, — запыхавшись, отвечает она и, засмеявшись, предлагает: — Показать?

Она действительно очень привлекательная, и, конечно, подумалось: «Если замужем, как ее отпускают в спортзал?» Но Зарета все понимает без вопросов и смеется: «Если что, я не замужем».

— Обязательно отметьте это в статье! — подхватывают ее подруги.

Вообще, в этом зале много смеха и много оптимизма. Хотя дальнейшие слова Зареты настораживают:

— У нас очень хорошая команда. Каждый раз, когда я отключаюсь, они меня поддерживают.

— Отключаешься?

— Да, бывает, иногда от каких-то очень сложных комплексов в конце я отключаюсь. Наша Лелик подбегает ко мне с нашатыркой, минут десять я лежу, прихожу в себя, встаю и продолжаю.

— А это нормально?

— Очень даже, — и опять на лице улыбка.

{{current+1}} / {{count}}

А нам не до улыбок. Первая реакция: так не должно быть! Но Зарета снижать нагрузки не собирается.

— Правда, мама не одобряет меня. Когда она смотрит мои видеоролики, где я тягаю большой вес, она переживает за мое здоровье. Я серьезно болею, поэтому мама категорически против, чтобы я занималась кроссфитом. А отец, наоборот, поддерживает.

— А что врачи? Не ставят никаких запретов или ограничений?

— Наоборот. Два года назад мой лечащий врач, обследовав меня, был удивлен улучшением моего состояния. Когда я рассказала ему про физические нагрузки, он одобрил. Помимо кроссфита я каждое утро выхожу на пробежку — от мечети до Исламского центра и обратно, километров десять. Выбегаю после утреннего намаза, пока город спит.

Слушая Зарету, понимаешь, что это — не исповедь больного человека. Как здорово, что в ее словах сплошной оптимизм и нет места грусти и отчаянию.

Зарета уже десять лет носит хиджаб и говорит, что это совсем не мешает спорту.

— Наоборот. Пророк Мухаммад (мир Ему) одобрял физическую подготовку и физические нагрузки. А все, что дозволено в нашей религии, никогда не будет идти во вред здоровью. За все время, что я занимаюсь, я не замечаю ухудшения со здоровьем, только наоборот. Вижу в этом только плюсы, и это никак не мешает моей религии.

Лёля. «В Москве не мои люди»

Лёля Павлова

Лейла Павлова или, привычнее для всех, Лёля — москвичка. Она приехала в Грозный по работе и вот уже 7 лет не хочет уезжать обратно.

— Мама настоятельно зовет в Москву, я понимаю, что придется вернуться, но мне безумно тяжело об этом думать. Здесь — все свое, родное.

Мама Лёли — спортсменка, и девушка всегда хотела равняться на нее. Но из-за вывиха плечевого сустава спортом заниматься не решалась. Выбрала профессию видеооператора.

— Как-то мы поехали с коллегой в Дагестан на 2000-летие Дербента. А там все перекрыто, на машине проехать невозможно, и, чтобы не опоздать на мероприятие, нам пришлось бежать. Это было очень тяжело, у меня еще оборудование висело на плече. Я тогда для себя решила, что нужно обязательно заняться фитнесом. Думала, раз руки нельзя, хотя бы накачаю ноги. Вскоре узнала, что есть такая волшебная, замечательная Тоба. Вот и доверилась полностью ей. Она меня готовила постепенно, подбирала индивидуальные программы. Я и не заметила, как через год занятий в фитнес-зале перешла на кроссфит. Наверное, потому, что я в принципе люблю соревноваться. А здесь для этого все условия. Я влюбилась в кроссфит. Благодаря Тобе у меня прошли все страхи. И мама мной очень гордится. Вот если бы еще не звала в Москву… Я уже присматриваю по интернету московские кроссфит-залы. И ни один не привлекает — там и женщины, и мужчины занимаются в общих залах. И вообще, в Москве не мои люди.

Мадина. Лучше молчать, чем говорить

Мадина Алиева

Мадина Алиева занимается кроссфитом, чтобы стать лучше, чем раньше, наблюдать, как меняется тело, как повышается выносливость, ну и ради хорошего настроения. Она пять месяцев ходила в женский тренажерный зал, потом заглянула в кроссфит-зону — просто посмотреть, что это такое.

— Заглянула и влипла, — смеется Мадина. — Здесь круто то, что уже за месяц можно достичь неплохих результатов: стать более выносливой, а если есть лишний вес, то ощутимо его скинуть. Вся изюминка кроссфита в том, что здесь никогда не бывает скучно.

Мадина работает медстатистом в Медико-социальной экспертизе. Три дня в неделю сразу после работы — бегом на тренировку.

Для нее немаловажно, что у них здесь своя компания. Уже три года девчонки не только тренируются вместе, но и дружат. Это помогает преодолеть косые взгляды со стороны.

— У нас, с нашим менталитетом, все строго, — говорит Мадина. — Часто слышала: «Девушкам-чеченкам спорт не подходит. Зачем тебе это?». Но так как в финансовом вопросе это касается только меня, то уже не препятствуют. Можно сказать, свыклись. Но некоторые подруги и двоюродные сестры против моего увлечения. Поэтому я с ними вообще не общаюсь на эту тему. Некоторым вообще не говорю. Считаю, пусть лучше не знают, чем знают и обсуждают. И осуждают. У них для этого есть повод…

И тут уверенная в себе, активная, веселая Мадина произносит такое, от чего мы просто немеем:

— Вообще-то я вдова. У меня трое детей: 9, 11 и 14 лет. Поэтому мне внушают: «У тебя же статус вдовы. После работы — сразу домой, убираться, готовить и так далее. Иначе люди будут осуждать…» А я и так все успеваю по дому делать и за детьми ухаживать. Старший сын тоже занимается спортом. Он меня понимает, это — главное. Конечно, поначалу мне хотелось делиться своими результатами и с остальными, но поняла, что лучше молчать.

Снова Табарик. Послесловие

В Чечне женское фитнес-движение стало на ноги не просто и не сразу. Сначала женский спорт не приветствовался, воспринимался как что-то дикое.

— Когда мы с моей напарницей в 2006 году начинали женское фитнес-движение, возникали немалые сложности, — вспоминает Табарик. — Отзывы не всегда были приятными. Поглядывали косо, когда узнавали, что ты инструктор по фитнесу, — типа, ты какой-то левак. Сейчас все по-другому. Мир меняется, и чеченские женщины тоже меняются. Постепенно здоровый образ жизни становится все более популярным, и люди, которые работают в этой сфере, приобретают какой-то статус. Меняется отношение.

Когда Табарик говорит о фитнесе, ее глаза горят. Но, к сожалению, суровая реальность вносит свои коррективы в планы и мечты. С 2015 года Табарик уже не тренирует девушек, она находится на строгом лечении. Онкология.

— Эта болезнь убивает морально, — говорит Табарик. — Ты полностью теряешь смысл жизни, становишься слабым. Именно это я испытывала, когда узнала о своем диагнозе и когда находилась на химиотерапии. И то, что я тогда занималась кроссфитом, мне придавало силы. Это было как глоток свежего воздуха. Тогда это было нужно больше мне, чем моим девочкам. Во время тренировок мозг отключался от мыслей о болезни, о том, что в любой момент с тобой может что-то произойти… Теперь, когда болезнь снова обострилась, я смогла собраться с силами. Мне сейчас вообще противопоказано поднимать тяжести. В зал стараюсь не заходить, чтобы не расстраиваться, потому что хочу заниматься, но не могу себе этого позволить.

Табарик во всем поддерживает муж — заслуженный тренер РСФСР по дзюдо Лема Султанов.

— Если бы не фитнес, не поддержка мужа и моей семьи — мамы, сестры, братьев, мне было бы очень сложно выстоять. Еще меня поддерживает сын, хотя он совсем юный, учится в третьем классе. Интересно, что мама — в фитнесе, папа — дзюдоист, а он занимается теннисом. Я говорю: «Господи, ну что тебя туда занесло?» А ему нравится.

Диана Магомаева

Рубрики

О ПРОЕКТЕ

«Первые лица Кавказа» — специальный проект портала «Это Кавказ» и информационного агентства ТАСС. В интервью с видными представителями региона — руководителями органов власти, главами крупнейших корпораций и компаний, лидерами общественного мнения, со всеми, кто действительно первый в своем деле, — мы говорим о главном: о жизни, о ценностях, о мыслях, о чувствах — обо всем, что не попадает в официальные отчеты, о самом личном и сокровенном.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ
В других СМИ
Еженедельная
рассылка